Дизайн для людей. Принципы промышленного дизайна: читать начало книги онлайн

Примерно в это время начались слабые подвижки в сторону модернизации кухни, но домохозяйки еще не дошли до открытого бунта. Возможно, они слишком устали и уже смирились с неудобными кухнями и ванными, потому что ничего не могли поделать. Напомню, страна только выходила из эпохи розовых шелковых абажуров с бахромой из бусин. Вспомните, если угодно, плиту на затейливых изогнутых ножках. Кто-то считал, что эту опорную конструкцию просто необходимо украсить чугунными завитками. Вспомните также дубовый шкаф-ледник на заднем крыльце, идти до которого было долго и утомительно, развозчика льда, оставляющего грязные следы и капли воды, и таз снизу, который переполнялся и протекал, когда его забывали опорожнить. А еще раковину, которую невозможно было почистить, плохое освещение и вентиляцию, вечно не закрывающиеся дверцы и труднодоступные углы, в которых собиралась грязь.

В ванной комнате дело обстояло примерно так же. Никто точно не знает, почему ванные устанавливали на чугунные ножки с когтями, так что во время уборки было нелегко подлезть снизу. Или почему керамические раковины закрепляли цементом под отверстием в мраморной плите, создавая зазор для загрязнений на стыке. Сегодня большинство людей самостоятельно занимаются уборкой и домашними делами, и, принимаясь за проект ванной комнаты, мы должны знать, насколько просто будет содержать ее в чистоте, использовать и чинить. В улучшенных раковинах краны и ручки с недоступными легко загрязняющимися оборотными сторонами заменили скругленными вентилями, установленными на легко чистящихся керамических подставках.

Воспоминания о корытах для стирки на заднем крыльце, стиральной доске, о которую можно было ободрать кожу на костяшках, и большом неудобном куске мыла заставят только содрогнуться и вызовут приступ психосоматической боли в пояснице у женщин, пострадавших от домашнего рабства. Появление электрических стиральных машин стало великим прорывом, но производитель будто пытался как можно более неудобно расположить кнопки управления. Настоящее мучение для женщин по сравнению с современной машиной с автоматической стиркой, полосканием и сушкой.

Привычка – мощная сила. Поначалу многие хозяйки неохотно расставались с неудобными кухнями. Они привыкли к старой плите, старой раковине, старому тостеру. Они чем-то напоминали президента компании, которая производила знакомый всем пыточный инструмент – зубоврачебную установку старой модели с плевательницей, бормашиной, рабочей поверхностью и освещением, закрепленными на изогнутой полосатой чугунной консоли. Тот пришел ко мне и спросил, что не так с его товаром, который успешно продавался много лет. Я сказал, что установка похожа на дерево. Президент компании спросил: «Что не так с деревом?» Тут он застал меня врасплох, но тем не менее привлек наше бюро к разработке новой установки. Так появился аккуратный компактный цилиндр, теперь повсеместно встречающийся в стоматологических кабинетах. Газ, электричество, компрессор, подача воды, сток и рентгеновская камера – все это встроено в цилиндр. Когда президент компании впервые увидел усовершенствованную установку, у него задергался глаз и он сказал: «Похоже на бензоколонку». Я спросил: «Что не так с бензоколонкой?» И застал его врасплох.

Начавшись, метаморфозы в ванной комнате, в прачечной и на заднем крыльце завершились достаточно просто. Хозяйки с радостью избавлялись от старых ванн, убийственных для спины корыт и дубовых холодильников, от которых одни проблемы. Другое дело – кухня. Подвинуть старое бабушкино кресло-качалку с привычного места у окна – значит разорвать сильную духовную связь. Тем не менее в этом случае удобство перевесило сантименты. Для женщины, проводящей четверть дня на кухне, нет более красноречивой рекламы, чем рассказ о современном холодильнике, плите или раковине, которые удобно использовать и легко содержать в чистоте.

Гигантский толчок этой двадцатипятилетней эволюции от темных, необустроенных, неудобных подсобок к кухне, которую сегодня можно увидеть в журналах, в кино и по телевизору, дали две вещи, не имеющие ничего общего с готовкой и гигиеной, – автомобиль и самолет. Они как ничто другое олицетворяют прогресс. Фактически машина и самолет стали символами научного воображения нации и важной частью ее психологии, задавая тренды и влияя на все покупки людей.

Как вы уже знаете, зайдя через черный ход, промышленный дизайнер заехал в гостиную на маневренном пылесосе, чтобы продолжить и завершить захват дома. Результаты его труда с гордостью демонстрируют как продавец, так и хозяин дома. Двадцать лет назад было невозможно купить хорошую современную мебель и предметы быта массового производства. Сегодня домовладелец с блестящим вкусом легко обустроит жилье товарами из практически любого универмага или каталогов Sears Roebuck или Montgomery Ward.

Домашняя утварь стала настолько привлекательной, что теперь никто не удивится, если муж подарит жене на Рождество или день рождения обвязанный яркой ленточкой пылесос или холодильник. Вы можете себе представить, как наши бабушки находят под елкой метлу или дубовый шкаф-ледник в подарок от дедушек?

