На языке животных. Как они общаются друг с другом и как нам научиться понимать их: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Когда вы прочтете главу про плавание с дельфинами, то поймете, что не все исследования можно считать приемлемыми. Я никогда не работал ни с шимпанзе, ни с другими человекообразными обезьянами, и поэтому не могу позволить себе высказать свое мнение по этому поводу.

Но, как и в случае с дельфинами, эти уникальные исследования вызвали большой общественный резонанс, многие результаты экспериментов с человекообразными обезьянами оказались омрачены скандалами и подозрительными махинациями. Для тех, кому интересно, рекомендую блог «Дочь дрессировщика шимпанзе»[50].

Многие годы оставался без ответа главный вопрос, можно ли применить полученные знания в естественной среде обитания. Неожиданно удалось определить синтаксис – то есть построение предложения – у гиббонов[51], вида обезьян, которые не относятся к человекообразным, как горилла, шимпанзе, орангутан. Тем не менее у них большой репертуар акустических сигналов, и их социальная жизнь крайне сложна, поэтому структура предложений имеет смысл.

Попугаи

По старым фильмам про пиратов мы знаем, как хорошо попугаи могут копировать человеческую речь. Однако это ограниченное представление. До сих пор попугаи – единственные представители животного мира, которые смогли научиться говорить на языке человека и с которыми мы действительно можем побеседовать.

Такие невероятные способности не должны нас сильно удивлять – уже по крайней мере лет десять нам известно, что африканские серые попугаи могут разговаривать с людьми[52]. Прекрасно помню один из летних дней в 2003 году. В нашем институте в Берлине тогда состоялся небольшой семинар, где приглашенным гостем была американский ученый Айрин Пепперберг. В то время ее исследования еще не получили международного признания. Но все уже понимали, что ожидается что-то грандиозное. Хотя ее работа была в основном связана с одним животным, с серым попугаем по кличке Алекс (ALEX сокращенно Avian Language EXperiment – птичий языковой эксперимент), результаты были впечатляющие. Алекс был способен правильно употреблять наречия в зависимости от контекста. Мог различать семь цветов, пять фигур и считать до шести. На вопрос «Сколько кругов ты видишь?», например, он отвечал «Четыре». Если его спрашивали «Какой круг отличается от остальных?», мог ответить «Красный!»[53].

Я не лингвист и не могу судить, язык ли это, но философ и лингвист, профессор университета Баркли, Дженнифер Худин считает, что с учетом современных лингвистических теорий на этот вопрос можно ответить положительно[54]. Она также полагает, что в данном случае выполняются оба условия обратной связи и условия философов Дональда Дэвидсона (семантика = языковое значение) и Джона Серла (синтаксис = языковые правила). В дополнение к лингвистическим доводам она также приводит несколько примеров: Алекс был способен спросить своего инструктора, что она собирается делать дальше. Ответ «Я ухожу на обед» впоследствии он взял на вооружение и без какого-либо дополнительного обучения использовал предложение «Я ухожу» на одном из занятий, когда у него пропало желание заниматься. Следующий диалог также весьма впечатляет, учитывая, что он был спонтанным и не подготовленным заранее:

Алекс: «Будь хорошей. Я люблю тебя».

Айрин: «Я тоже тебя люблю».

Алекс: «Ты придешь завтра?»

Айрин: «Да, я приду завтра».

На следующий день после этого разговора Алекс умер. Ему был 31 год, это только половина средней продолжительности жизни таких птиц. Всю свою жизнь, за исключением нескольких месяцев, он прожил в лаборатории Айрин Пепперберг, где практически каждый день с ним занимались. В настоящее время он считается единственным животным, чей диалог с человеком лучше всех подтвержден документально. Скорее всего, в Германии не разрешили бы такой эксперимент, так как серые попугаи жако очень социальные существа и страдают от одиночества, а подобное у нас запрещено.

Теперь, когда мы узнали, что животных в той или иной степени возможно обучить человеческому языку, следует задаться вопросом а можно ли научить письму? Трудно себе такое представить, но именно это удалось сделать. Например, голубей научили узнавать написанные английские слова. Спустя некоторое время они стали распознавать эти слова среди произвольного набора букв. Однако это показало лишь, что голуби прекрасно распознают образы и у них отличная память. Поэтому условия эксперимента довольно быстро изменили. Дополнительно были введены новые английские слова. Поскольку эти слова, как и произвольный набор букв, отличались от выученных восьми слов, они должны были быть определены как неправильные или как полная бессмыслица. Животные распознали новые английские слова. Они не просто выделили визуальную закономерность, но и догадались, что эти закономерности в своей основе регулируются правилами, то есть орфографией. Птицы распознали восемь новых английских слов, которые соответствовали этим правилам, как и те слова, которые были выучены ранее[55]. В этом отношении мозг голубя работает так же, как и наш мозг, когда мы изучаем орфографические правила. Мне, как легастенику, это кажется невероятным. Как у них это получается?

