Паруса с изображением белого морского конька на лазурном фоне были подхвачены ветром. Как и всегда лорд Монфорд готовился разделить вражеский флот и разбить его по частям при помощи тактики тарана и абордажа. Что ж, теперь ему придётся забыть об этом, ведь горючая смесь уже была отправлена в полёт, дабы принести врагам смерть и разрушение. Погода на море стояла отличная, не штиль, но уж точно не буря. Приветная бухта оправдывала своё название и было превосходным местом, чтобы похоронить все чаянья сторонников реставрации Железного трона. Уж об этом Редвин позаботится.
Так оно и вышло, собственно. Ещё до того, как первые ряды кораблей столкнулись друг с другом, в дальние ряды вражеской флотилии уже стали попадать подожжённые бочки с горючей смесью. Стоял день, причём солнечный, а потому пламя ставшее охватывать судно за судно смотрелось не так эффектно, зато было прекрасно различимым. Крики проклятых драконопоклонников, что почитали своих валлирийских хозяев куда как больше, чем идеалы андальской веры, стали музыкой для ушей гранд-адмирала, преспокойно взирающего на гибель сотен людей с безопасного расстояния. Сегодня с падением Велариона Узкое море будет полностью отчищено от вражеских судов, что принесёт лишь ещё больше славы просторскому и андальскому роду. Присоединение остров, некогда бывших колониями Древней Валлирии, станет отличной основой для ведения прямой торговли с Вольными городами, которые с немалым интересом смотрели за развитием событий происходящих в Вестеросе. В Цитадели с помощью «королевской алхимии» уже было произведено несколько интересных вещей, которые были готовы уйти на продажу в Эссос и пока что тянущихся туда тонким ручейком из Староместа.
Пока задние ряды флотилии лорда Монфорда страдали от жара пламени и вызванного этим хаосом, первые ряды судов уже вступили в бой, что стало для врага большой ошибкой. Теперь прикрывать вступивших в абордажный и таранный бой корабли было некому, а значит и остались они в меньшинстве, чем и воспользовались андалы буквально уничтожая на корню сопротивления экипажа противника. Эти галеры станут отличным дополнением к королевскому флоту, восполнив недостающие звенья морского щита и клинка Простора. Однако сам быстроходный флагман лорда Приливов оказался вне досягаемости для обстрела, а потому попытался уйти от столкновения пока ещё была такая возможность. Веларион быстро смекнул, что всё повторяется в точности, как в битве на Черноводной и не горел желанием повторить судьбу тех, кто погиб в ту злополучную ночь при попытке взять стены Королевской гавани.
Лорд Арбора был готов к такому повороту событий и отправил свободные суда на перехват, вместе с тем устремляясь за ними самостоятельно. Это погоня обещала стать решающей для сражения у Приветной бухты. Десятки кораблей уже отправились на дно и ещё какое-то количество подвергалось захвату. Нет ничего удивительного в том, что оставшись без командования лорда Монфорда, который был лишь тенью славы его великих предков, капитаны оставшихся судов полностью растеряли боевой дух и желание к сопротивлению. Не самая достойная победа для Редвина, но вместе с тем королю Эдмунду требовался именно результат и если всё пройдёт без лишних проблем, то, пожалуй, последней Гарденер будет доволен гораздо больше, чем нежели бы ему пришлось затягивать морскую баталию или того больше превозмогать в попытке взять как можно больше трофейных судов. Нет уж, к победе, что ниспослали им сами боги, не стоило относится столь легкомысленно. Нужно принять дары судьбы, когда они уже практически у тебя в руках.
