- Ваше величество, - позвал его Корбрей, что, к счастью, остался цел и невредим несмотря на всё произошедшее. – У вас кровь. – указал рыцарь Долины.
- Что? – несколько потеряно отозвался Гарденер, пытаясь сфокусировать взгляд хоть на чём-то кроме места огненного буйства. В ушах по-прежнему продолжало звенеть – Ах, да. – прикоснулся король к своему затылку.
Только сейчас он заметил, что чувствовал в теле дикую слабость. Это не было похоже на то, что происходит после использования его сил, да и к тому же никой боли он не ощущал. На поверку вся его ладонь окрасилась в багровый цвет, который Эдмунд даже сперва не смог узнать. Гарденер успел забыть, когда в последний раз получал ранение в бою или подобным образом. Даже на тренировках с магией и мечом ранения стали редким гостями, а тут было что-то новенькое. Фигура просторского монарха, восседающего на верном скакуне, серьёзно подкосилась, вызывая беспокойство окружавших его гвардейцев, однако Эдмунду всё же удалось удержаться в седле, крепко схватившись за поводья.
- Скорее, сир, пейте. – передал Корбрей ему собственный бурдюк со святой водой, чтобы оказать первую помощь его ранениям. Судя по всему, в процессе пострадала не только голова, но даже на спине стали ощущаться первые очаги боли.
Сглотнув тёплую от окружающего их жара святую воду Эдмунд смог наконец-то начать соображать. Столб пламени постепенно оседал, как пыль и запах сожжённого железа напополам с человеческим мясом. Не будь король сейчас на людях то непременно опорожнил свой желудок, но верные гвардейцы, лорды, да и собственно весь свет просторского воинства ожидал от него хоть каких-то слов в ответ на произошедшее. Столь долгожданная виктория разом превратился во пшик. Кого теперь предавать суду? Кого винить в злодеяниях и злоключениях? Чью голову выставлять на потеху толпе? Столько вопросов и все желали услышать на них ответ.
- Кхм, спасибо, Лин. – приглушённым голосом обратился Эдмунд к верному гвардейцу, возвращая тому бурдюк. Корбрей лишь покорно кивнул, но при этом продолжил смотреть на него с беспокойством. Раны уже начали постепенно затягиваться, а кровь остановилась, но не это вызывало беспокойство рыцаря. На деле же Эдмунду ещё не приходилось оказываться в подобной ситуации и всё же просторский король уже знал, что он скажет своим людям. – Выкованный в пламени дракона. В нём же и сожжённый. – произнёс Гарденер, начав медленно, но верно повышать голос, чтобы его слова мог услышать каждый из его поданных и собравшийся перед холмом житель столицы.
- Железного трона больше нет! Он пал, как и то королевство, что олицетворял! Уничтожен теми, кто поклялся его защищать, но на деле использовавшийся ради собственной праздности, жадности и гордыни! – выпрямился король, игнорируя остатки боли. Голос и фигура его полностью приковали к себе взгляд людей, ведь монарх вещал, смотря в лицо катастрофе. – И вместе с тем пал этот город! Он погряз в грехе и был очищен тем же пламенем и кровью на которых был построен! Такова воля Семерых, что подвергли своей каре нечестивцев! И пусть каждому будет уроком, что заветы богов должны быть непоколебимы и каждый, кто намерен попрать их, присвоить власть мирскую и божественную, будет предан справедливому суду! Не руками людей, но властью богов! – ничего умнее, чем ссылаться в данной ситуацией на имя своих бывших покровителей Гарденер не придумал. Да и что сказать? Заявить о победе? Это было бы как никогда смешно. Все эти люди ждали его, как избранника Семерых и он будет им говорить то, что они хотят услышать. Истинные причины и мотивы устроивших взрыв людей их мало интересовали. – Именем своим и волей богов я объявляю о роспуске Семи Королевств! Ибо так должно! – и так, под вздохи и замирания толпы, Эдмунд окончил свою импровизированную речь. Отныне в Вестеросе снова наступила эпоха нескольких королей, но надолго ли?
