Отец вздрогнул — и резко обернулся. В дверях стояла незнакомая светловолосая женщина и молча наблюдала за ними. Сколько она там, в дверях, простояла и что видела, Денис не знал. На светловолосой было дорогое белое пальто — но уже помятое, в пятнах сажи и брызгах грязи. Но смотрелась она в нем все равно неплохо. Стильно.
— Что вам здесь надо⁈ — сказал отец. Затем страшным усилием взял в себя в руки, выпрямился. — Это наше личное дело с сыном. Кто вы вообще такая⁈
Светлана Юрьевна покачала головой. Вместо ответа она сделала три стремительных шага, аккуратно взяла отца Дениса за воротник и сильным рывком поставила на ноги. Отец пошатнулся, челюсть отвисла.
— Что вы себе позволяете⁈ — возмутился он. Голос срывался на высокие ноты.
Юрьевна, словно не замечая протестов, перехватила его руку и, легонько надавив на локоть, подтолкнула его к выходу.
— Вы!! Вы что⁈ — отец уже вопил. Денис дернулся было на помощь… И остался на месте.
— И своим друзьям он больше не сможет позвонить, — как ни в чем не бывало, продолжала Светлана Юрьевна. — Они все мертвы. Примите мои искренние соболезнования по поводу смерти сына, но Денису нужно отдохнуть.
Отец уперся свободной рукой в косяк двери и попытался вырваться из хватки. Рывок, еще рывок. Бесполезно. Светловолосая держала его жестко и профессионально. Лицо отца искривилось от боли и побагровело.
— Кто вы⁈ Что⁈ Отпустите! Я буду… буду жаловаться!!
Светловолосая кивнула.
— Это ваше право. Меня зовут Меркулова Светлана Юрьевна, я старший следователь по особо важным делам. Дать вам визитку?
Отец застыл, повел головой, потом зашевелился.
— Я все равно собирался уходить, — объявил он внезапно. «Пытается сохранить лицо», — подумал Денис. Ему почему-то было нестерпимо стыдно за отца. Тот обернулся к Денису: — А с ним все будет в порядке, помяните мое слово! Этот уголовник из любой передряги выпутается!
Светлана Юрьевна наконец отпустила его, мягко вытолкнула отца за порог — и захлопнула дверь. Бух. Отец остался снаружи.
Она повернулась к Денису. Улыбнулась невозмутимо и на удивление обаятельно.
«Красивая женщина, — подумал Денис невольно. — Только жесткая, пиздец». Такой женский типаж его никогда не привлекал. Доминаторша, блин. Терминаторша.
— Доброе утро, Денис Владимирович. Как вы себя чувствуете? Просьбы? — обернулась она к Денису. — Жалобы? — Она помедлила, глядя на него внимательными красивыми глазами. — Может, кофе?
— Воды, — хрипло сказал он.
Светлана Юрьевна кивнула и открыла принесенную с собой бутылку. Денис рассеянно взял воду, поднес бутылку к губам и вдруг встрепенулся:
— Аня? Девушка, что была со мной⁈
Светлана Юрьевна помедлила, затем покачала головой. Нет. Денис замолчал. Плечи его опустились.
— Серьезно? — спросил он наконец.
— Сочувствую. Большая потеря крови. Врачи сделали, что смогли. Но, к сожалению…
Денис сжал зубы. Пить расхотелось. Но он все-таки сделал пару глотков — вода горчила. Закрыл бутылку, поставил на стол и отвернулся к стене.
— Это была ваша девушка?
Денис мучительно мотнул головой.
— Нет, — сказал он. — Моего бра…
У него вдруг перехватило горло. «Кеша, Кешка».
Светлана Юрьевна принесла штатив, поставила его напротив кровати. Затем вынула из сумки и прикрепила на него небольшую видеокамеру «сони». Включила. Загорелся красный значок записи. Следовательница кивнула сама себе, выключила камеру. Огонек погас.
Светлана Юрьевна придирчиво осмотрела стол и протерла рукавом пальто капли от воды. После начался странный ритуал. Денис смотрел с удивлением. Светлана Юрьевна принесла из коридора большую канцелярскую коробку с принадлежностями, поставила ее на стул. Затем вынула оттуда карандаши и ручки, несколько блокнотов разного цвета и размера. Не обращая внимания на Дениса, Светлана Юрьевна разложила их на столе и выровняла по длине.