Веларион петлял между порогами бухты и пытался сбросить с себя упорный хвост, но Редвин, как не менее опытный флотоводец, не отступал. Любой план, любую уловку или обманный манёвр лорд Арбора раскусывал на раз-два. Монфорду было не уйти от целеустремлённого гранд-адмирала, который не мог ударить в грязь лицом перед вернувшимся с окончательной викторией над драконьим родом королём. Наконец, достигнув еда уловимого рубежа среди беспокойного моря корабль лорда Приливов достаточно замедлился, чтобы стать целью для столкновения одной из андальских галер. Казалось, что вражеский флотоводец не потерял и минуты на своей задержке, но уже этого хватило, чтобы всё преимущество лорда Дрифтмарка в скорости было сведено на нет.
Пакстер не собирался топить или тем более сжигать корабль, чей носовой фигурой был всё тот же морской конёк. Нет на Велариона, что посмел менять стороны, как перчатки, и уж тем более выступать за Таргариоенов у набожного, если не сказать фанатичного, лорда Редвина были другие планы. Более, так скажем, тривиальные. Потому, когда первая галера протаранила борт корабля Монфорда лорд Арбора преспокойна дал отмашку и для второй, что врезалась в корму вражеского судна. От двух поочерёдных и мощных столкновений флагман Велариона затрещал в нескольких местах, а мачты покосились, тем самым точно отнимая возможность лорду Приливов бежать. По сути шансов на побег и уже тем более на победу у Монфорда не осталось, но лорд Дрифтмарка и не думал отдаваться на милость победителя.
Между экипажами суден завязалась драка. Количество людей на одной галере сильно уступало тому же числу на любом фрегате и уж тем более флагмане. Однако из-за того, что в бой рвались люди сразу с двух галер, времени на подход основных сил было вполне предостаточно. Пока Редвин не спеша правил в сторону корабля Велариона, того уже успели окружить со всех сторон. Уже даже с его места можно было услышать звон стали о стали и яростные боевые крики двух противоборствующих сторон. И всё же одним лишь боевым настроем войны и сражения не выигрываются. Положение Монфорда стало катастрофическим.
Ко времени, когда два флагмана поравнялись друг с другом всё было кончено. На палубе застыли в крови десятки тел, а основной офицерский состав и те, кто успели вовремя сдаться были поставлены на колени. Безоружные, отчасти раненные и проигравшие, но вместе с тем несломленные. Именно такими встретили Редвина его противники, когда гран-адмирал взошёл на борт. Лорд Арбора был преимущество одет серые одежды с редкими серебряными вставками, сменившими традиционную тёмную лазурь и исключительный пурпур, доставляемые по огромным ценам из Вольных городов.
- Добегался, Монфорд, а ведь мог поступить гораздо мудрее и принять сторону истинного короля. – коротко поприветствовал стоящего на коленях белокурого мужчину с длинными волосами в светло лазурном одеянии и золотой брошью в виде морского конька на груди гранд-адмирал. – Теперь же твоя участь будет едва ли лучше, чем участь Таргариенов во время восстания.
- Уймись со своими замечаниями, Редвин. – чуть ли не сплюнул Веларион с вызовом встречая слова Пакстера. – Ещё посмотрим кто из королей является истинным. Я с удовольствием посмотрю на твоё лицо, когда от Гарденера в Хайгарден вернётся только кучка пепла. Подумай головой.
Кто смел пойти против дракона в зените его славы? Только другой дракон и я что-то не слышал, чтобы у твоего короля он имелся.
- Слишком много болтаешь для проигравшего. – заметил Пакстер, практически никак не отреагировав на мрачное пророчество Велариона. – Лучше бы тебе поутихнуть.
- Правда глаза колет? – дерзко усмехнулся лорд Приливов. – Пускай в этом сражении я и проиграл, но уж точно не тебе, а твоим фокусам с огнём. Но когда король Эйгон прибудет в столицу с победой уже ты будешь стоять передо мной на коленях. А пока можешь наслаждаться этим коротким мигом. Слышал, что ты едва не протянул ноги от встречи с истинным хозяином Вестероса? – испытующе спросил молчаливого Редвина Морфорд. – Удивительно, как ты ещё не забился в нору от страха. Помяни моё слово – это время ещё придёт.