Глава 63. Под короной семи звёзд
В специальном военном госпитале организованном просторцами, на простой с виду кровати, лежал еле живой мужчина. Большая часть его тела была обожжена со многих сторон и укрыта повязками, а почти все конечности отныне представляли собой не более чем бесполезные украшения, нежели действительно рабочие части тела. Дыхание больного была прерывистым и едва различимым. Жрецы и все те, кто хоть что-то смыслил в лечебном искусстве не отходили от пациента ни на шаг, опасаясь даже дышать в его присутствии лишь бы не ухудшить и так плачевное состояние человека, находящегося на грани жизни и смерти. То был личный приказ короля Простора, первой и последней главенствующей инстанции в Королевской гавани.
Эдмунд в очередной раз убедился, что мужчина всё ещё жив, но при этом не пришёл в сознание и молча удалился из импровизированной лечебницы, что заняла собой целый квартал, принимая всех получивших ранения солдат и жителей города. Разумеется, абсолютно бесплатно и по первому же требованию. Настроение короля оставляло желать лучшего уже который день, с того самого момента, как долгожданная виктория обратилась катастрофой. К несчастью, на этом плохие новости не закончились и уже в скором времени Гарденер узнал, что Война Пяти Королей неожиданно превратилась в войну королей семи, если считать самого Эдмунда и внезапно объявившегося в Вестеросе Молодого Грифа. Проще говоря, конфликт и не думал стихать с гибелью ланнистерского семейства и уничтожения Железного трона, а только набирал обороты.
Об этом король Простора узнал через несколько дней, когда бывший королевской флот под командованием Монфорда Велариона увёл все суда на Дрифтмарк, так сказать от греха подальше, и чтобы не ввязываться в процесс разборок новых властителей столицы с побеждёнными. Как оказалось лорд Приливов в этой версии мира не погиб на Черноводной, а был взят в плен, после чего принёс клятву Джоффри Баратеону. Так или иначе, но после этого к городу подошли остатки некогда гордого просторского флота. Новости, что принесли с собой выжившие моряки оставили мрачный след на лицах и сердцах многих лордов юга.
Весть о смерти знаменитого полководца естественно создала вакуум власти, но лишь на пару часов, за которые Эдмунд всего лишь одним письмом утвердил Эммонда Осгрея на посту нового главнокомандующего. Пусть это и было сделано столь просто, но на самом деле Гарденеру было от столь скорбных новостей тяжело и тревожно, пусть король и не демонстрировал этого на публике. Когда он узнал о гибели Дейнерис то воспринял эти новости не столько с радостью, сколько с облегчением, но уже тогда понимал, что на этом эпопея с драконами не закончится. Однако, всё же он ожидал для себя какой-никакой форы, чтобы успеть подготовится и разгромить всех своих возможных врагов на континенте. И поди же ты, закон подлости в действии. Удар одного из последних драконьих выродков был нанесён туда, куда он ожидал меньше всего и в самое неподходящее для этого время.
По итогу взятый Штормовой предел вновь оказался в руках врага. Рендилл Тарли, человек которого он по-своему уважал, один из лучших полководцев Вестероса, был убит на поле боя. Вместе с тем Простор лишился не только большей части флота, но и четверти войск, почти трети, если считать потери при штурме столицы. Весело, ничего не скажешь, и самое паршивое в этом всём то, что мерзавец мог в любой момент заявится в Королевскую гавань на своём драконе и при поддержке Дорна с армией лучших наёмников. Теперь уже Эдмунд почувствовал себя загнанным в угол. Запад, даже после смерти Тайвина и приличной части его семейства, оставался не замирён, а значит война с ним продолжалась. В тоже время союз со Старками оставался под большим вопросом, ведь по факту мстить никому уже было не надо, лишь сохранить при себе имеющееся. Впрочем, Молодой Волк очень уважал память об отце и мог сохранить их альянс против нового короля Таргариенов из принципов и опасения перед властью драконовой династии.
В связи с этим в Королевской гавани велись подготовки к продолжению военного похода. Спешно восстанавливались стены и разбирались завалы. Докупалось снаряжение и переделывались осадные машины. В кратчайшие сроки восстанавливался просторский флот. Все запасы святой воды уходили на лечение раненых, в то время как обычным жителям приходилось довольствовать лечением более традиционным. Однако, как это и бывает на всех солдат целебной жидкости не хватало. Запасов изначально было изрядно, но никто не рассчитывал на то сколь сложным будет взять столицу бывших Семи Королевств. Особенно понятное дело пострадали те воины, которым каким-то чудом удалось выжить после уничтожения Красного замка. Таких было немного, но их исцеление уже было вопросом репутации. К сожалению, ожоги и раны, полученные от дикого и драконьего огня, реагировали слишком слабо на исцеление святой водой.
