11 ноября в Ревеле было создано правительство из представителей центристских партий «Союза аграриев», «Эстонской трудовой партии» и правых социал-демократов. Премьером стал Карл Пятс, заместителем премьера и министром иностранных дел — Я. Постка. Последние два еще пару лет назад работали адвокатами, Пяст был присяжным поверенным в конторе Постки. Замечу, что ранее Пятс закончил православную духовную семинарию.
Обратим внимание, что если Советы выбирала хоть какая-то часть населения — рабочие крупных заводов, воинские части, команды кораблей и т. д., то ни одно из этих правительств не избиралось. Все происходило по простейшей схеме: в годы войны или чуть раньше собирались группы людей, от силы несколько десятков. Затем это объединение назвалось партией. Пока Вильгельм II был у власти, эти господа вели себя тихо и богобоязненно, а затем быстро смекнули, что тевтонцам скоро придется собирать чемоданы. Далее представители этих партий заявлялись в германскую комендатуру — вот мы хотим быть правительством «белым и пушистым». Германские офицеры презирали эту публику, но в сложившейся обстановке вынуждены были терпеть.
Под давлением офицеров Ревельский (германский) солдатский совет передал временному эстонскому правительству, находившемуся в Ревеле, запасы трофеев, в том числе большое количество русских винтовок с боеприпасами. Германское командование в интересах поддержания спокойствия и порядка и с согласия германского кабинета признало Эстонское правительство и заключило с ним договор, согласно которому вплоть до окончания вывода войск железные дороги оставались в ведении немцев. Трофеи же, то есть все, что перешло в руки немцев без всякой компенсации, передавались в собственность эстонского правительства. Армейские запасы вывозились или же должны были быть проданы правительству.
Глава 3
Британский флот на Балтийском море
Эстонского государства до 1918 г. никогда не существовало. Тем не менее кучка местечковых интеллигентов и лавочников решила создать независимое государство. С Октябрьской революцией и желанием отмежеваться от большевистского государства это никак не было связано.
Еще 25 августа 1917 г. на заседании «Земского совета» в Ревеле националист Ян Тыненсон заявил: «Для нас политическим идеалом должно быть создание собственного государства… Если мы не сумеем воспользоваться нынешним моментом, чтобы добиться целей, связанных с политической независимостью, то другого подобного шанса у нас, наверное, не будет никогда».
Казалось бы, свергнуто самодержавие, Временное правительство принимает либеральные законы, да и вообще пока не лезет в дела Эстонии. Получай широкую автономию и живи, как хочешь. Но компании националистов нужна «политическая независимость», то есть возможность играть на противоречиях великих держав и стать плацдармом для нападения на Россию, буржуазную или советскую, без разницы.
Замечу, что в конце 1990‑х гг. победившие националисты поставили Тыненсону памятник, где он очень похож на Кису Воробьянинова (актер Филиппов) из кинофильма «12 стульев».
Большая же часть населения Ревеля (с 1919 г. Таллин) хотела установления советской власти и союза с Советской Россией.
В Ревеле 19 ноября состоялись выборы в Совет рабочих депутатов. Большинство голосов получили большевики. В заявлении Ревельского совета говорилось: «Ревельский совет рабочих депутатов приветствует пролетариат России как могучий авангард всемирной социалистической революции, который, более года борясь в исключительно тяжелых условиях против империалистов всего мира, сумел отстоять свою свободу и обуздать свою буржуазию.
Пролетариат Эстонии все еще находится в тяжелых условиях… Крикуны и агенты буржуазного правительства заявляют, что из английских гаваней в Таллин скоро прибудут новые отряды усмирителей. Эстонская буржуазия предала нас иностранным насильникам. Эстонская буржуазия вступила в тесную связь с империалистами Англии и Америки. Трудовой же народ Эстонии протягивает братскую руку трудовому народу России для борьбы против общего врага за Эстонскую Советскую Республику»[67].
По инициативе Совета эстонские рабочие восстановили на фабриках и заводах восьмичасовой рабочий день.
Совет призвал ревельский пролетариат провести 20 ноября однодневную забастовку в знак протеста против нового созыва буржуазного Земского совета. В это этой забастовке участвовало около четырех тысяч рабочих.
Советское правительство решило прийти на помощь ревельским рабочим, окончательно выдворить немцев и не допустить ввода туда войска Антанты. Для этого было запланировано наступление сухопутных войск в районе Нарвы, а также два морских десанта — малый в районе Нарвы и большой в районе Ревеля. Однако большой десант был сорван из-за саботажа руководства Главного управления водного транспорта, которое заявило об отсутствии топлива для транспортов, и Морское ведомство не пожелало выделить достаточно топлива для отряда транспортов.
В итоге операция ограничилась небольшим десантом севернее Нарвы у местечка Гунгербург (Нарва-Йыэсуу). 690 десантников, большей частью эстонцы, были погружены на транспорты «Актив», «Ильзе» и «Нарген», которые конвоировали крейсер «Олег» и эсминцы «Азард» и «Меткий». Командовал десантом В. Пусс. На случай появления британского флота к Ревелю была послана подводная лодка «Тур». Утром 28 ноября лодка вошла в Ревельскую бухту и не обнаружила там британских или германских военных кораблей.
Утром 28 ноября крейсер «Олег» открыл огонь из 152‑мм орудий по району Гунгербурга. Затем эсминец «Меткий» и транспорты вошли в реку Нарову и высадили десант на ее левый берег. Там десантникам удалось захватить в плен 85 немцев.
