Я морщу нос.
— Зато он мне не нравится. Я едва его знаю.
— Говорит девушка, носящая его джерси.
Я гордо вскидываю голову.
— На мне она мило смотрится. Вот и все.
— И уверена, что позже она будет валяться на полу.
Я закатываю глаза.
— Это просто джерси.
— Она никогда не бывает просто джерси. Александр дал ее, потому что хочет видеть тебя со своим номером на спине.
Я замолкаю.
— Но он хочет, чтобы я поддерживала команду.
Она качает головой.
— Задумайся, девочка.
— О, черт возьми, нет, — я срываю джерси через голову и запихиваю в сумку. — Я никому не принадлежу. Мне не нужно, чтобы он навязывал свою хрупкую мужественность.
Беднягу вывело из себя то, что я сняла джерси. И мне это понравилось.
Понравилось увидеть эту его сторону, мельком ненормальную версию того уважительного и сдержанного мужчины, которого он показывал до этого. Я в глубине души ждала, что он снова появится в галерее, требуя объяснений, почему я сняла джерси.
Мистер Сайкс ошеломлен.
— Вы Александр Крум. Ух ты, я ваш преданный поклонник, — он отпускает меня и протягивает руку, чтобы пожать большую руку Александра, — и я вскрикиваю, когда ноги разъезжаются.
Мгновенно Александр ловит меня и притягивает к себе.
— Спокойно, язва. Я поймал тебя.
Я сжимаю его черную толстовку в кулаках, не потому что чертовски приятно прижиматься к нему, а потому что боюсь за свою безопасность. Лед выглядит очень холодным и твердым, и я не хочу, чтобы голова отскочила от него.
Господи, как приятно пахнет от этого мужчины.
— Спасибо, что привели ее, — говорит Александр, пожимая руку мистеру Сайксу. — Кажется, несколько детей искали вас.
Мистер Сайкс прочищает горло, уловив намек.
— Да, конечно. Приятно было познакомиться с вами обоими.
Я хлопаю Александра по груди, когда бедный тренер уезжает.
— Это было грубо.
— Ты выглядела так, словно испытываешь дискомфорт. Он держал тебя за руки.
— Так же, как сейчас твои руки держат меня.
Он смотрит на меня сверху вниз.