Глава 1
Белочехи начинают и становятся миллионерами
Временное правительство осенью 1917 г. сформировало корпус из военнопленных чехов и словаков. Сделано сие было в нарушение всех Гаагских конвенций, запрещавших формирование военных частей из военнопленных.
До марта 1918 г. Чехословацкий корпус дислоцировался в тылу Юго-Западного фронта. Корпус состоял из двух дивизий и запасного батальона (численностью около 30 тыс. человек). Командовал корпусом генерал В.Н. Шокоров, начальником штаба был назначен генерал М.К. Дитерихс.
Несмотря на заявления о невмешательстве в политическую борьбу в России, командование корпуса и руководство Чехословацкого национального совета (Филиал в России; ЧНС) поддерживали российские контрреволюционные силы — украинскую Центральную раду, Добровольческую армию, организации Б.В. Савинкова и правых эсеров.
В связи с Брест-Литовскими переговорами 1918 г. по согласованию с державами Антанты 15 (28) января 1918 г. корпус был объявлен автономной частью французской армии. Вслед за этим перед Советской Россией был поставлен вопрос о его переброске в Западную Европу.
Во второй половине марта основные силы корпуса покинули Украину, остались лишь чехословацкие интернационалисты, сражавшиеся в рядах Красной армии против австро-германских оккупантов. 26 марта советское правительство заявило о своей готовности оказать содействие эвакуации чехословацких частей через Владивосток при условии их лояльности и сдали основной части вооружения в назначенных для этого пунктах.
Между тем 2 мая 1918 г. Верховный Совет Антанты принял решение использовать чехословацкие части в интервенции на Русском Севере и в Сибири. На восток чехословаки отправлялись в 63 военных составах, по 40 вагонов каждый. Первый эшелон выехал 27 марта и месяц спустя прибыл во Владивосток.
Поводом антисоветского восстания послужил челябинский инцидент. 14 мая 1918 года в Челябинске встретились эшелон с вооруженными чехословаками и эшелон с безоружными пленными венгров, отпущенных большевиками домой по условиям Брестского договора. В те времена между чехами и словаками, с одной стороны, и венграми — с другой, были сильнейшие национальные антипатии.
В итоге — брошенной из венгерского эшелона чугунной ножкой от печки был тяжело ранен чешский солдат Франтишек Духачек. В ответ чехословаки линчевали виновного, по их мнению, военнопленного — венгра или чеха Иогана Малика. Ему были нанесены несколько штыковых ударов в грудь и шею. А большевистские власти Челябинска на следующий день арестовали нескольких чехословаков.
Позже арестованных отпустили целыми и невредимыми, но повод был найден. 17 мая чехословаки захватили челябинский арсенал (2800 винтовок и артиллерийскую батарею).
После этого они, разгромив брошенные против них превосходящие силы Красной гвардии, заняли еще несколько городов, свергнув в них советскую власть. Чехословаки стали занимать города, лежащие у них на пути: Челябинск, Петропавловск, Курган, — и открыли себе дорогу на Омск. Другие части заняли Новониколаевск (Новосибирск), Мариинск, Нижнеудинск и Канск. В начале июня 1918 г. чехословаки вошли в Томск.
Неподалеку от Самары легионеры разбили красногвардейские части (4–5 июня 1918 г.) и переправились через Волгу. В захваченной чехословаками Самаре было организовано первое антисоветское правительство — Комитет членов учредительного собрания (Комуч), и началось формирование так называемой «Народной армии». Поначалу она должна была быть добровольческой, но поскольку желающих оказалось крайне мало, чехословаки начали массовую мобилизацию. Отказывавшихся от мобилизации расстреливали. Родителей и жен бежавших из деревень от мобилизации мужиков чехословаки пороли. В итоге была создана 30‑тысячная армия. Причем в офицерских частях боевой дух был крайне высок, а остальные периодически переходили на сторону красных.
29 июня 1918 г. чехословацкие войска производят переворот во Владивостоке. Были расстреляны председатель исполкома Владивостокского Совета К.А. Суханов и другие члены Совета, а также несколько сот пленных красноармейцев.
На Северном Урале полковник Сыровы занял Тюмень, а прапорщик Чила — Екатеринбург (25 июля 1918 г.). На востоке генерал Гайда занял Иркутск (11 июня 1918 г.) и позже — Читу.
Любопытна биография великих чехословацких стратегов. Ян Сырова до войны, по одной версии, служил коммивояжером, по другой — техником-строителем. К концу 1914 г. он служил в армии рядовым. К началу мятежа оказался полковником, а позже — командующим корпусом.
Радола Гайда до войны был аптекарем, призван в австро-венгерскую армию рядовым. В сентябре 1915 г. сдался сербам, весной 1916 г. прибыл в Одессу и поступил доктором в Сербский полк. Весной 1917 г. назначен командиром чехословацкой роты. В 1919 г. оказался в чине генерал-лейтенанта. Замечу, что чехословацкие историки старательно обходят служебную карьеру этих и других своих генералов.
