– Но я передумал.
– Почему передумал?
– Я приехал сюда на мамином велике, нехорошо это.
Сверчок подобрал с земли камушек и бросил его в никуда.
– Но когда я вернулся, родители, видно, подумали, что я просто где-то болтался без дела, и наорали на меня. Время-то начать помогать в идзакае я пропустил. Ну, я и подумал, на хрена я вернулся-то? Но сейчас, это самое, я думаю, вот и хорошо, что из дома не сбежал. Ведь если бы я сбежал и жил здесь, я бы тогда и в школу не ходил, и мы бы с тобой не встретились.
Сверчок попытался заглянуть мне в глаза, но я отвернулся. Совсем рядышком с жужжанием пролетал мохнатый шмель. Наконец он нашел на земле белый цветок и залез внутрь его лепестков, распахнутых, как звездочка. Стало тихо.
– Есть место, где можно посидеть, отдохнуть. Пошли.
Сверчок, изогнувшись, вылез из пещерки в сосне, отряхивая плечи и спину.
– Вон там есть крыша и лавки. Как сарай, только стен нет.
– Беседка?
– Да кто ж его знает.
Мы пришли. Постройка действительно оказалась беседкой, в которой уже сидели три человека. Сверчок молча подошел к ним. Он некоторое время постоял так, но никто из троих не обратил на него внимания.
– Вы же говорили, что у вас нет!
Увлеченные игрой Журавль, Ками и Симо одновременно подняли головы и посмотрели на Сверчка. У каждого из них в руках был цветной геймбой, а на скамейке лежали испачканные землей монеты.
10
Прошла неделя, как начались летние каникулы.
– Они на тебе как мешок болтаются!
– А тебя слишком обтягивают!
Мы стояли друг напротив друга в пыльном сарае и смотрели вниз. Мы поменялись трусами, брюки, вывернутые наизнанку, валялись рядом на полу.
– Если ты руки опустишь, они с тебя свалятся! – сказал мне Сверчок.
Я попробовал опустить руки, и трусы тут же съехали до лодыжек.
Сверчок прыснул. Я снова надел трусы и сжал колени. И мы заржали, наполнив нашим смехом все пространство тесного сарая. Пока мы смеялись, Сверчок пукнул, и мы захохотали еще сильнее.
– Сверчок, ты, когда у стены на руках стоял, тоже пукал. Поэтому так и получилось! – задыхаясь, сказал я, немного приспустил трусы и показал их Сверчку.
Трусы Сверчка в районе попы были коричневатого цвета. «Ой!» – завопил Сверчок, подлетел ко мне и подтянул на мне трусы. А потом, передумав, стянул их вниз, снял мои трусы, вернул их мне и надел свои. Я тоже надел свои.
– Все-таки в собственных трусах спокойнее.
– Сидят как влитые.
После похода на гору Томби мы, не сговариваясь, каждый день стали играть в сарае у меня во дворе.
Около десяти утра Сверчок звонил в колокольчик, я выскакивал из дома, и мы бежали в сарай. Мы играли во что заблагорассудится. Иногда вытаскивали старые инструменты или непонятные агрегаты и крутили их за разные ручки, иногда доставали прибамбасы для цукими[28] и расставляли их по порядку, или убирали паутину, или тренировались щелкать суставами пальцев, или, как сейчас, менялись трусами. Трусами мы менялись из-за той истории, когда мне было два года и родители одолжили подгузники Сверчка. Нам хотелось проверить, насколько отличается размер, никакого другого смысла в наших действиях не было.
Дедушка дал мне пустую магнитофонную кассету, и иногда мы развлекались тем, что записывали наши голоса на магнитофон. Ни я, ни Сверчок никогда до этого в жизни не слышали со стороны, как звучат наши голоса. Мы оба утверждали, что наши голоса совсем другие, но они были записаны на пленку, так что, в конце концов, нам не осталось ничего другого, как смириться. Я и не думал, что у меня такой детский голосок, и очень из-за этого расстроился. А Сверчок не догадывался, что у него настолько грубый голос, что тоже безумно его огорчило. Чтобы избавиться от полученного шока, мы спели «Салют любви путешественников» и записали эту песню на магнитофон. В процессе мы не могли удержаться от смеха, и перезаписывать пришлось несколько раз. Наконец мы решили, что запись готова, но оказалось, что в одном месте, начиная от «расцвете-е-ет» и до «взорвется он и опадет, и опадет», мы слишком перестарались, так что голоса звучали неестественно, и мы перезаписали песню снова.
В перерывах между играми мы болтали о разном. Например, о том, что Сверчку дали имя Сэйя в честь героя манги. Он ходит в самурайских доспехах и борется с врагами. Сам Сверчок эту мангу не читал, я тоже, и нам очень нравилось придумывать всякую ерунду, о чем она. Сарай был тесным, и мы так воодушевлялись, что чувствовали на лицах дыхание друг друга.
[28] Цукими («любование Луной») – праздник полнолуния, который отмечается в восьмом месяце по лунному календарю (обычно приходится на сентябрь – октябрь), поскольку в это время луна особенно яркая и большая. – Прим. ред.