— Столик на двоих? — спросила она с очаровательной улыбкой.
— Мы ожидаем еще восьмерых. Они будут здесь через час. Мы прибыли немного рановато.
— Конечно. — Она говорила еще дружелюбнее, зная, что день обещает быть хорошим, если их первый столик будет рассчитан на десятерых.
— Где-нибудь на веранде, если не возражаете.
— Вовсе нет.
Мы последовали за ней на веранду и сели за крайний стол, пока официанты придвигали еще два стола к тому, который мы заняли, чтобы создать больше места.
Когда они закончили, мы заказали два кофе.
Мы оба смотрели на озеро, на сверкающую на солнце воду.
Конечно, здесь было красиво и спокойно.
— Ральф рассказывал о сыворотке, которую он приготовил из ягод Луи? — спросила Елена.
— Это не такой вид отдыха. Никаких разговоров о войне, — ответил я.
— Мне нужно знать.
Я взял обе ее руки и поцеловал костяшки пальцев.
— Да, Ральф сделал это, и все, что, по его мнению, поможет, будет ждать нас, как только мы вернемся в Лигу. Обещаю.
Она улыбнулась.
Мы снова замолчали.
— Что король Гельмут скрывает от меня? Ты знаешь?
Кивнув, я отвел взгляд, и она тихо фыркнула. Я знал, что она продолжит.
— Ты мне не скажешь?
— Дело не в том, что я не хочу тебе говорить. Думаю, что причины, по которым Гельмут скрывает от тебя некоторые вещи, весомые. Просто знай: он защищает тебя и меня. Он не хочет, чтобы мы беспокоились о том, что должны делать другие. Саадедин — наш главный приоритет, и это то, на чем он хотел, чтобы мы сосредоточились, и ни на чем другом.
Она вздохнула.
— Ты доверяешь этому? Король Гельмут кое-что скрывает от нас двоих?
— Нет, я знаю, поскольку понимаю, как работает твой разум. Ты будешь слишком сильно беспокоиться о других, и это приведет к промахам. Я не хочу никаких промахов в этой миссии. Так что, пожалуйста, просто доверься его доводам.
— Что ты имеешь в виду, говоря: «Ты знаешь, как работает мой разум?» — улыбнулась она.
— Я видел, как ты отреагировала на то, что король Калеб рассказал всем о взрыве. Ты была спокойна. Это заставило меня забеспокоиться, увидев все это сомнение в твоих глазах. Я знаю, ты беспокоишься о том, жив ли еще твой отец, но я согласен с доводами Эмануэля. Как я уже сказал, это напомнило мне о том времени, когда я попросил тебя убить меня, если стану злым. Тогда я держался, но понимал, что как только я обращусь, то убью своего отца, даже Сэмми, и меня это не будет беспокоить. Так что я верю, что твой отец все еще жив.
— Ты действительно веришь?
— Да, и не только ради моего отца. Я действительно хочу, чтобы ты познакомилась с ним, на этот раз по-настоящему.
Она улыбнулась.
— Я тоже.
Тишина наполнила воздух вокруг нас.