По крайней мере, я могу утешиться тем фактом, что при выполнении многозадачных заданий голуби показывают лучшие результаты, чем люди[56]. Они просто гораздо быстрее переключаются. Причина этого – гениальная конструкция их мозга. Мы думаем, используя лишь поверхность головного мозга, а мозг птицы – это компактная нервная ткань с высокой плотностью нервных клеток. Это их большое преимущество, так как у нас стимул зачастую вынужден преодолевать огромные расстояния. В этом нам помогают специальные нервные клетки, так называемые веретенообразные нейроны. Еще недавно считалось, что эти нейроны отвечают за наш социальный интеллект[57]. Сегодня мы знаем, что эти нейроны предназначены для того, чтобы в целом стимул мог преодолеть большие расстояния. Мозг птицы в этом случае определенно устроен лучше. Поэтому, пожалуйста, побольше уважения к птичкам!

5. Мы не одни – эволюция речи

«Не язык не сделал возможным интерактивный интеллект, это интерактивный интеллект сделал возможным развитие языка как средства коммуникации»[58].

Сегодня вряд ли есть ученые, которые считают, что интеллект эволюционировал благодаря языку. Многие животные определенно умны и способны к сложной когнитивной работе. Потому неудивительно, что многие животные находятся на пути к развитию языка. Но давайте сначала посмотрим на родственников наших предков.

Неандерталец

Мы отправимся в небольшую долину между Эркратом и Меттманом, примерно в десяти километрах к востоку от Дюссельдорфа. Это Неандерталь – место, где были обнаружены кости людей каменного века. Приблизительно 150 лет назад они задали несколько загадок. Анатомия костей слишком отличалась от предыдущих находок, нескольким поколениям ученых было над чем поломать голову. Неандертальцев сначала определили как подвид Homo sapiens, а затем как отдельный вид. Благодаря генетическим исследованиям известно, что наши предки, покинув Африку, вступали в отношения с неандертальцами. В качестве сувенира той эпохи потомки тех переселенцев носят в себе гены неандертальцев. Эти полукровки, бесспорно, обеспечили продолжение рода, но сегодня мы говорим о неандертальце, как об отдельном виде Homo neanderthalensis. Много тысячелетий вместе с некоторыми другими видами рода Homo мы жили вместе на Земле.

Когда мы сегодня говорим о каменном веке, то говорим не только о фазе развития предков современного человека, но и о фазе развития, которую разделяли разные виды рода Homo. Но были и находки каменных орудий рода Пан, поэтому многие ученые говорят о «каменном веке шимпанзе»[59]. Однако ему всего 4000 лет.

Лингвисты в особенности очень хотели бы понять, когда и как появился язык. Раньше считалось, что только наши прямые предки, то есть Homo sapiens, в какой-то момент развили язык. Но теперь можно обоснованно утверждать, что Homo neanderthalensis обладал аналогичными языковыми способностями[60].

Раскопки показали, что по уровню интеллектуального развития неандертальцы не уступали нашим предкам, и, по мнению ученых, сложные и последовательные действия, на которые они были способны, возможны при владении речью. Более того, их подъязычная кость очень похожа на нашу, что давало достаточную гибкость гортани для возможности формирования речи[61]. Однако нашим ближайшим родственникам было отказано в способностях, так как с семидесятых годов существовала теория, что строение их гортани не позволило бы произносить слова[62]. Но сегодня мы знаем больше – макаки[63], как и бонобо[64], способны воспроизводить языкоподобные звуки.

Само собой, возникает вопрос, почему неандертальцы вымерли, а мы нет. И хотя в прошлом между нами и неандертальцами находили и какие-то сходства[65], и какие-то различия[66], теперь считается, что генетических различий было очень мало. Однако это могло иметь драматические последствия[67]. В главе «Наши устаревшие представления о животных» мы увидим, что Homo sapiens находился на грани вымирания. Если бы тогда существовала Красная книга Международного союза охраны природы[68], то нам присвоили бы статус CR (Critically Endangered – в критической опасности). Сегодня мы точно знаем, что делали наши предки, чтобы выжить, но не понимаем причины их действий. Лично у меня есть небольшое предположение.

Директор Института эволюционной антропологии Макса Планка Майкл Томаселло провел сравнительное исследование с участием детей из детского сада и молодых обезьян и пришел к неожиданному выводу.

Это заходит так далеко, что дети отказываются от вкусных конфет, чтобы не выделяться из группы и оставаться частью общества[69]. Другие виды человекообразных обезьян ни секунды не колебались и брали лакомство.

В книге «Тайна животных» я подробно рассказал об этом эксперименте и здесь хочу изложить основные выводы, вытекающие из этого генетически запрограммированного поведения. До сих пор мы, люди, являемся единственными животными, которые в такой степени подчиняются диктату группы. Эта особенность сделала нас склонными к сотрудничеству, а готовность к сотрудничеству, с другой стороны, по моему мнению, стала настоящей причиной успеха людей.

