— Уф. Нормально. Ничего страшного.
— Наверное, его тряска так раздела.
— Да… наверное.
— Ничего удивительного, на самом деле.
— И правда, — согласилась она. — Меня и саму чуть из одежки не вытрясло.
Я позволил себе нервный смешок.
— Ну, — она поникла, — не разделась, так расклеилась. — Ее губы тронула печальная улыбка. Я потер ее плечо сквозь ткань рубашки.
— Ты отлично держишься.
— Я вся на иголках.
— Со мной сейчас дела не лучше обстоят.
— У нас есть на то право, черт возьми.
— Святое право, Кэт. Только психи бы не нервничали при таком раскладе.
Какое-то время мы хранили молчание, зачарованно глядя во тьму багажника, моя рука — на плече Кэт.
— Что же нам делать с шиной? — пробормотала она.
— Сменить, — ответил я, — и дело с концом.
— Как быть с Эллиотом? Мы не сможем менять шину с ним в багажнике.
— Я обо всем позабочусь. Правда, фонарик нам все же понадобится.
Она пошла за ним. Мне было неуютно оставаться одному так близко к багажнику — и к его теперешнему постояльцу. Кроме того, я поклялся себе оберегать Кэт, приглядывать за ней. Так что пришлось идти следом. Она уже открыла правую заднюю дверь и нырнула в салон. Мне были видны только ее голые ноги и зад некогда-джинсов. Через несколько секунд она отступила назад, выпрямилась и обернулась. В левой руке у нее был фонарик, в правой — что-то бледное и смятое.
— Думаю, они нам понадобятся, — сказала она, передавая это что-то мне.
— Это…
— Перчатки.
— А. Здорово. Отличная идея.
Вытряхнув их из фабричной упаковки, я тщательно надел их, расправил на пальцах и последовал за Кэт к багажнику. Не дожидаясь моей отмашки, она включила фонарик.
Готов ли был я?
Или следовало сосчитать до трех?
Не знаю.
Да и не важно.
Она включила фонарик, и яркий белый луч ударил внутрь багажника.
14
Могло быть и хуже, сдается мне.