— Ты в порядке, приятель?
Майло сморщил нос.
— Папа, я в порядке. Тебе не обязательно спрашивать так часто.
— Прости. Просто хочу быть уверен.
День выдался пасмурным, а мрачное небо обещало еще больше снега. Температура слегка ниже нулевой отметки. При каждом вдохе его лицо покрывалось клубами пара.
Слишком холодно, чтобы находиться вне дома более нескольких минут без качественной одежды, и все же толпа выглядела так, как будто они уже давно стоят на улице в ожидании.
Семьи прижимались друг к другу. Отцы держали на руках малышей. Пожилые пары обхватывали друг друга за талию, прижимаясь друг к другу, чтобы получить хоть немного тепла.
Каждый застегнул свою верхнюю одежду до горла, обматывав шарфом или повязкой шею и нижнюю часть лица.
Они притопывали ногами, дрожали и крепче сжимали свои корзины, сумки и картонные коробки — все пустые. Пустые, как их кладовки и холодильники, пустые, как их урчащие животы и животы их детей.
Всего через четыре дня после случившегося у людей уже заканчивалась еда. Как и говорила Молли, бабушка Квинн.
После похода за покупками в магазин «Френдли» у Ноа оставалось еды на пару недель. На оставшиеся деньги он купил у Майка Дункана столько дров, сколько смог. Поскольку огонь горел всю ночь, он быстро их расходовал.
Молли помогла ему установить амишское ведро для колодца на его участке. Ведро с водой рядом с туалетом обеспечивало их санитарные нужды. Слава богу, что у них есть септическая система.
Это не слишком весело, легко и удобно, но пока они справлялись.
Ноа наклонился к Майло.
— Иди прямо за мной по моим следам. Держись рядом.
— Я могу это сделать.
— Верно. Я знаю, ты сможешь.
— Офицер Шеридан! — закричал кто-то. — Что происходит?
— Почему мы не можем купить продукты в магазине?
— Ваши люди не пускают в аптеку!
— Я не могу купить лекарства своей матери!
После того, как накануне вечером во «Френдли» едва не произошел бунт, Розамонд и шеф Бриггс приняли решение закрыть магазин, заправку и аптеку Винсона на день или два, пока не будет выработана очередность охраны.
— Это для всеобщей безопасности, — спокойно сказал Ноа. — Как только порядок будет восстановлен, мы снова откроем все для посетителей, в пределах разумного. Мы делаем все возможное, уверяю вас.
Пожилой латиноамериканец сплюнул на снег.
— Разве этот снегоход не принадлежит Билли Картеру? Я узнаю этот рисунок с пауками по бокам.
Ноа признал в нем кассира, работающего на полставки в банке Общественного траста. Дэниел Родригез обычно отличался дружелюбием и приятным характером, а не раздражительностью, как сейчас. Люди начали меняться, и Ноа это не нравилось.
Он заставил себя улыбнуться, хотя не испытывал никакого желания.
— Этот снегоход предоставлен правоохранительным органам на короткое время, чтобы мы могли выполнять свою работу и убедиться, что вы, жители, получаете необходимую помощь и остаетесь в безопасности.
— Безвозмездно, чтоб я сдох, — проворчал Родригез.
Ноа решил не обращать на него внимания. Старик устал, испытывал стресс и был голоден, как и все остальные. Нет смысла расстраивать его еще больше, вступая в спор.