А он все свое:
— Крест поставил...
Так вот, приехали, значит, мы на рыбалку, и Вахрушев с нами в бригаде.
Ермаков — бригадир и техник лова. Коммунист. Приехали мы на двух лошадях. Всегда нам одну лошадь давал хорошую, бойкую. На всякий случай. И на этот раз у нас была такая лошадь — Карюха.
Остановились в избушке и пошли на озеро на рыбалку. Наловили рыбы и отправили Ермакова в избушку уху варить. Через некоторое время он назад приходит и просит рыбы.
Мы над ним смеемся:
— Ты что сырую, что ли, рыбу съел?
— Да нет. Рыбы в избушке не стало, пока за водой ходил...
— Как не стало?
— Не знаю... Сам принес, поставил на стол. Пошел за водой, пришел — рыбы нет. Никого не видел, ничего не слышал. И следов никаких нет.
— Смотри, — говорю (я там был старше всех по возрасту), — раз такое началось, еще может что-то случиться.
Ночевали спокойно. Утром мы все поднялись. И только хотел из избушки выйти Пантелей Андреевич Вахрушев, да в дверях замешкался. Его и опередил Александр Семенович Вахрушев. А я стоял как раз напротив двери. И только открыл дверь А.С. Вахрушев и вышагнул за порог (а Пантелей Андреевич как бы за его спиной оказался), и все мы, т. е. я, Александр Семенович и Пантелей Андреевич, увидели, что к нашей избушке (прямо на дверь) летит что-то черное, клубок не клубок, медведь не медведь. Меня в избушке (через дверь) даже ветром обдало, и тут же на глазах исчезло, как рассыпалось, или куда ушло-улетело, и ничего видно не стало. П.А. Вахрушев, тот, что все проклинал это место да крест на нем ставил, аж побледнел. Да хорошо, что за спиной Александра Семеновича оказался. А то бы ему и конец тут. Но к вечеру он заболел, плохо ему стало, а ночью и совсем заумирал. Так ночью его и увезли в Карым. И начал он после этого случая болеть. Врачи ничего признать не могут, а мужик поправиться не может. Совсем высох. Так и мучился не один год. Умирать не умирает и не поправляется.
Направили нас в следующий раз на это же озеро на рыбалку. Стали мы собираться и его с собой пригласили. Говорим ему:
— Если хочешь жить, бери с собой литр спирта.
Он так и сделал. Там, на месте и «откупился».
— Как?
— Да очень просто. Пошел в то место, где неудачно охотился, поставил две бутылки со спиртом на пенек и давай просить прощения за свои слова насчет креста, потом три ложки спирта на землю вылил, а остальное мы сами выпили. И пошел с тех пор мужик на поправку. Такой ядреный стал. Но только с тех пор языком трепать остерегался...
Кто был на рыбалке, на речке Виньтья, когда встретили неизвестное существо, после чего Вахрушев Пантелей Андреевич заболел?
Андрей Нохов. Сейчас живет в п. Леуши.
Ермаков — коммунист, техник лова, у которого в избушке
рыба пропала. Тот куда-то уехал. Не знаю, где он.
Чалкин Никифор Ильич. В Шугуре живет.
Вахрушев Александр Семенович. В Шугуре он.
Вахрушев Пантелей Андреевич. В Кондинском.
Шогуров Иван Прокопьевич. Живет в Кондинском.
Копьев Иван Васильевич — рассказчик.
В тоже день приехал к ним в гости Шогуров И. П. и, подключившись к нашим разговорам, сам вспомнил и рассказал много интересного, что с ним случалось в лесу. И тут же подтвердил и сам рассказал про тот случай, когда у них из избушки рыба исчезла.
Изореконструкция образа Кондинского йети
«Лесной дух»