Но как это связано с эволюцией речи? В прошлом многие лингвисты и философы предполагали, что способность говорить сделала нас тем, что мы есть. Однако все чаще и чаще звучит мнение, что способность к языку свойственна не только нашему виду. Скорее успех нашего вида можно объяснить таким удивительным механизмом, как то, что мы охотно подчиняемся сообществу, – это, возможно, является еще одной, ранее неизвестной, вроде бы незначительной причиной того, что неандертальцы вымерли.

Несмотря на эти незначительные различия, у нас с неандертальцами, возможно, было гораздо больше общих языковых элементов, чем считалось ранее. Исследователи предполагают, что языки с щелкающими согласными (кликсами), которые до сих пор встречаются во многих африканских странах[70], произошли от щелчков, которые использовались для коммуникации во время охоты[71]. На YouTube можно посмотреть, как звучит такой язык у шимпанзе[72] и у людей[73].

Ген речи FOXP2

В конце XX века у одной лондонской семьи, в которой многие родственники страдали от расстройств речи, была обнаружена генетическая особенность. У всех больных был выявлен дефект генов. Пресса писала об открытии так называемого гена речи. Наконец-то было найдено убедительное объяснение способности человека говорить.

[50] http://chimptrainersdaughter.blogspot.de.

[51] Clarke E., Reichard, U. H., Zuberbühler, K.: The syntax and meaning of wild gibbon songs. Public Library of Science One (2006) 1(e73).

[52] Pepperberg, I. M.: Evolution of communication from an avian perspective. In: Oller, D. K., Griebel, U. (Hgg.): Evolution of Communication Systems: A Comparative Approach… Cambridge 2004, S. 171–192.

[53] Pepperberg, I. M., Gordon, J. D.: Numerical comprehension by a Grey Parrot (Psittacus erithacus), including a zero-like concept. Journal of Comparative Psychology (2005) 119, S. 197–209.

[54] Hudin, J.: Did Alex have language? Ethics & Politics (2009) XI(1), S. 271–290.

[55] Scarf, D., Boy, K., Über Reinert, A., Devine, J., Güntürkün, O., Colombo, M.: Orthographic Processing in Pigeons (Columba livia). Proceedings of the National Academy of Sciences (2016) 113(40), S. 11272-11276.

[56] Letzner, S., Güntürkün, O., Beste, C.: How birds outperform humans in multicomponent behavior. Current Biology (2017) 27(18), S. 996–998.

[57] Allman, J. M., Watson, K. K., Tetrault, N. A., Hakeem, A. Y: Intuition and autism: a possible role for Von Economo neurons. Trends in Cognitive Science (2005) 9, S. 367–373.

[58] Levinson, S. C.: Interactional biases in human thinking. In Social Intelligence and Interaction (Goody, E. N. Hrsg). Cambridge 1995, S. 221–260.

[59] Mercader, J., Barton, H., Gillespie, J., Harris, J., Kuhn, S., Tyler, R., Boesch, C.: 4,300-Year-old chimpanzee sites and the origins of percussive stone technology. Proceedings of the National Academy of Sciences (2007) 104 (9), S. 3043 bis 3048.

[60] Dediu, D., Levinson, S. C.: Neanderthal language revisited: not only us. Current Opinion in Behavioral Sciences (2018) 21, S. 49–55.

[61] D'Anastasio, R. et al.: Micro-Biomechanics of the Kebara 2 Hyoid and Its Implications for Speech in Neanderthals. Public Library of Science One (2018) 8(12) e82261.

[62] Lieberman, P. H., Klatt, D. H., Wilson, W. H.: Science (1969) 164, S. 1185.

[63] Fitch, W. T., deBoer, V. B., Mathur, N., Ghazanfar, A. A.: Monkey vocal tracts are speech-ready. Science Advances (2016) 2(12) e1600723.

[64] Boe, L. – J. et al.: Evidence of a Vocalic Proto-System in the Baboon (Papio papio) Suggests Pre-Hominin Speech Precursors. Public Library of Science One (2017) 12, e0169321.

[65] d'Errico, F., Zilhao, J., Julien, M., Baffier, D., Pelegrin, J.: Neandertal acculturation in Western Europe? A critical review of the evidence and its interpretation. Current Anthropology (1998) 39, S. 1-44.

[66] Binford, L. R.: Bones: Ancient men and modern myth. Academic Press. New York 1981.

[67] Wynn T., Coolidge F. L.: The expert neandertal mind. Journal of Human Evolution (2004) 46: S. 467–487.

[68] www.iucnredlist.org

[69] Haun, D. B. M., Rekers, Y., Tomasello, M.: Children conform to the behavior of peers; other great apes stick with what they know. Psychological Science (2014) 25(12), S. 2160–2167.

[70] Cissewski, J., Boesch, C.: Communication without language – How great apes may cover crucial advantages of language without creating a system of symbolic communication. Gesture (2016) 15(2), S. 224–249.

[71] Nishida, T.: The leaf-clipping display: a newly-discovered expressive gesture in wild chimpanzees. Journal of Human Evolution (1980) 9, S. 117–128.

[72] www.youtube.com/watch?v=cZU2YYYxEsw.

[73] www.youtube.com/watch?v=ppM1zbmFQd8.