Философ: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Рад был помочь. Надеюсь, теперь в селе станет спокойнее.

Кравчук усмехнулся:

— Ну, это вряд ли. Но хотя бы одной проблемой меньше.

Он затолкал Коляна в машину и повернулся к Сергею:

— Вы это… заходите как-нибудь. Чаю попьем, поговорим.

Сергей улыбнулся:

— Обязательно зайду. Еще увидимся.

Он смотрел, как УАЗик с Коляном и Кравчуком уезжает, и чувствовал странное удовлетворение. «Вот и навел порядок, — подумал Сергей. — Интересно, что бы сказали мои коллеги с завода, если бы узнали, что я теперь помогаю милиции ловить хулиганов?»

Он усмехнулся и направился обратно к дому Риты. Завтра будет новый день, и кто знает, какие еще приключения его ждут в этом странном будущем?

Глава 15

ДИКАЯ ГРУША

Дед Афанасий почесал свою лысину и сказал, что здоровье Юры «Надо отметить!» — воскликнул дед, хитро подмигивая. Я напрягся. В моем опыте «отметить» обычно означало надраться до поросячьего визга, а потом просыпаться с головной болью размером с Уральские горы. Но дед удивил меня еще раз: «А что может быть лучше хорошей бани?» Он хлопнул в ладоши и повернулся ко мне: «Сергей, а ну-ка сгоняй за соседским Антоном, пусть поможет баньку растопить».

Я закатил глаза, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. Вот так всегда — стоит только расслабиться, как тебя уже куда-то посылают. В 1977-м это было «Сергей, а ну-ка сгоняй за мастером, пусть глянет на эту чертову печь», а теперь вот — за каким-то Антоном. Но делать нечего, пришлось поплестись выполнять поручение. По пути я размышлял о странностях этого нового мира. Вот, например, баня. В моем времени это было что-то из разряда роскоши, а здесь, похоже, обычное дело. И козлы тут какие-то особенные, раз их выздоровление — повод для празднования.

Через полчаса мы с этим самым Антоном уже стояли во дворе деда Афанасия. Я все еще не мог понять, как умудрился вляпаться в эту авантюру. В голове крутилась мысль: «Эх, был бы я сейчас в своем времени, сидел бы в красном уголке, газетку почитывал…». Антон, прищурившись, осмотрел меня с головы до ног, и я почувствовал себя как на медкомиссии перед устройством на завод. «Ну что, очкарик, готов к настоящей работе?» — ухмыльнулся он. Я неуверенно кивнул, пытаясь сообразить, что меня ждет. В конце концов, какая там может быть «настоящая работа» в бане? Помыться, что ли?

«Для начала нам нужны дрова», — заявил Антон тоном заправского эксперта. Я чуть не расхохотался. Дрова? Серьезно? В 2003 году? «А электричество вам еще не провели?» — съязвил я, но Антон только непонимающе уставился на меня. «Пойдем, поищем подходящую грушу», — сказал он, игнорируя мой вопрос. Я пожал плечами и поплелся за ним.

В конце концов, может, здесь и правда еще топят дровами. Чего только не бывает в этом странном будущем.

Мы вышли со двора и направились вдоль улицы. Антон шел впереди, важно выпятив грудь, словно гусак на параде. Я плелся следом, чувствуя себя не в своей тарелке. Вокруг были какие-то непривычные дома, заборы, даже воздух пах по-другому. «Слышь, ты, — вдруг обернулся Антон, — А ты вообще умеешь дрова рубить?»

Я замялся, не зная, что ответить. С одной стороны, колоть дрова мне доводилось, но это было так давно, что казалось почти сном. С другой — признаваться в своей неопытности этому пацану совсем не хотелось. «Да ладно, чего там уметь, — махнул рукой Антон, не дождавшись ответа, — Главное — сила есть, ума не надо». Он засмеялся собственной шутке, а я почувствовал, как краснею от смущения и злости. Вот ведь сопляк!

Наконец мы добрались до какого-то дома. Напротив палисадника росла огромная груша, больше похожая на баобаб. Я аж присвистнул от удивления — такого дерева я еще не видел. «Вот это то, что надо!» — воскликнул Антон, оценивающе глядя на дерево. Он протянул мне топор и скомандовал: «Давай, руби ветки, а я пока осмотрюсь». Я неуверенно взял топор, чувствуя себя полным идиотом. В голове крутилась мысль: «А не посадят ли нас за порчу чужого имущества?» Но вслух я спросил другое: «Слушай, а зачем нам именно грушевые?» Антон посмотрел на меня как на умалишенного: «Городской, да? Ничего не понимаешь в банном деле. Делай, что говорят, и не задавай глупых вопросов».

Я почувствовал, как внутри закипает злость. Ишь ты, командир нашелся! В мое время такого сопляка быстро бы на место поставили. Но сейчас я был в чужом теле, в чужом времени, и приходилось играть по чужим правилам. Решив доказать, что не лыком шит, я замахнулся топором и начал рубить ветки, представляя на их месте наглую физиономию Антона. Работа оказалась на удивление увлекательной.