Для исцеления лорда Пакстера и пострадавших от натиска драконьего пламени моряков Эдмунд даже выделил часть гвардейского неприкосновенного запаса святой воды, тем более что изначальным владельцам та уже была без надобности. Однако, как уже было сказано ранее, никакого особого эффекта это не дало, люди продолжали умирать от ожогов и болевого шока, даже удивительно как много из них смогло продержаться до того момента пока им не оказали должный уход и лечение в Королевской гавани. Единственным надёжным средством в этом вопросе был неразбавленный экстракт, добытый из Звёздной чаши. Гарденер уже подготовил всё необходимое и готовился свершить чудо сегодняшней ночью, дабы воды стало с запасом. Состояние Редвина благодаря усилия целителей было стабильным, а потому время терпело, тем более что у просторского короля сегодня нашлись дела в лице верховного септона. Тот приготовил особую мессу специально для него и присутствие Эдмунда стало в этом вопросе обязательным.
- Всё готово, Лин? Можем выдвигаться? – спросил король у главы своей гвардии и тот незамедлительно кивнул. Забравшись на Камрита, Эдмунд во главе королевской процессии направился прямиком к септе Бейлора, что отныне являлась единственным и главным административным центром города.
С того момента, как не стало Красного замка, а просторский король разместился не так уж и далёко от главного храма, за неимением альтернатив забрав себе во владение неплохой городской особняк, власть в городе неуловимо стала переходить в руки церкви. Да, Гарденер в глазах жителей по-прежнему оставался освободителем и божьим избранником, особенно после речи во время знаменательного пожарища, но при этом главной фигурой, что сплотила вокруг себя людей, являлся высший церковный иерарх. Это не было хорошо или плохо, учитывая, что находились они с ним на одной стороне, да и жрец никогда не выказывал желания перетянуть всё исключительно на себя. Однако в любом случае планы Эдмунда оставались на счёт будущего города и церкви неизменными. Бывшая столица станет свободным городом, со своим наместником и неким подобием городского собрания, а Совет Праведных со своим лидером вернётся туда, где и должен был изначально быть – в Звёздную септу.
К возможному сопротивлению его замыслам Гарденер был готов. Отдавать столь крупный и богатый город в наследное владение одному роду было бы большой ошибкой и в этом, собственно, были согласны почти все просторские аристократы, которым король заранее озвучил своё решение на этот счёт. Жители сопротивляться подобной автономии будут вряд ли, а трения с верховным септоном Эдмунд планировал решить полюбовно. По крайней мере в этом вопросе всё было порядок и от него не требовалось особых усилий. В отличие от других, что требовали его пристального внимания.
Пленники в лице западных воинов и наёмников. С первыми всё было сложно и пока непонятно, а вот со вторыми Гарденер стал разбираться просто и элегантно – требовать откупа или выкупа, смотря какие возможности имелись в распоряжении уроженцев Эссоса. Для этого специально выделили людей, что занимались оценкой состояния, статуса и снаряжения этих вольных воинов. Некоторые из них предлагали Простору перекупить их услуги, став новым нанимателем, но даже не смотря на сильно поредевшее воинство Эдмунд отказывался связываться с наёмничьей братией. Штурм столицы был показательным и мужчине не хотелось, чтобы в решающий момент его воины были преданны столь же быстро, как и Ланнистеры. Так что в конечном итоге на все предложения наёмники получили твёрдый и чёткий отказ.
Естественно, отличившиеся воины не могли не получить своё жалование и награды за доблесть во время боя. Эдмунд надеялся, что сможет выплатить эти средства из захваченной казны Красного замка, но быстро стало понятно, что план не выдерживает критики в нынешних условиях. Иной раз было страшно подумать сколь много ценностей погибло в страшном пожаре. В связи с этим в очередной раз Гарденеру пришлось выплачивать премии из собственной казны и уже это составляло свои сложности. Пока что Простор под его властью вёл только победные кампании, но против бедных и как правило не таких уж сильных противников. Пополнить бюджет в ходе них особо не получалось, да и чего греха таить, те были откровенно убыточными. А ведь у Хайгардена имелось множество прожектов и начинаний, каждому из которых был необходим первичный бюджет и финансирование. В общем начались сложности.
