Араб спустился рядом с ним.
— Сюда, сиди, — сказал он.
Не сказав больше ни слова и не оглянувшись, он повернулся и стал карабкаться вверх по склону. Дженнингс последовал за ним, сначала легко, широкими, быстрыми шагами. Но, несмотря на то, что он был тренированным спортсменом, он был поражён, насколько тяжёлой стала его лёгкая ноша после короткой пробежки вверх по склону.
Он уже тяжело дышал, когда араб внезапно остановился, сунул руку в заросли и потянул за рычаг, похожий на засохший и частично сгнивший пень акации.
К изумлению Дженнингса, часть склона холма в скале перед ними внезапно подалась внутрь, открывая тёмный проход.
— Внутрь, быстро! — поторопил араб.
Дженнингс нырнул в проход, араб последовал за ним по пятам. Затем дверь пещеры захлопнулась за ними.
Как только дверь полностью закрылась, вспыхнули скрытые светильники, их свет отразился от белого потолка прохода. Он вёл к винтовой лестнице, наверху которой была дверь, открывавшаяся в небольшую полукруглую комнату. Она была обставлена с восточной роскошью: старинные медные подвесные светильники, бесценные антикварные ковры, низкие диваны, заваленные шёлковыми подушками, табуретки и богатые гобелены на стенах.
Дженнингс уложил девушку на ближайший диван и осторожно подложил ей под голову шёлковую подушку.
Араб тем временем поспешил к богато украшенному шкафчику из чёрного дерева, инкрустированному перламутром, и достал оттуда маленький пузырёк. Он энергично тряс его пока пересекал комнату, затем откупорил и поднёс к носу девушки.
Она ахнула и открыла глаза, сначала едва-едва, а затем широко распахнула их от удивления. Она вопросительно посмотрела на двух мужчин и на роскошную восточную обстановку комнаты.
— Кто вы и где я? — слабым голосом спросила она.
— Аллен Дженнингс, к вашим услугам, — ответил он, — и мы находимся в пещере неподалёку от того места, где вы потерпели крушение.
— Вы американец?
— Хорошая догадка. И я полагаю, что вы англичанка.
— Правильно.
— У вас есть какие-нибудь травмы, о которых мы могли бы… э-э-э… позаботиться?
Она согнула свои изящные ноги, покрутила стройным торсом и повела руками вверх-вниз.
— Кажется, всё работает нормально, — сказала она. — Только голова немного кружится, когда я сижу, а ещё она ужасно болит. Кстати, меня зовут Рут Рэндалл. А как зовут вашего друга? — она указала на почтенного араба.
— Я Хадж Мохаммед ибн Ахмед эль-Хашими, — представился араб с учтивым поклоном. — Это большая честь для моего дома. Не хотите ли посмотреть, что происходит снаружи?
— Я бы не хотела ничего большего, — ответила девушка.
Араб пересёк комнату и нажал кнопку на стене. В поле зрения появился экран визифона, который прекрасно воспроизводил как цвет, так и звук.
Они увидели обломки самолёта Рут Рэндалл, вокруг которого копошилось множество роботов. Очевидно, они высадились с большого стратоплана, который стоял неподалёку. Другая группа роботов осматривала воздушный корабль Дженнингса, и ещё множество рассредоточились по окрестностям, очевидно, в поисках Дженнингса и девушки. Ещё два больших стратоплана роботов зависли над головой, их вертолётные винты вращались в воздухе.
Один из роботов, несмотря на свою небольшую фигуру, выделялся среди остальных, поскольку был одет в яркую форму с генеральскими знаками отличия, и явно осуществлял командование.
— Мы уничтожим вот этот, — сказал он с заметным французским акцентом, указывая на самолёт девушки. — И, — он указал на самолёт Дженнингса, — отправим этот на аэродром.
— Что с двумя шпионами, сэр? — спросил стоящий рядом робот.
— Они не могут быть далеко. Мы обязательно их найдём. И когда мы их поймаем, они будут сильно страдать, о, очень сильно, а затем станут такими же роботами, как мы.
Экран потемнел после того, как Хадж Мохаммед вновь нажал на кнопку.
— Вы понимаете, что случилось бы с вами, если бы вы остались или попытались сбежать на своём самолёте? — спросил он.
— Вполне, — ответил Дженнингс. — Мы оба обязаны вам жизнью, и я благодарен вам за помощь.