Он жадно наблюдает за мной, пока я раскачиваюсь, трусь и скачу на нем верхом.
Это так хорошо. Так хорошо! Но я здесь, чтобы взорвать его разум, поэтому я меняю свои движения. Приподняв задницу, я подпрыгиваю на его члене, пока шлепающий звук не заполняет комнату.
Его громкий раскатистый стон почти такой же горячий, как выражение восторга на его лице. Мое влагалище сжимается. Я тяжело выдыхаю, приближаясь к тому, чтобы снова кончить.
Дайн натягивает ремни. Его бедра приподнимаются мне навстречу, и мы двигаемся в ритме, преследуя момент, которого я хочу достичь вместе. Я сдерживаю свой оргазм, наблюдая за его лицом, ожидая его.
Прежнее чувство вернулось, на этот раз сильнее. Желания обладать и принадлежать. Желание, чтобы это было так же реально, как мне кажется прямо сейчас.
— Боже, ты чувствуешься так хорошо, детка.
Глаза Дайна распахиваются, и он мощно входит в меня.
— Ты так хорош. Как ты мог в этом сомневаться?
Он хмыкает. Его брови хмурятся.
— Я никогда не должен был сомневаться в тебе, бриллиант. Никогда.
Я хочу сказать больше. Я хочу сказать ему, что я чувствую. По-настоящему. Но не сейчас. Я не могу сейчас. Я не могу подобрать слов. Вместо этого я возвращаюсь к грязным разговорам, которых, как мне кажется, недостаточно.
— Ты наполнишь меня, детка? Ты готов?
Дайн стонет.
— Что, если ритуал не сработал? Что, если я причиню тебе боль?
В ответ я подношу руку к своему клитору и тру. Удовольствие усиливается.
— Детка, это должно сработать. Ты так хорош, я уверена.
Я так близко. Дайн ускоряется. Мои движения дикие и самозабвенные. Мои груди подпрыгивают. Моя рука, потирающая клитор, усиливает влажные эротические звуки.
Мышцы Дайна бугрятся. Его член пульсирует внутри меня. Раздается скрип, звук скрежещущего металла, и наручники на его запястьях щелкают.
В ту же секунду, как он освобождается, его большие руки ложатся на мою задницу. Он сжимает меня. Поднимает меня, водит по своему члену, пока мы оба не начинаем хватать ртом воздух.
Я перестаю двигаться и позволяю ему держать меня в воздухе, пока он входит в меня. Я тру свой клитор, и оргазм расцветает на краю моего сознания.
Затем Дайн притягивает меня к себе. Он наполняет меня до тех пор, пока мне не начинает казаться, что он пронзает шейку матки и попадает в мое лоно.
Я кончаю, дрожа, смеясь и стекая по нему. Он следует за мной с криком.
Когда я смаргиваю черноту с моего поля зрения, я смотрю вниз и вижу, что он смотрит на меня с чистым обожанием.
— Омейка. Омейка. Моя драгоценная. Ты стоишь больше, чем любое сокровище.
Неожиданно мои глаза наполняются слезами, и я сдерживаю их.
Слова, которые я хочу сказать ему, все еще застревают у меня в горле.
Что, если я все-таки такая же, как Кирстен? Просто еще одна обманутая девушка, которой вот-вот разобьют сердце. Он до сих пор не сказал, что любит меня. Никогда не называл меня своей парой.
Я никогда в жизни не была трусихой. Я не собираюсь начинать сейчас.
Я просто положу голову на его широкую грудь и послушаю биение его сердца, чтобы понять, не сходит ли оно с ума, как мое. Всего на мгновение. Потом я найду в себе силы, которые мне нужны.
Я прочищаю горло.