Морские тайны древних славян: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

…Теперь пора перейти к первому, предварительному обобщению. В начале XI в. всей оседлой земледельческой, цивилизованной частью мусульманского суперэтноса овладели химеры. В Ираке и Западном Иране — дейлемитско-арабо-персидская — халифат; в Восточном Иране — тюрко-иранская — Газневийский султанат; в Мавераннахре и Кашгарии — тюрко-таджикская — государство Илекханов (Караханидов); в низовьях Амударьи — тюрко-хорезмийская…

Химера — система неустойчивая. Возникает она только тогда, когда пассионарное напряжение спадает и приближается к нормальному уровню — гемеостазу. Тогда исходные этносы не сливаются в новый этнос, а аннигилируют, то есть попросту говоря, исчезают. Это равно относится к побежденным и победителям" [24].

Интересно, что все перипетии, связанные с Гирканией (Дейлемом и Гурганом), происходили в период большой активности русов как на Черном море, так и на Каспии, и хазар на севере и в тесном с ними контакте.

В работе "От Руси до России" Л. Н. Гумилев писал, что северный сосед на Каспии — Хазарский каганат, который интенсивно торговал с Китаем, попал в сложную экономическую ситуацию из-за восстания 674 г. в Китае.

"На долгое время Китай выбыл из мировой торговли. Катастрофа, постигшая Великий караванный путь из Китая в Испанию — "шелковую дорогу", конечно же, отразилась и на Хазарии. Но энергичные купцы во главе с правителем, титул которого был "бек" или "малик", нашли выход. Их отряды двинулись на север. Поднявшись по Волге, воины Хазарии разгромили и подчинили Камскую Булгарию. Еще севернее находились бескрайние земли, которые русские летописцы называли Великая Пермь. Вот тут-то купцы-рахдониты (перс, "знающие путь") и организовали поселения-фактории.

Эта торговля компенсировала сокращение торгового оборота, последовавшего из-за разорения Китая. Но произошла очередная неприятность. В IX в. стал разваливаться Багдадский халифат, первой откололась Испания, затем Марокко и т. д. Наконец откололась область Дейлем (861–870 гг.). Таким образом, удобный и легкий путь с Волги в Багдад по берегу Каспия оказался пересечен: дейлемиты не пропускали никого.

Новое правительство Хазарии, свергшее тюркскую военную знать, содержало в качестве военной силы войска из Гургана. Мы уже говорили, что гурганцы были воинственны и очень храбры. Но и сражались они в интересах Хазарии за очень высокую плату. Отслужив, а точнее, отвоевав срок, оставшиеся в живых возвращались домой богатыми. Хазарские правители были истыми купцами. Они покупали победы и только победы. Если воины терпели поражение, что всегда может случиться, их казнили. Бесстрашные гурганцы одержали для хазарских евреев победы над гузами на реке Яик (Урал), над болгарами на Каме, над буртасами на реке Сакмаре, над савирами (сабирами) на Донце. Но те же победоносные гурганцы отказались воевать против единоверцев, мусульман — дейлемитов. И тогда хазарские евреи, народ находчивый и умный, пригласили для войны против мусульман древних русов.

Русов наняли на тех же условиях, что и гурганцев: высокая плата и обязательство одерживать победы. Русы освоили корабельное дело еще на Балтике. Хазары пропускали войско русов по Волге до Каспия. Русы морем совершали набеги на территорию Персии. В первом походе (901–910 гг.) они совершенно разграбили остров Абескун. С дейлемитами русы столкнулись в свой второй поход в 913 г. Дейлемиты отбили русов, и те, чтобы не возвращаться с пустыми руками, напали на мусульманский город Гянджу в южном Азербайджане. Тогда хазарский царь разрешил своей гвардии, гурганцам (которые приняли мусульманство только в XI в. (?) — С. Д.), отомстить за единоверцев. Несколько дней сопротивлялось усталое войско русов, но было разбито мусульманами. Немногие спасшиеся бегством были истреблены на Волге кочевниками — буртасами.

