Лев Сергеевич подхватывает Юлиану, запрокидывает ее к себе на плечо и, звонко шлепнув девушке по заднице, уносит ее в дом.
Я широко распахиваю глаза и смотрю на опустевший двор. В бассейне серебрится вода в свете фонаря. Рядом с шезлонгом стоит бокал красного вина, валяется женский темно-зеленый купальник. Тишина.
Только слышно, как сверчки стрекочут в траве.
И прохладный воздух проникает в мою комнату с улицы, освежая мое раскаленное сознание.
Я хлопаю ресницами и тяжело сбивчиво дышу. Прихожу в себя медленно.
Отложив телефон, направляюсь в ванную комнату. Раздеваюсь, с удивлением замечаю на трусиках свой блестящий липкий сок. Провожу рукой по половым губкам.
Я вся мокрая!
Кровь приливает к щекам. Мне так неловко и стыдно за то, что я подсматривала… за то, что возбудилась, кажется, впервые в жизни.
Бросаю одежду на пол и встаю в ванную. Задергиваю шторку и включаю холодную воду. Струи воды жалят мое тело.
Теперь понятно, почему после ужина я должна сидеть в своей комнате до самого утра. Лев Сергеевич в это время трахает своих женщин.
Вспоминаю, что у него на втором этаже десять комнат! У него что, гарем? И он их по очереди…
Качаю головой и умываюсь.
Стараюсь отогнать от себя липкие, неприятные мысли.
Я в этом доме сойду с ума теперь, зная, чем этот опасный мужчина занимается…
Вспоминаю о слухах, которые ходят про Отшельника в нашем городе — он убивает проституток, которые не смогли его удовлетворить.
В кончиках пальцев вновь токовые разряды, доводящие меня до нервной дрожи.
Я не знаю, как мне теперь смотреть в глаза Льву Сергеевичу. А если он узнает, что я видела его с Юлианой у бассейна?
Если он подумает, что я расскажу правду о его личной жизни кому-то?
Мамочки…
Вот теперь мне становится страшно.
Этот мужчина может сделать со мной все, что угодно. Убить или…
Больно кусаю кончик языка. Металлический привкус крови проявляется во рту.
Я выхожу из ванной, закутавшись в полотенце. Вытираю волосы, надеваю чистые трусики и большую черную футболку. Ложусь в постель и смотрю в потолок. А в памяти снова и снова всплывают картинки, которые я недавно увидела.
Сильно зажмуриваюсь и прячу лицо в подушку.
Я сегодня даже с мамой не смогу поговорить после стресса и шока, который испытало мое тело. Неправильная у меня реакция.
Я не должна была смотреть. Не должна была возбуждаться. Не должна была вообще приезжать в этот дом.
Но я точно знаю, что мама теперь с ума сходит.
Беру телефон и печатаю ей сообщение:
«Со мной все хорошо, дома не жди. Завтра все объясню. Я тебя люблю!»
Возвращаю телефон на тумбочку возле кровати и поворачиваюсь на другой бок.