Пока Кэссиди снова погружается в переписку со своим фальшивым парнем, в VIP-комнату заходит мужчина, привлекая мое внимание.
Он высокий с четкими чертами лица, в черной рубашке с закатанными рукавами, обнажающими мускулистые предплечья, и в джинсах, плотно облегающих массивные ноги. Он выделяется среди других хоккеистов, кивнув на приветствие, прежде чем опуститься рядом с Трентоном.
Я знаю, что хоккеисты, как правило, огромны, но не могу представить, чтобы этот скользил по льду. Скорее, он похож на лесоруба. Более того, сам как чертово дерево… и я бы хотела на него забраться.
Я подталкиваю Кэссиди локтем.
— Эй, кто этот парень, который только что вошел и сел рядом с Трентоном?
Кэссиди поднимает взгляд от телефона.
— Это Александр Крум. Он капитан. Все зовут его зовут Крум Кейк2.
Он как богатый шоколадный торт с гладким шоколадным кремом. Тот самый, который разрываешь руками и слизываешь остатки на пальцах, чтобы не упустить ни капли.
Вкусный как грех.
— Ну, я назову его сексом на палочке.
Кэссиди смеется и прячет телефон в сумку.
— Пошли. Давай подойдем и поздороваемся. Я его еще не встречала.
Мы сегодня отмечаем победу «Щеглов». Я в жизни не видела ни одного хоккейного матча, но если игроки выглядят как этот Александр Крум Кейк, может начать смотреть.
Трентон встает и обнимает Кэссиди за талию, представляя нас Александру.
— Это Кэссиди, и ее лучшая подруга Ария.
Александр выпрямляется в полный рост и пожимает руку Кэссиди.
— Приятно наконец познакомиться. Я уже на половине. Она невероятна.
Я подавляю смех. Не могу представить гигантского, угрожающего мужчину, читающего сентиментальный роман.
Рот Кэссиди приоткрывается от удивления.
— Ты читаешь «Скажи, что останешься»?
Трентон улыбается.
— Все парни ее читают.
Моя лучшая подруга — крутая автор бестселлеров, и я люблю видеть, как она получает заслуженное признание, когда кто-то говорит, как сильно любит ее творчество.
Кэссиди игриво толкает меня.
— Посмотри-ка, профессиональные хоккеисты читают мою книгу, а собственная лучшая подруга — нет.
Я фыркаю.
— Я читала сексуальные сцены.
— Это не то же самое.
Александр наклоняет голову, глядя на меня темно-карими глазами.
— Почему ты не читала ее книги?