«Знаешь, Сережа, — сказала она задумчиво, — Ты сегодня какой-то другой. Как будто повзрослел за один день». Сергей нервно усмехнулся: «Может, и так, бабуль. Может, и так». Они вместе пошли в дом. Сергей чувствовал, что этот безумный день наконец-то подходит к концу, но понимал, что завтра его ждут новые испытания. Как жить дальше в этом молодом теле со старой душой? Как найти свое место в этом новом для него мире? Он не знал ответов на эти вопросы, но был готов искать их. В конце концов, у него теперь был второй шанс прожить жизнь — и он не собирался его упускать.
Вечером, лежа в своей кровати, Сергей думал о прошедшем дне. Он вспоминал, как давал отпор Гвоздю, как удивлял учителей своими знаниями, как общался с Катей. Все эти события казались ему теперь какимто сюрреалистичным сном.
«Ну и денек», — пробормотал Сергей, поворачиваясь на бок и глядя в окно. Луна ярко светила, бросая причудливые тени на стену его комнаты. Он вдруг подумал о своей прошлой жизни, о заводе, о друзьях, которых оставил в 1977 году. Интересно, что с ними стало? Как они пережили перестройку, развал Союза, лихие 90-е? Сергей почувствовал укол тоски. Несмотря на все трудности той жизни, это была его жизнь, его мир.
А теперь он здесь, в теле подростка, в 2003 году, и должен как-то жить дальше. Он закрыл глаза, пытаясь заснуть, но сон не шел. В голове крутились мысли о завтрашнем дне. Как отреагируют одноклассники на его новое поведение? Что делать с внезапно появившейся популярностью? И как быть с Катей? Сергей вздохнул. Ему нравилась эта девочка, но его взрослое сознание постоянно напоминало, что на самом деле ему 45 лет. «Вот же ситуация, — подумал он, — Влюбиться в 15-летнюю, когда тебе за сорок. Прямо сюжет для какого-нибудь сомнительного романа». Наконец, усталость взяла свое, и Сергей провалился в беспокойный сон. Ему снился завод, огромные печи, раскаленный металл.
Он пытался что-то сказать своим коллегам, предупредить их о чем-то важном, но они не слышали его, продолжая работать как ни в чем не бывало. Вдруг все вокруг начало плавиться, превращаясь в огромную волну расплавленного металла. Сергей закричал…..и проснулся, тяжело дыша. Он огляделся, не сразу понимая, где находится. Потом вспомнил — он в 2003 году, в теле подростка. «Черт», — пробормотал он, вытирая пот со лба, — «похоже, это будет труднее, чем я думал». Сергей посмотрел на часы — было пять утра. До школы еще оставалось время, но он понял, что уже не заснет.
Он встал и подошел к окну. Улица была пустынной, только старый дворник уже начал свою работу, неторопливо подметая тротуар. Сергей вдруг почувствовал острое желание выйти на улицу, вдохнуть свежего воздуха. Он тихонько оделся, стараясь не разбудить бабушку, и вышел из дома. Утренний воздух был свеж и прохладен. Сергей глубоко вдохнул, чувствуя, как проясняется голова. Он пошел по улице, наслаждаясь тишиной и спокойствием раннего утра.
Вдруг он услышал знакомый голос: «Сергей? Что ты здесь делаешь в такую рань?» Он обернулся и увидел Катю, которая выгуливала маленькую собачку. «Привет, Кать, — сказал он, чувствуя, как учащается пульс. — Да вот, не спится что-то. Решил прогуляться. А ты?» Катя улыбнулась: «Я каждое утро Бобика выгуливаю. Папа на работу рано уходит, а мама не любит рано вставать, вот и приходится мне».
Они пошли рядом, неторопливо беседуя. Сергей рассказывал о звездах, которые еще были видны на светлеющем небе, о созвездиях и планетах. Катя слушала с восхищением. «Сергей, — сказала она вдруг, — Ты так изменился за один день. Стал таким… интересным. Откуда ты все это знаешь?» Сергей на секунду задумался. Не мог же он сказать ей правду. «Знаешь, Кать, — начал он осторожно, — Иногда в жизни наступает момент, когда понимаешь, что нужно меняться. Вот у меня такой момент наступил. Решил, что пора становиться умнее, интереснее, лучше».
Катя задумчиво кивнула: «Это здорово. Я бы тоже хотела так измениться». Сергей улыбнулся: «Так в чем проблема? Читай книги, интересуйся миром вокруг. Знаешь, сколько всего интересного можно узнать?» Они дошли до школы, хотя до начала занятий оставалось еще больше часа. «Слушай, — сказал Сергей, — Раз уж мы здесь, может, посидим немного во дворе? Я тебе еще про звезды расскажу». Катя радостно согласилась. Они сели на скамейку во дворе школы, и Сергей начал рассказывать о космосе, о теории Большого взрыва, о черных дырах.
Он сам удивлялся тому, как много помнит из научно-популярных передач, которые смотрел в своей прошлой жизни. Катя слушала, открыв рот. «Сергей», — сказала она наконец, — «ты такой умный. Я даже не представляла, что ты столько всего знаешь». Сергей смутился: «Да ладно тебе, Кать. Просто интересуюсь разными вещами, вот и все». Он посмотрел на часы и удивился — они проговорили больше часа, и скоро должны были начать приходить другие ученики. «Пойдем в класс?» — предложил он. Катя кивнула, и они вместе пошли в здание школы.