Каждый удар топора будто выбивал из меня частичку накопившегося раздражения и непонимания. Груша постепенно приобретала вид тропической пальмы, а я все рубил и рубил, войдя в раж.

Вдруг я понял, что Антон куда-то исчез. Вот ведь хитрый жук! Небось, пошел прохлаждаться, пока я тут работаю. Но останавливаться не хотелось — в конце концов, это была единственная понятная мне задача за весь день. Я продолжал рубить ветки, погрузившись в свои мысли. Вспоминал завод, бригаду, даже ту злосчастную лаву, которая отправила меня в это странное будущее. Интересно, что стало с моими товарищами? Доработали ли они до пенсии? А завод? Стоит ли он еще?

Вдруг скрипнула калитка, и я увидел круглые от ужаса глаза какой-то женщины. Она смотрела на меня так, будто я, как минимум, убивал котят. Я машинально оглянулся, проверяя, не стоит ли за моей спиной маньяк с бензопилой. Никого не обнаружив, я решил спросить про Антона: «Извините, вы не видели парня с чубом?» Женщина затрясла головой и начала судорожно закрывать калитку. Я недоуменно посмотрел на топор в своих руках, потом на изуродованную грушу. До меня начало доходить, что, возможно, я сделал что-то не так.

Решив, что надо бы спросить разрешения на дальнейшую рубку (лучше поздно, чем никогда, верно?), я направился к хозяйке. И тут началось что-то невообразимое. Женщина завизжала так, будто ее режут, захлопнула калитку и загремела засовом. Я остался стоять в полном недоумении, пытаясь понять, что происходит. В голове пронеслась мысль: «Неужели в 2003 году боятся подростков с топорами? Да в мое время такой пацан на заводе уже вовсю работал бы!»

«Ну и чудные люди здесь», — подумал я, решив, что, раз уж потрудился, надо забрать нарубленные ветки. Собрав их в охапку, я двинулся дальше по улице, волоча за собой зеленый след из листьев и размахивая топором. «Антон! — кричал я, оглядываясь по сторонам. — Куда ты подевался, черт побери?» В голове крутилась мысль: «Вот так всегда — начальство свалило, а ты разгребай!»

Подойдя к соседнему двору, я заметил над воротами чью-то голову. «Эй, вы не видели парня с чубом?» — крикнул я, поднимая топор, чтобы указать на прическу Антона. Голова мгновенно исчезла, а через секунду я услышал звук захлопывающихся ставней. «Да что с ними всеми такое?» — недоумевал я, продолжая свой путь по деревне. В моем времени люди были куда более общительными. Да и вообще, что за странная реакция на обычный вопрос?

Только подошёл к соседнему двору, над воротами заметил голову. Реально. То есть кто-то, предположительно, молодая женщина, вряд ли мужик стал бы платок на башку вязать, ухитрилась залезть туда, и вынырнув из-за края ворот, так, что только глаза и нос торчат, наблюдает внимательно за мной не менее круглыми глазами, чем у предыдущей. «Странно, — подумалось, — неужели в этом времени все бабы по заборам лазят? Или это какой-то местный обычай?» Прищурившись, попытался разглядеть лицо незнакомки получше, но зрение подводило. «Эх, были бы глаза молодые, как раньше…» — с тоской вспомнил прежнюю жизнь.

«Груша есть?» — говорю ей, стараясь, чтобы голос звучал по-взрослому басовито. А сам ближе к воротам иду. Ну, не орать же на всю улицу. Топор в руке висит, я им помахиваю. Чувствую себя как-то неловко — вроде как пацан совсем, а топором размахиваю. Но ничего не поделаешь, надо соответствовать заданию Антона.

В ответ раздался грохот и лицо, а точнее его половина, исчезла. Правда, отчётливо слышался мат. «Ого, — удивился про себя, — а бабёнка-то с характером». Думаю, с женщиной беда приключилась. И рванул же к калитке. Потому что высота ворот метра два с половиной. Как она наверх залезла, ума не дам. «Может, в цирке работает? Или по крышам бегает, как эти, как их… паркурщики?» — пронеслось в голове.

Судя по грохоту, свалилась бестолковая овца прямо оттуда, где стояла. Я, конечно, не доктор Айболит, но глаза у неизвестной особы были очень выразительные. «Там и все остальное должно быть на уровне», — мелькнула шальная мысль. Тут же одёрнул себя: «Тьфу ты, что за ерунда в голову лезет! Мне же сейчас всего пятнадцать, нечего о таком думать». Красивые женщины — мое хобби. Ну, а второй момент, вдруг она ногу сломала. Или руку. «Хотя, — подумал, — с такой высоты можно и шею свернуть. Надо поспешить».

Подбежал к калитке, дёргаю, закрыта. «Ну конечно, — досадливо поморщился, — а чего я ожидал? Что она гостеприимно распахнётся передо мной?» И тут из-за ворот раздалось жалобное, но очень громкое: «Помогите! Убивают!» Думаю, вот это номер! Вот это Дубки! Ещё ночь не наступила, а тут вот так запросто человека насилию подвергают. «Стоп, — осенило меня, — а может, это розыгрыш какой-то? Или съёмки скрытой камерой?» Огляделся по сторонам, но никаких камер не заметил.