— Стоять! — крикнул Ноа. Его тело дрожало от напряжения, тревога скручивала его внутренности. Палец зудел на спусковом крючке, готовый к действию.
— На колени! — скомандовал Джулиан. — Руки за голову! ЖИВО!
Сердце Ноа забилось, когда он двинулся вперед, нацелив «Ремингтон» на подозреваемого.
— На землю!
Подозреваемый упал на колени и рывком поднял руки вверх. Винтовка упала в снег. Фигура была вся в крови. Залитая ею.
Движение позади первого подозреваемого.
Нервы натянулись, палец Ноа дернулся на спусковом крючке.
Он почти выстрелил. Почти.
Вторая фигура появилась рядом с первой. Меньше, ребенок.
— Не стрелять! — крикнул Ноа.
Черные кудрявые волосы окрасились в буро-красный цвет. Лицо покрыто красными пятнами, видны только белки глаз. Огромные расширенные зрачки сужаются в резких лучах фонаря.
Мозг Ноа обрабатывал информацию медленно и с трудом. Дыхание перехватило в горле. Легкие сжались. Ствол его ружья опустился на дюйм.
— Майло?
— Папа!
Ноа не думал. Он только отреагировал. Выронил свое оружие, упал на колени в снег и широко раскинул руки. Его сын пробежал через заснеженную парковку и врезался в него.
Ноа обхватил Майло руками, наслаждаясь его теплом, его жизнью, его сердце переполняли радость и облегчение
— Отставить! — крикнул Джулиан. — У нас двое гражданских. Повторяю, двое гражданских несовершеннолетних. Не стрелять!
Саманта Перес быстро говорила по рации, связываясь с командами Бриггса и Рейносо и передавая информацию. Остальные офицеры стояли на страже, держа оружие наготове.
Ноа не слышал ни слова из того, что она говорила. Все его внимание сосредоточилось на сыне.
Он заставил себя отодвинуть Майло на расстояние вытянутой руки и осмотреть его. От него исходило медное зловоние крови и смерти.
Сердце Ноа заколотилось. В груди стало слишком тесно. Он не мог дышать. Его ребенок стоял прямо перед ним, но крови было так много. Слишком много.
Майло ранен, возможно, смертельно.
Отчаяние зародилось внутри Ноа. Он опоздал. Слишком поздно, чтобы спасти сына. Он провалил свою самую важную работу — защитить своего ребенка.
— Покажи мне свои раны, — выдавил он. — Где ты ранен?
— Я в порядке, — с дрожью в голосе ответил Майло. — Папа, я в порядке.
— Тогда откуда кровь?
— Это не его, — произнес молодой женский голос.
Ноа вскинул голову. Квинн Райли все еще стояла на коленях на снегу в нескольких ярдах от него, подняв руки вверх, пока Молл обыскивал ее, а Перес конфисковал винтовку AR-15.
Ноа даже не узнал ее. Синие волосы прилипли к черепу, черная подводка для глаз размазалась по окровавленным щекам. Ее одежда выглядела так, будто кто-то окунул ее в малиновую краску.
— Это я сделала, — сказала Квинн. — Я вымазала нас в крови. Чтобы притвориться мертвыми. И остаться в живых.