— Нет — нет, я никак не могу! Что о нас подумают, если сюда кто‑нибудь войдет?
Руфина явно задумалась.
— А как же…
Мне это просто понравилось! А как же? А вот так же…
То есть дамочка и мысли не допускает, что она мне не нравится. Я должен стонать от счастья и восторгаться при одной мысли обнять эти кости?
Ага, как же!
Я даже рыбу предпочитаю морскую — в ней костей меньше.
— Я полагаю, что место для утешения выбрано неподходящее, — проникновенно сообщил я.
Глаза Руфины остекленели, замаслились.
— Это потому, что такое дело надо доверять мужчинам. Именно мы знаем, как лучше устроить свидание, где и когда…
— А — алекс?
Я посла принцессе улыбку.
— Доверься мне, Руфи. Я не подведу…
И мягко выставить ее из комнаты. Вот так, и дверь на засов. Тяжелый, увесистый, ф — фууу!
Но что же мне с ней делать? На такие извращения я не подписывался!
Хотя…
На извращения я не подписывался. Но вот Руфине я их обеспечу! Заодно и…
Томми, узнав о моей идее, плевался ядом. Но — а куда податься, не спать же мне с этим кошмаром? Даже если исключить то, что у меня от одного взгляда на страстную Руфину, рот клыками ощеривается в три ряда, все равно… я ее физиологически не смогу! Я не настолько продажен!
Ну и потом, начать с ней спать — это дать жирный такой повод для шантажа. Увесистый…
Не пойдет.
Идея сложилась из рассказов госпожи Элизы о ее конкуренте. Господин Плейт (псевдоним вовсе не случайно был созвучен с плеткой) специализировался на кровавой любви. Той, что с плетками, ошейниками, повязками… и в его доме можно было получить все. Там не интересовались вашим лицом и именем, не разговаривали ни о чем, там просто приходили удовлетворять свою похоть в самых жестоких видах…
К Элизе ходили более — менее нормальные и убивать она у себя не давала, и развлечения с плетками только до определенной грани. Конкурент же меры не знал. От слова 'вообще'.
Вот и чудненько.
Кучером был выбран Томми. Я же на следующий вечер сунул Руфине в руку записочку, в которой просил ее незаметно после бала выйти и сесть в зеленую карету с золотым дельфином на дверце. Та прочитала, опустила ресницы, глядя мне прямо в глаза… вот и ладненько.
Я исчез с бала пораньше — и отправился к господину Плейту. Договариваться.
Да, у меня есть знакомая. И она — не против всего. Ее мечта — трое или четверо мужчин одновременно, причем кровь, плети, кляпы и прочее приветствуются.
Согласна ли она?
Я же сказал — мечтает. Не верите?
Вот золото. Достаточно?
Дело чистое. Вполне. У вас ведь других и не бывает.