глава 6. Повышение уровня общественного вкуса

Я часто слышу, как люди – неважно, снобы или нет – говорят, будто американцы так одержимы материальными ценностями, что культура для них утеряна. Самый дремучий европейский крестьянин, по мнению этих людей, ценит и понимает искусство больше, чем многие американцы. Далее по тексту: он наслаждается оперой и картинами в галереях, и ему не нужен дом, полный технических новинок, чтобы получать удовольствие от жизни.

Считается, что американцы, воспевая комфорт и роскошь, окружили себя таким количеством хитроумных механизмов, что их способность наслаждаться изящными искусствами притупилась или совсем сошла на нет.

С такими людьми спорить бесполезно, так как их точка зрения возникла от абсолютного непонимания того, что происходит в стране. Они не могут оценить, как здесь принято относиться к искусству.

Я убежден, что товары массового производства с отличным дизайном составляют новую американскую форму искусства и лежат в основе новой американской культуры. Эти произведения прикладного искусства – часть американской повседневной жизни, а не просто музейные экспонаты для изучения в воскресный полдень.

Я не вижу принципиальных различий между любителями изящных искусств и теми, кому милы классические образцы прикладного искусства. Ими движет общий порыв – стремление к красоте.

Многие годы искусством могли наслаждаться только привилегированные классы. Помимо церкви, где на деле удовольствие вытеснял благоговейный трепет, обычный человек редко сталкивался не с природной красотой. У него не было доступа к высокопробной живописи, скульптуре, предметам интерьера. Все это было привилегией богачей. По иронии судьбы, в определенный период уровень декоративно-прикладного искусства пал столь низко, что еще большой вопрос, кого считать привилегированным классом: тех, кто в угоду моде окружил себя искаженными формами, или бедняков, которым пришлось наполнить свой дом простыми, недорогими и потому лишенными украшений предметами быта.

Другая часть обличительной критики бескультурных американцев связана с вредом, который якобы несут крупные концерны и выработанная ими система массового производства. Существует, конечно, и обратная сторона медали. Крупные концерны и массовое производство создали множество преимуществ для жителей нашей страны, не последнее из которых – невероятный подъем уровня общественного вкуса благодаря хорошему дизайну потребительских товаров.

Общественный вкус в том смысле, как он понимается в этой книге, – это характеристика неоднородной массы людей, а не определенной группы с конкретным уровнем дохода или образования. Кого-то тронут картины Ван Гога, кто-то испытает восторг при виде обтекаемых форм реактивного самолета. Под впечатлением от прекрасной скульптуры человек, вероятно, становится способен оценить превосходные линии термоса или лампы и наоборот. По этой причине массовое производство товаров в хорошем дизайне имеет колоссальное влияние, ведь в итоге люди, придя в магазин, смогут развить свой вкус. Взаимодействуя с красотой, человек бессознательно начинает лучше и быстрее воспринимать искусство во всех формах.

Мы обнаружили это, когда работали над двумястами пассажирскими вагонами – одним из наших проектов для Нью-Йоркской центральной железной дороги. Когда были готовы сметы, появилась необходимость пересмотреть бюджет, чтобы снизить стоимость. В первую очередь отказались от зеркал на перегородках в обоих концах каждого вагона. Мысль об этих пустых зонах не давала нам покоя, и мы задумали закрыть их качественными репродукциями великих произведений искусства. Мне показалось, что представители железнодорожной компании просто решили потешить мое воображение, разрешив нам превратить роскошные новые вагоны в подобие художественной галереи. Но они позволили нам собрать необходимые четыреста репродукций и оформить целые выставочные поезда, в которых демонстрировалось искусство нескольких эпох – от Рембрандта до Пикассо. Мы тогда не понимали, во что ввязываемся. За первую неделю после запуска вагонов мы получили более тысячи хвалебных писем от довольных пассажиров, многие из которых спрашивали, где можно приобрести такие же репродукции.

Проходили недели, писем становилось больше, и в конце концов представители железнодорожной компании, которым скрепя сердце пришлось примерить роль знатоков искусства, выпустили информационную брошюру с достаточно громким названием «Искусство на колесах».

В последние несколько лет американцы проявляют небывалый интерес к живописи. Тысячи людей, которых раньше почти не привлекало искусство, узнали о Рембрандте и Сезанне. Это в значительной степени заслуга журнала Life, который регулярно печатает репродукции выдающихся произведений живописи, фотографии скульптур, соборов, гобеленов и тому подобного, встречая живой отклик своей разнообразной аудитории. Этот интерес только возрастает. Доктора рекомендуют живопись как терапию при повышенном кровяном давлении. В каждом большом городе найдется группа бизнесменов, которые рисуют для удовольствия. В конце концов, почетные граждане и Лондона, и Вашингтона по выходным занимаются живописью. Люди стояли в очереди за билетами, чтобы посмотреть коллекцию известных произведений европейского искусства, отправленных в мировое турне. На обложке одного из самых популярных номеров журнала Ladies Home Journal была репродукция «Подсолнухов» Ван Гога. Известные работы показывали по телевизору с комментариями компетентных критиков. Примечательно, что телезрителей не возмущает, когда сперва демонстрируют бесценные объекты, например кубок Роспильози, а парой минут позже – автомобиль или холодильник в хорошем дизайне.

Многие удивятся, что в 1954 году музеи Нью-Йорка посетило практически столько же людей, сколько побывало на главных спортивных аренах города.

Посещаемость музеев:

Американский музей естественной истории 2 218 565

Бруклинский музей 429 797

Клойстерс 702 857