- Надоел. – откровенно высказался Пакстер, чья выдержка ни на минуту не дала слабину. Глаза гранд-адмирала смотрели на уверенного в себя Велариона с презрением, достойным того, как смотрят на грязь под ногами. – Заткните его. – кивнул он своим людям ответственным за пленения лорда Дрифтмарка. Те повиновались в мгновение ока и наградили лорда Приливов несколькими ударами под дых, из-за чего положение и голос мужчины стали не такими уж уверенными как было раньше.
- Чтоб тебя, Редвин. Подлец. – сдавленным голосом протянул благородный островной лорд, однако уже в следующее мгновение очередным ударом его наградил сам гранд-адмирал.
- Заткнись, жалкий безбожник. – показательно вытер кулак об одежды Велариона Редвин. – Хочешь знать почему меня не беспокоит драконий огонь и твой жалкий король Таргариен, когда я успел испытать встречу с ними на себе? Да, потому что дни вашего мерзкого валлирийского правления давно сочтены. Когда Верховный король андалов разгромит последнего дракона это станет ещё одним подтверждением неминуемого освобождения Вестероса от вашего гнёта. Заметь, не если, а когда. – вкрадчиво объяснял скрючившемуся Монфорду Пакстер, нависая над мужчиной непоколебимой в своих убеждениях скалой.
- Ты, верно, бредишь. И поплатишься за эти слова. – нашёл в себе силы дать ответ лорду Арбора Веларион.
- Бредят лишь те, кто следуют за драконьим огнём, вместо праведного божественного света. – в этот момент взгляд Редвина куда-то одухотворённо уплыл. – Нашего короля уже обжигало пламя дракона, но он всё равно вернулся, дабы восстановить справедливость. Что ему очередной Таргариен, когда даже легенда их рода не смогла прервать его жизненный путь окончательно? – после этих слов зрение гранд-адмирала вновь стало чётким и отстранённым, обратившись взором на внешность Монфорда, а точнее на его волосы и отливающие пурпуром глаза, после чего выражение лица лорда Арбора вновь сменилось презрением, но на этот раз с примесью презрения. – Жалкая драконья подстилка. Я хотел сохранить тебе жизнь, дабы ты смог сослужить хотя бы праведную службу на Стене, но теперь я вижу, что даже капля драконьей крови перестаёт делать тебя человеком. – почти рычал Пакстер, чьи кулаки демонстративно сжались. – Я поступлю намного лучше, как для тебя, так и для Вестероса.
- И как же это? – приглушённо отозвался Монфорд, замечая резко изменившийся настрой просторца и окружающую их атмосферу.
- Я принесу своему королю твою голову, Веларион. – почти по-доброму расплылся в улыбке лорд Арбора, произнося роковые для лорда Приливов слова. – Твою и твоей семьи. Каждого, кто встанет на сторону врагов нашего короля и веры Семерых. Вы утратили право на спасение, когда была подобная возможность. Теперь же настала пора отвечать за свои ошибки. Заткнуть ему рот. – приказал Редвин, хватаясь за клинок у себя на поясе. Взгляд Пакстера стал невероятно точен и остёр, и ещё до того, как Монфорд успел сказать хоть слово в ответ ближайший член галерного экипажа воткнул ему в рот кляп из собственного рукава, проявляя невероятное послушание своему флотоводцу. – Пусть пекло очистит твою душу, презренный безбожник. – последнее, что услышал лорд Дрифтмарка перед тем, как над его головой был занесён клинок.
Короткий взмах и голова лорда Монфорда упала на палубу. Брызги крови залили лица приближённых к лорду Приливов людей, которые не могли поверить в то, как нечто подобное могло случится с благородным лордом, который уже был схвачен и не представлял для противника ни малейшей угрозы. Пожалуй, теперь стало совершенно понятно, что старые правила полностью изжили себя. Особенно, когда дело касалось избранника Семерых, что стал обрастать флёром живой и священной легенды.
