Та часть, что демон, и правда, ощущала какое‑то неудобство. Небольшое такое.
А человеку вообще все было безразлично. Я ведь по матери — маг огня. Сильное светлое пламя, моя стихия и кровь. А против огня Светлый ничего не имеет, куда ему!
— Поцеловать, сын света и поклясться на нем, что будешь говорить правду и только правду, — прошелестел монах.
Я подумал.
А потом достал из кармана платок и принялся тщательно протирать медальон.
— Алекс, ты что делаешь?
— дядя, у меня же здоровье слабое, — на весь двор заявил я. — Мало ли кто его до того слюнявил?
— Се святой предмет! — возмутился холоп.
— так слюни‑то на нем святым не принадлежат, — не согласился я.
Крыть было нечем. По рядам придворных полетели смешочки, я наконец оттер медальон до блеска — и смачно чмокнул.
— Клянусь! Говорить правду и только правду.
— Ты — колдун? — тут же спросил холоп.
Медальон я ему протянул, но холоп покачал головой, мол, держи, так что я почесал затылок и отказался.
— Нет. Не колдун.
Я же полудемон!
— Ты убил несчастных из‑за золота?
— Нет!
Это — к призракам.
— но ты причастен?
— Конечно!
Придворные зашумели, дядя дернулся, королева вспыхнула от радости. Но развернуться я ей не дал.
— Они ж на мои деньги покушались, так что я по — любому причастен!
А медальон как ощущался безразличной пустой железякой, так и продолжал ощущаться. Хотя видел я, как клятвопреступники и пальцев от него отнять не моги, пока руки не обугливались, и просто ожоги видел…
Хоть наши святые холопы и говорят, что магия — зло, да вот сами ей пользуются, кто во что горазд. И Рене мне рассказывал, что ежели б про него храмовники узнали — точно к себе загребли бы.
Твари лицемерные.
Интересно, почему на меня не действует? Надо бы подробнее узнать…
Тетушка задала еще несколько вопросов, я ответил — и все честно, все бесполезно. Пришлось холопу удалиться несолоно хлебавши. А я поставил себе галочку. Прижать им хвосты как можно скорее. К ногтю.
Разумеется, все долги с Альтверина и Рвейна были списаны. А соседи стали ну очень почтительны с Шареном.
Мне, впрочем, было не до него. На меня начала охоту Руфина.
И вот тут‑то я взвыл.