— Ну да. Он же ждет темноты, — сказал я.
— Если мы поняли его правильно. — Она открыла банки. — Мы ведь правильно его поняли, Сэм?
Она вручила одну банку мне. Я поблагодарил ее и сделал глоток. Пиво все еще хранило приятную прохладцу.
— А вот не поручусь, — сказал я. — Он такой странный тип. Просто никто же всерьез не верит в вампирское бессмертие и во все эти сказки…
— Но Снег Снегович верит.
— Да что взять с парня, которого зовут как персонажа какой-то детской сказки?
Кэт усмехнулась.
— Только при нем подобное не ляпни. Я уже попыталась подколоть его на тему Белоснежки и отравленного яблочка. Получила оплеуху ни за что ни про что. У него хороший, тренированный удар. — Она произнесла это таким голосом, будто озвучивала какой-то любопытный факт. — Бедные ребята. — Она покачала головой, поднесла банку ко рту и отпила. — Не нужно нам было убегать от него тогда. Что бы он с ними не сотворил, это все ляжет на наши плечи. На мои, чего уж там. Они сейчас платят за мою дурость.
Желая хоть чуть-чуть отвлечь ее от незавидной судьбы Пегги и Донни, я спросил:
— Так что же было ошибкой номер два?
— Ну, коль скоро ошибка номер один — свести судьбы с Биллом, — сказала она, отхлебывая еще пива, — ошибкой номер два будем считать договор с Эллиотом. Хотя, если судить с более морализаторской позиции, ошибка номер два — задумать начать подыскивать наемного убийцу для расправы с мужем. Я ведь могла просто развестись с ним, так ведь? Но он убил моего ребенка. Это был личный счет. — Ее голос стал странным. — Он просто оторвал часть меня и смыл в унитаз. — Она повернулась ко мне, и я увидел, что глаза ее полны слез от края до края. — Когда кто-то убивает твоего ребенка, нельзя просто так это оставить.
— Да, — сказал я. — И ты не оставила.
— Я не думаю… — Она всхлипнула, потом сделала глубокий вдох. Утерла глаза, сделала еще глоток. — Я не думаю, что совершила ошибку. Билл был подонком. У меня не было выбора. А когда нет выбора, нельзя сказать — ошиблась. Ошибку нужно признавать, когда было, из чего выбрать… и выбран был худший вариант. Так что настоящая ошибка номер два — это Эллиот. — Она пожала плечами и содрогнулась, будто от отвращения. — Кто бы мог подумать, что он — вампир? Я ведь даже не верила в вампиров… ну, тогда… раньше.
— Мало кто в них верит, — отметил я.
— Ну, вот Снег Снегович — верит.
— Таких, как он, немного. Нам просто повезло наткнуться именно на него.
— Повезло, говоришь? — спросила она с мрачным, отрывистым смешком. — Что-то не вижу я особой удачи.
— Да, думаю, это тоже часть Проклятия Мертвого Вампира.
— Похоже на то. Эллиот продолжает мстить нам за свою смерть. — Оглянувшись через плечо, она нахмурилась и крикнула: — Эй, Эллиот! Дай нам передышку, а? Больной урод!
Наши глаза встретились, и с ее губ слетел еще один сухой смешок.
— Прости. У меня уже немного крыша едет.
— Не бери в голову.
— На чем я там остановилась? Ах да. Вторая ошибка. Правильно. Знаешь, а я ведь даже не думала, что история с намемным убийцей будет иметь какое-то продолжение. Думала, это как в магазин сходить… платишь деньги за услугу, услуга оказывается, все. А продолжение вон какое оказалось. Лежит сейчас, мать его так, в нашем багажнике. Ни за что бы не наняла его, если б знала, что он вампир.
— Почему ты наняла именно его? — спросил я. — Неужто клыков не заметила?
— Кстати, о клыках. Их не было у него во рту, когда мы встретились. И вообще, он производил впечатление неплохого парня. Да, он выглядел жутковато… как какой-нибудь злодей немого кино. Ты сам его видел.
— Ага. Вылитый граф Орлок.
— Вот и верь потом словам про книгу, которую по обложке не судят.
— Тут просто иной случай.
— Ну да ладно. Он был вежлив со мной.
— Где ты нашла его?