Вечное Пламя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Она рискнула открыть глаза, лишь когда все закончилось. Усачев снова стал человеком, угрюмым, недовольным, полностью осознающим свои проблемы. На месте лесовика осталось обугленное бревно.

Гигант не был по-настоящему мертв. Просто лесовики в условиях абсолютной угрозы умели впадать в анабиоз, превращаться в семечко, заключенное в деревянный кокон. В таком состоянии они могли существовать годами, и снова заставить их обрести прежнюю форму без их желания было решительно невозможно.

Поэтому Усачев и медлил, не вмешивался до последнего. Он все надеялся, что его сотрудникам удастся допросить безумного лесовика. Но когда стало ясно, что тот может добраться до Рады, цмок без сомнений выполнил слово, данное ее матери.

Это была победа – но победа, означавшая, что тайна появления лесовика может остаться неразгаданной навсегда.

Глава 2. Что сказал аука?

Минск сошел с ума.

Точнее, не весь Минск, а только мистическая его часть, но Пилигриму иногда казалось, что весь. Потому что нелюдей, пусть и немногочисленных, хватало, чтобы разбросать семена хаоса по всему городу.

Сначала какая-то кикимора додумалась принять свое истинное обличье во время сеанса в сауне. Хорошо еще, что туда никто с собой смартфоны не берет, заснять это не успели! Людей успокоили. Кикимору отправили на реабилитацию.

Потом мелкий полевик решил засадить все клумбы массивными разноцветными кактусами. Дружественные нелюди ситуацию исправили, горожанам объявили, что это был флешмоб в честь стран Латинской Америки.

Дошло даже до того, что группа заезжих гремлинов чуть не запустила всякие непотребства неоновыми лампочками на фасаде Национальной библиотеки. Остановить их удалось в последний момент, и от дела веяло международным скандалом.

И это только из серьезных нарушений, а уж сколько мелких в эти дни было – не сосчитать. Хуже всего то, что проштрафившиеся нелюди и сами толком не могли объяснить, что на них нашло, чего они, собственно, хотели. Пилигрим допросы не проводил, однако слухи о таких беседах до него доходили.

Он не собирался разбираться в причинах сумасшествия каждого нелюдя, у него были свои приоритеты. Главным из них оставался тот самый лесовик – ставший одной из первых аномалий и до сих пор непонятный.

Мысли о лесовике неизбежно переплетались с мыслями о Раде. Пилигрим понятия не имел, как он выглядел со стороны в тот день, что она подумала. Сам-то он прекрасно знал, насколько его все это напугало. И то, что могло с ней случиться, и то, что его в этот момент не было рядом.

Он ведь в их дуэте отвечал за защиту! Рада общалась с нелюдями, когда все шло тихо-мирно. Он вмешивался, когда возникала угроза. А теперь что? Она чуть не погибла там!

Умом Пилигрим понимал, что не допустил ни одной ошибки. Он и не обязан бегать за Радой двадцать четыре часа в сутки! Не было никаких оснований предполагать, что в маленьком и безопасном минском метро произойдет такая катастрофа.

Это были хорошие аргументы, правильные. И все равно, сколько бы Пилигрим ни повторял их себе, ощущение, что он подвел Раду, отказывалось исчезать.

Да еще и эта битва с лесовиком… Усачев ему потом сказал, что он проявил себя отлично. Пилигриму показалось, что это всего лишь утешение – хотя шеф к такому склонен не был. Перед глазами до сих пор стоял миг в том парке: худенькая, беззащитная девушка перед огромной деревянной громадой.

Пилигрим знал, что не спас бы ее, если бы был там один. Помог бы – но не спас. Он бы лишь отсрочил неизбежное, потому что тот безумный лесовик наверняка не отказался бы от мести. На сей раз проблема решилась благодаря Усачеву, однако Пилигрим готов был и дальше работать над ошибками. Кто может гарантировать, что подобная ситуация не повторится? Ему необходимы были заклинания, которые помогут.