В то же утро с юга на Нарву начал наступление Вильяндский эстонский коммунистический стрелковый полк, а с востока — Юрьевский эстонский коммунистический стрелковый полк. К утру 29 ноября Нарва была полностью очищена от немцев и белоэстонцев. В тот же день в Нарвской ратуше открылось заседание руководства эстонских секций РКП(б) и Временного революционного комитета Эстонии, на котором была провозглашена Эстонская Советская Республика (Эстляндская трудовая коммуна).
На Юрьев наступал 49‑й полк Красной армии. Однако там 20 декабря вспыхнуло восстание рабочих и солдат 2‑го белоэстонского полка. Когда 49‑й полк вошел в Юрьев, там уже была установлена советская власть.
Однако в ход событий в Эстонии вмешались англичане. Уже летом 1917 г. эстонские националисты вели в Лондоне переговоры с представителями британского правительства. Ну а 7 декабря 1917 г. британский кабинет впервые рассмотрел вопрос о военной интервенции уже в Россию.
Какие же цели преследовало британское правительство в Эстонии? Ну, во-первых, создать там независимое государство, что было одним из элементов общего англо-французского плана расчленения России. Во-вторых, англичане еще осенью 1917 г. договорились с эстонскими националистами на передачу в долгосрочную аренду земель на островах Эзель (Саарема) и Даго (Хийумаа) под военно-морские базы.
Забегая вперед, скажу, что этот план не был реализован из-за жесткого противодействия Франции, не желавшей, чтобы Британия получила на Балтийском море новую Мальту. Это и стало одной из причин того, что Париж 19 декабря 1918 г. отправил на Балтику эскадру в составе броненосного крейсера «Манкальм» и четырех эсминцев. В Финский залив французская эскадра из-за ледовой обстановки прибыла лишь в апреле 1919 г.
Сразу же после перемирия с Германией британское Адмиралтейство направило 6‑ю эскадру легких крейсеров, флотилию эсминцев и большой транспорт с грузом вооружения и боеприпасов для белогвардейцев и прибалтийских националистов. Командовал соединением контр-адмирал Александер Синклер. 28 ноября 1918 г. британская эскадра была уже в Копенгагене. После краткого захода в Либаву (Лиепаю) англичане двинулись в Финский залив.
2 декабря в порт Виндаву прибыли четыре легких крейсера, шесть эсминцев и несколько тральщиков. Следует заметить, что все британские корабли были новейшей постройки. После короткой стоянки британская эскадра двинулась в Ревель.
По пути, в ночь с 4 на 5 января 1919 г. на русской мине подорвался и затонул британский крейсер «Кассандра».
12 декабря 1918 г. британская эскадра прибыла в Ревель. С английский транспортов «Принцесса Маргарет» и «Ангора» англичане немедленно выгрузили и передали белоэстонцам 6,5 тысяч винтовок, 200 пулеметов и несколько 76‑мм зенитных орудий, которые позже были установлены на эстонские бронепоезда. К этому надо добавить оружие, брошенное немцами в ноябре 1918 г. в Эстляндии, в том числе 125 артиллерийских орудий, 226 бомбометов и минометов, два бронепоезда и т. п.
Тем не менее «13 декабря состоялось заседание Ревельского комитета, где было принято решение организовать массовые политические демонстрации, забастовки, митинги, направленные против английских интервентов. На организованном Ревельским Советом 15 декабря в зале “Эстония” массовом митинге трудящихся была принята предложенная коммунистом Рихардом Вакманом резолюция, которая требовала отставки буржуазного временного правительства, немедленного вывода иностранных империалистических войск и передачи всей власти Советам рабочих депутатов. 17 декабря ревельские рабочие по призыву большевиков вышли на улицы с красными знаменами и лозунгами: “Долой интервентов!”, “Вон англичан!”.
Буржуазное правительство, ободренное приходом английского флота, отдало своим воинским частям приказ: открывать огонь по демонстрантам без предупреждения. На уличных перекрестках были установлены пулеметы. Портовые мастерские были окружены войсками. Были закрыты все рабочие организации. 18 декабря была запрещена деятельность Ревельского Совета рабочих депутатов. Начались аресты среди коммунистов, рабочих и сочувствующих им. Были введены военно-полевые суды»[68].
Но одно дело строчить из пулеметов по демонстрации рабочих, а другое — воевать с Красной армией. Поначалу самозваное правительство Эстонской республики решило скомплектовать «Народную армию» на добровольной основе. Однако к середине декабря 1918 г. в нее записалось менее 2,5 тыс. человек при одном бронепоезде. Тогда была объявлена тотальная мобилизация, в ходе которой удалось призвать 12 тыс. человек. Однако и рабочие, и крестьяне не хотели воевать за правительство Карла Пятса. Процент дезертиров среди мобилизованных колебался от 50 до 75 %.
И вот тогда-то эстонские националисты и британские дипломаты кинулись вербовать наемников. В 1918 г. в Эстонию прибыло свыше четырех тысяч финнов и еще 4,5 тысячи «датчан и прочих разных шведов».
Забавнее всего то, что защищать незалежную Эстонию кинулись белогвардейцы Псковского корпуса (Северной армии). И замечу, что это были не умеренные сторонники «учредилки», а самые махровые монархисты, борцы за «единую и неделимую».
[67] Цит. по: История Эстонской ССР (с древнейших времен до наших дней) / Под ред. Г.И. Наана. Таллин: Эстонское государственное издательство, 1958. С. 443.
[68] История Эстонской ССР (с древнейших времен до наших дней). С. 444.