— Когда мы закончим устанавливать бомбы. Джордж, Бекки, Дин, Сэмми, ребята из группы. Немного, папа.
Он кивнул.
— Будь осторожен, Блейк, — предупредил он меня, и мое лицо сказало все это.
Мать снова рассмеялась.
— Он больше не такой безответственный, Роберт. Отдай ему должное, пожалуйста.
Папа вздохнул.
— Ладно, хорошо. Наслаждайся и будь в безопасности.
Я улыбнулся.
— Спасибо. Я действительно ценю это. — Я встал и пожелал спокойной ночи.
Я закрыл дверь и пошел в свою палатку.
Я позвонил Айзеку после того, как рассказал Дину и Джорджу о побеге.
Дин был очень взволнован и сказал, чтобы мы оставили организацию поездки на них четверых. Нам нужно было только сосредоточиться на бомбах.
— Привет, приятель, — ответил Айзек и начал излагать мне свою еженедельную разбивку того, что, по его мнению, могло быть недостающим ингредиентом. И любовь всегда была последней в его списке.
Смешок сорвался с моих губ.
— Спасибо, приятель, я действительно ценю это.
— Это придет к тебе, когда понадобится. Я знаю, что так и будет.
— Да, — ответил я. Я не хотел, чтобы ребята беспокоились обо мне и Елене.
Я рассказал Айзеку о побеге. Тео и Макс, возможно, и не смогли бы этого сделать, но Джейми, Тай и он сам определенно были готовы.
Он заговорил вполголоса, и я пожелал ему спокойной ночи.
Я не хотел думать о сексе с Еленой. Она еще не была готова. Эти идиоты не могли этого понять.
Сегодня ночью сон пришел быстрее, а на следующий день снова пришлось закладывать бомбы.
Это было почти повторение вчерашнего дня. Большую часть действий вела Елена, но мы также украдкой целовались между закладкой бомб.
Я сказал ей, что получил разрешение от отца на побег.
— Все будет хорошо. Что ты сказал отцу?
Я усмехнулся.
— Правду.
— Чудеса случаются. Ты ведь также упомянул мое имя, верно?
— Да, я это сделал, — улыбнулся я.
— Воистину чудо. — Она продолжила, и я притянул ее к себе, разделяя еще один поцелуй.
Честно говоря, я собирался скучать по этому месту. Большая часть уединения будет разрушена, не говоря уже о красоте.