Жаль только, что времени засесть в библиотеке и отыскать такие заклинания у него не осталось – потому что минская нечисть решила взбеситься. Да еще и происхождение лесовика так и не удалось установить…

Это тоже сбивало с толку. Семиметровый лесовик – это не просто редкость, это уникальный случай. Особенно при том, что лесовики – далеко не самый распространенный подвид леших, характерный в основном для этих земель! Однако градстража уже допросила чуть ли не всех лесовиков Беларуси, и агрессивного гиганта никто из них не знал.

Бред? Бред. Лесовику нужно было как-то добраться сюда – и до Минска, и до метро. Это существо не выглядело как тот, кто способен на сложное планирование. Или раньше он был разумен, а потом сошел с ума? Прямо там, в метро? Очень далеко от своей естественной среды обитания?

Пилигриму хотелось поскорее узнать все подробности, чуть ли не первым получить ответы. Но приставать с расспросами к шефу он не решался, потому что видел: Усачев и так бесится. И из-за лесовика, и из-за всей этой ситуации в городе.

Да и потом, вряд ли ответы по лесовику вообще будут. Теперь, когда он в спячке, даже сильнейшие ведьмы способны получить не так уж много информации. Пока все указывало на то, что лесовик был совершенно здоров в момент нападения – не болен, не проклят, не под воздействием магии… Это окончательно сбивало с толку.

Пилигрим прекрасно помнил каждую секунду столкновения с этим созданием. Лесовик не просто дрался с ними, он был в ярости – причем, судя по состоянию тоннеля метро, еще до того, как Рада его ранила. Он как будто сразу мстил людям за что-то. Вот только за что? Дело даже не в том, что он ни слова не сказал о своих целях. Пилигрим знал, что рост и сила лесовика напрямую зависят от леса, в котором он обитает.

Этот гигант обязан был жить благополучно – иначе не стал бы гигантом. Очень простая схема. В последние дни никакие древние леса в Беларуси не вырубались, это градстража тоже проверила. Да и не было древних лесов рядом с Минском! Так что объяснений того, почему лесовик взъелся на людей, не появилось даже на горизонте.

Ну а потом и вовсе стало не до того, потому что город захлестнула волна проблем с нечистью. Да, пока мелких. Однако даже они требовали полного внимания градстражи, и все равно сотрудников отчаянно не хватало. Поэтому Пилигрим даже не удивился, когда в головной офис явился Александр Громов собственной персоной.

До недавних пор Пилигрим вообще не знал, кто это такой. Он ведь и сам не так давно в Минск перебрался! Но потом он заметил рослого широкоплечего мужчину в гражданском рядом с Усачевым во время экстренного совещания по лесовику. Это было странно, Пилигрим решил, что к ним пожаловал какой-то крутой эксперт, и начал наводить о нем справки.

В принципе, он оказался не так уж далек от истины. Александр Громов тоже служил в МВД – правда, в России. Человеком он только выглядел, а по праву рождения считался богатырем, да еще из старших. Как и многие богатыри, он окончил Академию магического реагирования, позже вошел в отряд специального назначения. Лет десять назад получил на службе ранение, ушел в отставку, но, поскольку был еще молод, покоем не прельстился. Он переехал в Беларусь и открыл частную школу для молодой нечисти. На градстражу напрямую не работал, но сотрудничал с ней плотно.

Вот и теперь Усачев не зря его призвал. Громов в свое время успел поездить по разным странам, у него был солидный опыт общения с агрессивной нечистью – и реагирования в чрезвычайных ситуациях.

И все-таки любопытно… Понятно, почему его позвали на совещание по лесовику. Сейчас-то он что здесь делает? Спрашивать было не у кого: другие сотрудники знали не больше, чем Пилигрим. А ответы получить хотелось, пришлось добывать информацию альтернативным способом. Совесть попробовала возмутиться, однако Пилигрим напомнил ей, что он сотрудник при исполнении, так что не страшно.