Проходя мимо кабинета директора, Сергей вдруг услышал громкие голоса. Он остановился, прислушиваясь. «Это недопустимо! — кричал какой-то мужчина. — Мой сын — уважаемый человек в этой школе, а какой-то щенок посмел его ударить! Я требую немедленно исключить этого хулигана!» Сергей почувствовал, как холодеет внутри. Он понял, что речь идет о нем и вчерашнем инциденте с Гвоздем. «Успокойтесь, Иван Петрович, — услышал он голос директора. — Давайте разберемся в ситуации. Ваш сын не святой, вы же знаете, сколько проблем он создавал в школе».
«Да как вы смеете! — снова закричал мужчина. — Я этого так не оставлю! Я дойду до министра образования, если потребуется!» Сергей почувствовал, как Катя тянет его за рукав. «Пойдем отсюда», — прошептала она. — «Не надо нам это слушать». Но Сергей стоял как вкопанный. Он понимал, что должен что-то сделать, как-то разрешить эту ситуацию. Нельзя допустить, чтобы его исключили из школы — ведь тогда все его планы на новую жизнь рухнут. «Катя, — сказал он тихо, — Иди в класс. Я сейчас приду». Не слушая ее возражений, он решительно постучал в дверь кабинета директора. «Войдите!» — услышал он голос Петра Николаевича. Сергей глубоко вздохнул и открыл дверь. В кабинете были директор и высокий мужчина в дорогом костюме — очевидно, отец Гвоздя. Оба удивленно посмотрели на вошедшего Сергея.
Глава 5
НОВЫЙ ДРУГ
Сергей сделал глубокий вдох, справляясь с нахлынувшими эмоциями. Перед ним стояли два взрослых мужчины, каждый из которых был настроен весьма решительно. Этот момент станет испытанием на силу и умение отстаивать свою правду.
Иван Петрович, явно не терпевший задержек, заговорил первым: «Так вот, ты тот самый хулиган, который посмел ударить моего сына? Ты хоть понимаешь, чем это может для тебя обернуться?»
Сергей, сдерживая волнение, ответил: «Понимаю, Иван Петрович. Но прежде чем делать выводы, стоит разобраться, почему это произошло.»
Иван Петрович усмехнулся: «Почему это произошло? Ты осмелился ударить моего сына, и этого достаточно. У тебя нет никаких оправданий.»
Сергей, чувствуя, как внутри растет решимость, возразил: «Ваш сын не святой, и его поступки тоже не безгрешны. Я не искал драки, но он заставил меня защититься.»
Пётр Николаевич внимательно следил за диалогом, готовый в любой момент вмешаться. Но пока он решил дать Сергею возможность высказаться: «Сергей, расскажи нам, что именно произошло вчера.»
Сергей начал свой рассказ, стараясь передать все детали. Он говорил о том, как долго Гвоздь унижал и запугивал одноклассников, как постоянно требовал деньги и сигареты, как заставлял их делать за него домашние задания и дежурить в класе: «Вчера он снова начал задирать меня, требовал деньги и угрожал. Когда я отказался, он начал толкать меня и пытался ударить. Я не хотел драться, но он не оставил мне выбора.»
«Ваш сынуля — настоящий талант! Он может отобрать деньги у первоклашки. А его коронный прием — макание ботаников однокласников и головой в унитаз — просто шедевр! Жаль, олимпиад по школьному рэкету не проводят, ваш Витенька был бы чемпионом!».
Отец Гвоздя побагровел и попытался что-то сказать, но Сергей был в ударе. «А вы знаете, что ваш сын — настоящий меценат? Да-да! Он регулярно собирает с нас, лохов, дань на… как это он говорит? А, точно! На „развитие школьной инфраструктуры“. Правда, почему-то эта „инфраструктура“ обычно продается в ларьке за углом и пахнет сигаретами».
Директор нервно хихикнул, но быстро спохватился и нахмурился. «Сергей, это серьезные обвинения. У тебя есть доказательства?». Сергей на секунду задумался. «Конечно! Вот, посмотрите! — он достал из кармана помятую тетрадку. — Это мой дневник наблюдений за школьной фауной. Тут все записано — кто, когда и сколько денег отобрал, кого побил, кого заставил делать домашку. Даже графики есть! Вот, смотрите — это динамика роста „пожертвований“ на „инфраструктуру“ за последний год. А вот это — корреляция между количеством синяков у ботаников и успеваемостью Гвоздя. Видите, как красиво растет?».
Отец Гвоздя побледнел. «Это… это клевета! Мой сын — хороший мальчик! Он просто… немного темпераментный!». Сергей фыркнул. «Ага, конечно. А Чингисхан был просто любителем конных прогулок по Евразии».
Ну знаете, я тоже могу так себя вести! Хотите, я сейчас пойду и отберу у первоклашек деньги на обед? Или может, макну кого-нибудь головой в унитаз? А что? Я же просто «немного темпераментный!»
Директор же, наоборот, словно очнулся от спячки. «Так, стоп. Сергей, ты хочешь сказать, что все это время подвергался травле, а мы ничего не замечали?». Сергей горько усмехнулся. «О, вы замечали. Просто предпочитали не вмешиваться. Знаете, как говорится — нет проблемы, если ее не видеть».
Иван Петрович, раздражено, спросил: «Ты хочешь сказать, что мой сын начал задирать первый?»
Сергей кивнул: «Да, Иван Петрович. И это не первый раз. Многие ребята в классе могут подтвердить мои слова.»
Пётр Николаевич задумчиво посмотрел на Сергея, а затем на Ивана Петровича: «Иван Петрович, возможно, стоит выслушать и других учеников. Если Сергей говорит правду, то нам нужно принять меры.»
Иван Петрович, явно не готовый уступать, встал и подошел к Сергею: «Ты думаешь, что можешь просто так выйти сухим из воды? Ты хоть представляешь, сколько проблем ты себе создаешь?»