— Что? — сказала она, не смущаясь уставившихся на нее ребят. — Я его только недавно купила.
Потом, махнув рукой, отошла в сторону и стала разглядывать фотографии на огромном смартфоне Степана.
Они уложили Аню на носилки и медленно двинулись в путь. Медленно, с перерывами на отдых. На следующем привале Оля подозвала Степана и показала ему фотографию.
— Ты меня специально так фотографируешь, чтобы я хуже всех получилась?
Глава 21
Хороший доктор
Дорога до больницы заняла, казалось, несколько часов. Солнце стояло в зените, и пот градом катил с Дениса и Степыча, несущих носилки. Временами их сменяли Кеша или Женя, но быстро выдыхались. К тому же эти двое не отличались слаженностью шага и силой Дениса со Степычем, и Ане было попросту очень больно. Оля независимо и вальяжно шагала за маленьким караваном.
«Сучка, — подумал Денис почти с восхищением. — Лучше бы еды захватила». Есть хотелось неимоверно. Они оставили всю провизию на поляне, вместе с велосипедами, а вода, те несколько бутылочек, что они взяли с собой, уже закончилась. Последние капли Женя вылила в крышку и дала выпить Ане.
— Надо было мне ехать на велосипеде, — вытирая пот со лба, сказала Оля.
— Это точно. Все равно ты не помогаешь, — съязвила Женя.
Женя совсем вымоталась: футболка была пропитана потом. Женя облизывала губы пересохшим языком, но не жаловалась.
— Ой, можно подумать, что ты взаправду ее несешь, — парировала Оля.
Женя посмотрела на нее и не стала отвечать.
Вид больницы не вселял надежды. Денис выдохнул и выматерился. Она была, вне всяких сомнений, заброшена: бóльшая часть окон разбита, штукатурка на стенах облезла и обвалилась, забор из сетки рабицы, ограждающий территорию вокруг, лежал на разросшейся траве.
Но кое-что все-таки обнадежило. Первое: к больнице действительно была проложена дорога — пусть с разбитым асфальтом и ямами, но Степина «буханка» сюда доберется точно. И второе: когда они обогнули здание, то увидели — недалеко от главного входа была припаркована машина «скорой помощи». С виду целая и на ходу. Степан восхищенно присвистнул. Когда они смотрели на больницу по пути к злополучной поляне, машина была скрыта от них зданием.
— Опускаем, — скомандовал Денис. Он подумал, что сейчас у него отвалятся руки. Аня вроде весит как воробей, но нести ее по лесу — еще-то удовольствие. — Раз-два.
Они опустили носилки как могли нежно, но Аня все равно проснулась и застонала от боли.
Денис размял руки и посмотрел на свои ладони. Стер на фиг. Ладно, сейчас это меньшая из проблем.
Крыльцо больницы было еще советского дизайна — панели из алюминиевого профиля, коричневый пластик, стекло. Денис открыл дверь — она легко поддалась — и пошел, осторожно переступая осколки стекла. «Похоже, здесь вообще людей не бывает. Даже написать „хуй“ некому», — подумал он. Внутренняя дверь была уже постсоветской — из крашенного бурой краской металла. Денис протянул руку и взялся за ручку. Потянул…
Дверь была закрыта. «Ого!»
— Эй! Есть здесь кто? — забарабанил в дверь Денис. Прислушался. Тишина. — Эй!
Бесполезно. Он вышел наружу, оглядел здание.
В окне второго этажа дернулся чудом сохранившийся тюль. Он всмотрелся до рези в глазах. Или показалось? Женя, сидевшая рядом с носилками, поежилась. Аня, измученная дорогой еще сильнее, чем они все, лежала, прикрыв глаза. Похоже, задремала.
Женя встала, подошла к Денису.
— Пойдем отсюда, мне страшно, — сказала она. Денис выругался. «Страшно ей, блять. А мне страшно, что здесь никого не окажется».
Кеша заглядывал в окна, стучал кулаком и кричал. Ничего. Только откуда-то из глубины здания доносилось далекое слабое эхо. Он вернулся к остальным, пожал плечами.
— Денис, давай я сгоняю до машины, — предложил он.
— Нет! Один ты никуда не пойдешь.
— Ты сейчас серьезно?
По Кеше было видно, что он очень хочет куда-нибудь смыться. «От Ани и от проблем», — ядовито подумал Денис. Ладно, отправлю их к «буханке» вдвоем — Степана с Кешей.