Так, гибельно закончился для русской дружины поход 913 г. Два последующих десятилетия были для хазар наполнены мелкими конфликтами со славянами и уже возникшим (в 882 г.) Киевским княжеством. Опорой хазар на западе была построенная еще в 834 г. на берегу Волги крепость Саркел (Белая Вежа).

В 939 г. произошло событие чрезвычайной важности. Русский вождь Хельги (Олег) захватил принадлежавший Хазарии город Самкерц (ныне Тамань), расположенный на берегу Керченского пролива. Хазарский царь ответил на удар ударом. На русов двинулась мусульманская рать (гирканцев? — С. Д.) под командованием "достопочтенного Песаха". Песах освободил Самкерц, переправился через Керченский пролив и прошел маршем по южному берегу Крыма (940 г.), истребляя христианское население (спаслись лишь укрывшиеся в неприступном Херсонесе). Перейдя Перекоп, Песах дошел до Киева и обложил русское княжество данью. Тогда же русы выдали хазарам мечи, о чем рассказывается в "Повести временных лет".

В 943 г. хазары вновь послали войско русов — уже своих данников — на Каспий, для войны с мусульманами и дейлемитами. Русы захватили в низовьях Куры крепость Бердаа. Страшнее сабель и стрел дейлемитов оказалась вспыхнувшая в лагере русов дизентерия. Они пробились к ладьям и отплыли от берега. В русских летописях нет ни слова об этом походе. Очевидно на Русь не вернулся никто" [23].

Но именно в это время, после исчезновения дружины русов, дейлемский князь вдруг объявляет себя шахиншахом и начинает завоевывать Западную Персию и Багдад (?).

Глава XIII. Знаем ли мы историю России и Европы?

Для того чтобы уверенно смотреть в будущее, необходимо очень хорошо знать прошлое. Незнание истории, а тем более мифотворчество в ней, чреваты бедами. Опасностью совершить ошибки в будущем.

Вот типичный пример, когда забвение истории приводит к катастрофе. В отечественной исторической литературе во времена Екатерины Великой, тогда, когда Россия, успешно воюя с Турцией, закрепилась на берегах Черного моря, сформировалась теория о пути "из варяг в греки", в соответствии с которой торговля Древней Руси и России с внешним миром в основном велась по днепровско-невскому маршруту. (Кстати это представление господствует и в современной исторической науке.) На этом строилась и вся последующая экономическая стратегия правительства по отношению к внешней торговле Российского государства. Чрезмерное стимулирование, хотя и очень рентабельной, но одной черноморской торговли, в ущерб балтийской, полное равнодушие к торговле через Архангельск и другие порты севера России, практическое прекращение торговли с Персией и через Персию привело к тому, что почти вся внешняя торговля России (больше 80 %) в начале XX в. стала осуществляться только через порты Черного моря. Как только в 1914 г. началась "заварушка" на Балканах, Россия оказалась перед выбором: либо лишиться практически всей своей внешней торговли, либо защищать свободу прохода через черноморские проливы силой оружия. Так Россия была вынуждена вступить в войну с Австро-Венгрией и Турцией, которая неожиданно переросла в мировую катастрофу. Подчеркиваю, была вынуждена. Никакой иной необходимости воевать у России не было. И если бы проводилась более дальновидная стратегия развития торговых потоков, то катастрофа могла и не произойти. Тем более, что это все равно пришлось делать, но уже в условиях войны, когда срочно организовывали грузоперевозки через Мурманск и Архангельск.

О торговом пути через Иран вспомнили только во время Великой Отечественной, когда также в условиях войны занимались налаживанием грузоперевозок товаров и оружия, предоставляемых союзниками по ленд-лизу. Так заблуждение привело к роковым последствиям.