Под напором превосходящих сил большевиков части Народной армии оставили 10 сентября Казань, 12 сентября — Симбирск, в начале октября — Сызрань, Ставрополь Волжский, Самару.
После этого желание воевать с Красной армией пропало.
Осенью 1918 г. чехословацкие части стали отводиться в тыл и в дальнейшем не принимали участия в боях, сосредоточившись вдоль Транссибирской магистрали. Вести о провозглашении 28 октября независимой Чехословакии подогрели желание легионеров вернуться домой. Падение их боевого духа в Сибири не смог остановить даже военный министр Чехословацкой республики Милан Штефаник во время своей инспекционной проверки в ноябре — декабре 1918 г. Он издал приказ, по которому всем частям Чехословацкого корпуса предписывалось покинуть фронт и передать позиции русским войскам. 6 ноября 1918 г. на банкете командующий войсками Директории генерал-лейтенант В.Г. Болдарев заявил, что на фронте «уже нет ни одного чеха».
27 января 1919 г. командующий Чехословацким корпусом в России генерал Ян Сыровый издал приказ, объявляющий участок магистрали между Ново-Николаевском (с 1926 г. Новосибирск) и Иркутском операционным участком Чехословацкого корпуса. Сибирская железнодорожная магистраль, таким образом, оказалась под контролем чешских легионеров, а фактическим распорядителем на ней являлся главнокомандующий союзными войсками в Сибири и на Дальнем Востоке французский генерал Морис Жанен. Именно он устанавливал порядок передвижения эшелонов и эвакуации воинских частей.
В течение 1919 г. боеспособность Чехословацкой армии в России (название Чехословацкого корпуса с 1 февраля 1919 г.) продолжала падать. Легионеры еще участвовали в охранных и карательных операциях против красных партизан от Ново-Николаевска до Иркутска и Читы, но главным образом их задействовали на хозяйственных работах: ремонт локомотивов, подвижного состава, железнодорожных путей.
Практически в каждом населенном пункте чехословаки производили массовые расстрелы.
«1 июля 1918 г. произошел налет партизанского отряда подполковника И.С. Смолина на станцию Тугулым. В почтово-пассажирском поезде были задержаны два комиссара. Мадьяра для расстрела отдали чехам, русского оставили для этого же себе. О событиях на станции Тугулым рассказывали и советские газеты. Согласно их сообщениям, на станции чехословацким отрядом было расстреляно 17 человек из железнодорожной охраны и еще 3 человека. Начальник охраны перед расстрелом был подвергнут пыткам (выкололи глаза). Также были расстреляны члены красного летучего отряда: 10 красноармейцев и 4 сестры милосердия.
<…>
5 июля 1918 г. войска чехословацкого корпуса взяли под контроль Уссурийск. По воспоминаниям большевика Уварова, всего за время переворота чехами в Приморском крае было убито 149 красногвардейцев, еще 17 коммунистов и 30 “красных” чехов были арестованы и преданы военно-полевому суду с последующим расстрелом»[120].
11—12 июля 1918 г. в Иркутске чехословаки убили до 800 немцев и австрийцев из числа бывших пленных.
Список преступлений чехословаков займет целую книгу.
Во время отступления армии Колчака из Западной Сибири на восток в конце 1919 — начале 1920 г. чехословаки дезорганизовали его тыл, заняв своими многочисленными эшелонами с имуществом и добром, награбленным в России, железнодорожные пути и мешая отходу войск колчаковского Восточного фронта, вынужденным отступать по снегу вдоль магистрали. Ситуацию усугубило повальное бегство гражданского населения из Омска, в ходе которого было отправлено на восток около 300 эшелонов. Чешские легионеры отнимали у беженцев паровозы, топливо и имущество. С наступлением холодов на дорогах образовывались кладбища с замерзшими и умершими от тифа людьми.
Фактическим заложником чехословаков стал Верховный правитель России адмирал Колчак, эвакуировавшийся из Омска вместе со своим Генштабом, канцелярией и золотым запасом России 12 ноября 1919 г., буквально за два дня до сдачи города наступающей Красной армии. Уже в Ново-Николаевске поезда Колчака уперлись в эшелоны чехов, и, когда адмирал потребовал пропустить его вперед, он получил отказ, в связи с чем ему пришлось задержаться здесь на две недели, до 4 декабря.
12 декабря в Красноярске Колчаку из восьми эшелонов оставили лишь три, которые продвигались на восток с большими остановками, а в Нижнеудинске, куда он добрался 27 декабря, его поезд задержали еще почти на две недели.
[120] Ратьковский И.С. Хроника белого террора в России. Репрессии и самосуды (1917–1920 гг.). М.: Алгоритм, 2017. С. 99, 105.
Конец ознакомительного фрагмента.