Глава 74. После шторма
1 г. от В.А.
Штормовой предел.
- Гарри Стрикленд, генерал-капитан Золотых мечей. За преступления против андальского королевства. За попытку поддержки завоевательного похода претендента из рода Таргариенов. За покушение на жизнь и благополучие правящего монарха. Вы проговариваетесь к смерти по средством обезглавливания. Приговор в исполнение привести немедля. Именем Верховного короля андалов, Простора и Штормовых земель, лорда-протектора королевских восточных марок, Эдмунда из рода Гарденеров, первого этого имени. Да осудят Семеро вас за ваши грехи. – зачитал глашатай немедленное постановление, стоя на деревянном помосте перед осуждённым на казнь.
Дело происходило во внутреннем дворе славного замка эпохи Дюррандонов и свидетелями этому были в основном солдаты и немногочисленные исконные обитатели замка. Через минуту после оглашения приговора голова главаря именитого объединения наёмников была отсечена от тела и покатилась вниз. В пространстве стояла вязкая, но в целом удовлетворённая тишина. Никто не смел делать никаких выкриков вперёд правящего монарха, что бледной тенью расположился на балконе, выходящим во внутренний двор крепости. После свершившегося суда, не последнего на сегодня, все ожидали определённого знака, по сути отмашки, и она не заставила себя долго ждать.
- Следующий! – крикнул глашатай, после того как получил молчаливый взмах рукой со стороны балкона.
Времени с момента битвы у Бронзовых врат прошло преизрядно, но не больше месяца. Всё это время Эдмунд восстанавливался после получения пламенных ван в драконьем огне. Не раз его отпаивали экстрактом неразбавленной святой воды из Звёздной чаши, что всегда следовала за королём и о которой в его беспамятстве позаботился верный Корбрей, принявший власть после гибели лорда Рокстона в свои руки. Потеря лорда Звена была весомой. В очередной раз королевство лишилось приличного полководца, а достойная замена не особо спешила находится. Радовало только то, что с гибелью последнего известного Таргариена война должна наконец окончиться, ибо тем же Ланнистерам на Западе осталось совсем недолго.
Гарденеру хотелось бы заявить, что после исцеления он чувствовал себя на все сто, но это значило бы солгать. Да, внешние ранения и ожоги исчезли, и при этом Эдмунду не хотелось бы знать каким именно образом извлекали его тело из оплавившихся доспехов, хватало и того, что все конечности были на месте. Однако, за внешней маской благополучия и стремительного роста волос, что сейчас кое-как смогли собраться в римскую военную стрижку, скрывалась внутренняя напряжённость и ослабленность. Слишком много сил истратил король, лишь бы выжить под последней неистовой атакой дракона, отчего даже самые простые магические манипуляции и движения тела отдавались фантомной, а может быть и не совсем, болью во всём теле. Повторные приёмы святой воды избавиться от этих ощущений не помогали, вот почему в данный момент мужчина выглядел пусть и гордо, вынужденный наблюдать за казнью с гордо поднятой головой и абсолютным спокойствием, но при этом несколько болезненно, словно страдает неким недугом. Хотя, по сути, так оно и было.
В остальном же после пробуждения Эдмунд немедленно преступил к безотлагательным делам, накопившимся с момента его отключения. За это время успели вновь взять Штормовой предел, чьи защитники беспрепятственно открыли ворота, стоило лишь узнать о поражении сторонников Таргариенов. От былой славы непреступного замка не осталось и следа. Теперь крепость больше напоминала проходной двор, чьими хозяевами успели побывать все кому не лень. Печально, однако, но хотелось считать, что теперь-то этот неприглядный момент истории остался далёко позади. Сейчас же, после смотра войск и подсчёта потерь, перешли к определению наказания всех причастных к поддержке Эйгона. Проще говоря разбор полётов и включение Штормовых земель в общее андальское королевство, кое теперь раскинулось почти на весь юг Вестероса, не считая Дорна.