При этом историками игнорировались то, что важнейшие торгово-экономические центры страны, такие как Нижний Новгород, Казань, Самара да и сама матушка Москва, сформировались и находятся в основном на Волге и в Волжском бассейне (а Волга, как известно, впадает в Каспийское море); что главные товаропотоки Древней Руси и Руси-Московии проходили через Волгу и Каспий; что Волжский и Днепровский водные торговые пути были в лучшем случае равноценны между собой.

К сожалению, представления о Древней Руси, рассеянной в лесах; о Руси, созданной норманнами-варягами; о Руси, через которую шел путь "из варяг в греки" почему-то используемый именно норманнами, а никем иным, продолжают существовать и поныне.

А. С. Пушкин сказал, что уважение к памяти предков показывает степень цивилизованности народа.

То, как интерпретируется история России некоторыми историками, создает представление о наших предках как о воинственно-агрессивных и недалеких людях, значительно отставших в социально-экономическом и культурном отношении от своих западных соседей. Отсюда: все что ни есть на Западе — это хорошо, а все наше — это примитивно и плохо.

На волне таких представлений, например, на рубеже XVIII–XIX вв. мы потеряли одно из величайших достижений человечества, изобретенное в нашей стране, а именно — бортное пчеловодство.

Да, арабский историк писал о славянах: "Живут ее обитатели в лесах, и нет у них ни виноградников, ни пашни…". На этом основании некоторые историки стали делать скоропалительные выводы о примитивности славян и дремучей жизни в Древней Руси. Отсюда и заключение: бортничество — это каменный век. Например, глава в одной работе по пчеловодству так и называется "От борта к улью".

А ведь наши предки вели интенсивную торговлю с соседними "цивилизованными государствами", их корабли бороздили воды от Готланда до Персии, их фактории существовали в Византии. В "дремучей" России бортники добывали 10 миллионов тонн меда ежегодно, то есть в 14 раз больше, чем весь мир в 1980 г.

От скоропалительного утверждения не уберегся даже Л. Н. Гумилев, сказав, что за какие-нибудь полтораста лет эти агрессивно-дикие славяне так размножились, что из малого народа превратились в одну из самых многочисленных наций и поэтому заполонили пол-Европы.

Знаем ли мы собственную историю, не перепеваем ли с голоса немецких ученых на русской службе времен Екатерины Великой? Знаем ли мы действительно историю Европы?

Фактов, на которые не обращают внимание историки — великое множество. Например, игнорируется факт поразительного сходства балтийских когов и восточных судов — дау, и с удивительным упорством внедряется мысль, что коги якобы являются развитием скандинавских судов. При этом остается без внимания, что скандинавские суда относятся к совершенно иному архитектурному типу. (Именно этот момент и послужил автору толчком для проведения исследований в этой области.)

Обобщив некоторые исторические сведения и проанализировав их, автор получил поразительную картину, резко отличающуюся от того, что написано в книгах по истории Европы.

Получилось, что венеды (венды, вандалы, ваны, анты, анды), к которым относились славяне и, по-видимому, булгары, жили когда-то на территории Ирана, а точнее, в лесах горного хребта Эльбурс на южном берегу Каспия под потухшим вулканом Демавенд. Само название этой горы-вулкана говорит за себя, ибо Демавенд, а по-ирански Дамаванд, означает Мать вандов. А отсюда следует, что культура славян-венедов, не более "дикая" чем культура венецианцев, андалузцев, или парижан — тоже потомков вендов.

Более того, именно венеды, обладавшие высокоразвитой древней культурой Востока: шумеров и других народов Персидской империи, — были учителями европейцев (или по крайней мере, внесли громадный вклад в европейскую культуру).

Примерно в III тысячелетии до н. э. племена шумеров (возможно, те кадусии, о которых упоминал Л. Н. Гумилев) первыми поселились на южном берегу Каспия. По-видимому, это и были предки венедов, потому что Л. Н. Гумилев утверждал, что гирканцы хранили еще доперсидскую доблесть.