— Я никогда не смотрел на это так… Ты предлагаешь мне… странное… Предлагаешь стать уязвимым.
— Только с ней, — Кевин кивнул, поправляя и распрямляя смявшуюся одежду. — Она искренне ответит тем же, вот увидите. И тогда вы сможете почувствовать то, чего у вас не было. Любовь.
Лестер помолчал ещё несколько секунд, а потом сокрушенно произнес:
— Чертовы сноходцы, умеете же мир перевернуть с ног на голову, — но в его голосе не было злости, он всего лишь выражал согласие. — Чтоб вам пусто всем было.
Лестер отправился дальше по дороге, продолжая негромко по-доброму ругаться. Кевин хмыкнул и отправился вместе с ним:
— Кстати, сны показали мне кого-то, кого вы искали весь последний месяц. Я не знаю, кто это, но могу рассказать, где он живет.
— Отлично! — Лестер довольно потер руки. — Значит, скоро мы с Адельгейдой его навестим. И хватит обращаться ко мне на «вы», нас могут услышать.
— Как угодно, — согласился Кевин, продолжая улыбаться, а затем вытащил из кармана белую мышку. — Прошу знакомиться, это Шарлин, особый мутант, обладающий рядом возможностей. Но самое главное, через него на вас смотрит сама Королева.
Лестер остановился и пристально посмотрел в глаза неподвижно сидящей на ладонях Кевина мыши:
— Что за королева? — спросил он, не отрывая взгляда от зверька.
— Ты знаешь ее под именем Эрика Бэккер.
На лице Лестера расплылась ухмылка:
— Ну, здравствуй, Эрика. Давно не виделись.
Мышь чуть приподнялась на задних лапках и о чем-то прожестикулировала своими маленькими передними лапками. Лестер в ответ на это хмыкнул:
— И не обязательно называть меня так грубо. Ты была отличным учёным, пока не впала в свои безрассудства, — после этого Лестер перевел взгляд на Кевина. — Третий круг ее не поймал? Они меня разочаровали.
— О, нет, они договорились с Королевой. Она даже убила одного из вас.
Мышь развернулась к Кевину и сообщила что-то жестами ему, тот улыбнулся в ответ:
— Не волнуйтесь, Королева. Это ничего страшного, что я раскрыл ему возможности Шарлин. Если бы он захотел меня убить, она бы мало в чем ему помешала. — Кевин пронаблюдал очередной набор жестов. — Это размолвки прошлого. Вы ведь и с третьим кругом договорились, вот и с ним получится. Я ведь ещё ни разу вас не подводил.
— Как она это делает? Как управляет этим созданием? — с интересом уточнил Лестер. — Не припомню в ее прежних исследованиях такой возможности.
Мышь снова повернулась на Лестера, показала ему неприличный жест и недовольно скрестила лапки на груди, пока Кевин отвечал:
— Та черная субстанция, что оказалась в руках Уробороса и исследование которой ты курировал, это словно сухие отброшенные листья, а Королева нашла корни этого «дерева». Впервые на него наткнулся другой архимагистр Тьмы, тот, чье место в Уроборосе ты занял после его смерти, Старейшина. Однако он так ни с кем этими исследованиями и не поделился, поэтому никто так и не узнал про это. Я подсказал Королеве соглашаться на предложение третьего круга о том, чтобы она со всеми своими детьми жила на отдельном острове, поскольку именно там и находился он, этот источник. Королева воссоединилась с ним и называет его Отцом, поскольку именно благодаря ему она создаёт своих детей. И именно благодаря ему она теперь смотрит глазами всех своих детей одновременно. Она всегда рядом с каждым из них.
— О да, я знаю, каково это, когда чувствуешь себя богом, — усмехнулся Лестер, посмотрел на очередную жестикуляцию мышки и хмыкнул. — Опять грубишь.
— Да, именно таким я и вижу его во снах, кивнул Кевин. — Вечноспящий бог. Со временем и Королева станет, как он, а пока она пользуется его псионическими возможностями.
— Хм, — задумался Лестер, — а ведь мой наставник-сноходец наверняка знал об этом вечноспящем. Раз мой предшественник, архичародей Тьмы, его исследовал. Они же были из одного поколения.
— Скорее всего, знал, — кивнул Кевин.
— И ничего никому не сказал, старый хрыч, — беззлобно ругнулся Лестер. — Вот, за что я вас ненавижу, сноходцы.
— Всему свое время, — пожал плечами Кевин.
— Да-да, вот именно за это, — со вздохом качнул головой Лестер и отправился дальше.
Глава 8
Я тебя люблю
На следующий день мне стало намного легче, даже несмотря на то, что полночи я не спала. Вообще говоря, оба моих мужчины (да, уже моих!) уже были прощены.