- Ваше величество. Мы прибыли. – отвлёк его от тяжёлых дум о судьбе и проблемах государства Корбрей.
- М? Да, конечно. – несколько рассеяно отозвался другу и товарищу Гарденер, поднимая взгляд на септу Бейлора, где, как ни странно, его уже ждали.
Перед главным храмом собралась целая толпа горожан и простых воинов Простора, что не могли не знать о прибытии на сегодняшнюю мессу своего короля. И всё же не количество присутствующих удивило Эдмунда, а то, как они выстроились и образовали ему дорогу, ведущую к ступеням септы, на которой не было ни одного лишнего человека. Вместо этого на каждой ступени, образуя точно такой же свободный проход, стояло по двое рыцарей Сынов Воина, все при параде, в закрытых шлемах, радужных плащах и клинками, что почтительно были опущены к земле. Что же, похоже верховный септон имел свои резоны этим днём и хорошо подготовился к прибытию короля.
Подъехав к ступеням храма, Гарденер спешился, причём под абсолютное, почти гробовое молчание. Это было странно, но терпимо. При нём всё ещё находись верные ему гвардейцы, так что заговора или подлости со стороны иерарха Эдмунд не опасался и продолжил свой путь. В главном же зале септы и вовсе набилась вся толпа аристократов Простора, Королевских и Штормовых земель. Последние в основном были из тех, кто принесли ему клятву верности после взятия столицы. Их было не особо много, но их наличие так или иначе было показательным. Удивительным было наличие представителей северян, возгловляемых Сноу. Парень знатно отличился во время городских боев и даже вроде как спас жизнь лорду Рокстону от шального удара наёмника
Подозрения Эдмунда о том, что иерарх церкви подготовил сегодняшним днём что-то особое только укрепились, когда он прошёл на открытое пространство перед алтарём храма, где собрался весь Совет Праведных в полном составе со своим лидером во главе. Сухой старик сохранял всё это время спокойное выражение лица, но когда Гарденер предстал перед ним, то жрец смог позволить себе лёгкую и короткую улыбку одобрения. Подле стен и арок храма по-прежнему стояли Сыны Воина, в одном из которых просторский монарх без удивления признал Барристана Селми, что единственным среди всех остальных мог позволить себе не носить шлем.
- Приветствую всех братьев и сестёр, собравшихся в этом благословенном зале под ликом Семерых. – провозгласил верховный септон своим зычным и громким голосом. Тому даже не требовалось кричать, чтобы привлечь к себе внимание всех присутствующих.
Судя по всему, месса уже началась и Гарденер намеревался встать в одном из первых рядов, чтобы не мозолить глаза, но неожиданно для него, мужчина был остановлен строгим и предостерегающим взглядом верховного септона. В этой ситуации Эдмунд не мог предположить ничего иного, кроме того, что иерарх желает видеть его в центре внимания наравне с собой. Что же, тот прямо сказал ему о том, что церемония будет посвящена именно ему, а потому король возражать на стал. Единственное, он до сих был одет не по случаю. Его любимые доспехи были при нём каждый раз во время выезда из временной ставки, так что на фоне облачённых в рясы церковников и родовые цвета аристократов он смотрелся как никогда выделяясь.
- Сегодня мы собрались здесь дабы засвидетельствовать становление нового Верховного короля народа андалов. Милостью Семерых, опустить на колени Эдмунд, сын Мерна из рода Гарденеров, король Простора и избранник богов. – стали неожиданностью для него следующие слова жреца. Все взгляды мгновенно скрестились на фигуре мужчины и тому не оставалось ничего другого, кроме как преодолеть возникшее чувство неловкости и неправильности происходящего. Гарденер явно не был готов к такому повороту событий, и иерарх церкви прекрасно знал об этом, ведь не мог скрыть сверкнувшее на мгновение в глазах самодовольство.
- Отмеченный защитник веры. Истинный король, преодолевший смерть и время. Мы признаём право твоё. Мы признаём деяния твои. – продолжал свою речь жрец, в то время как Эдмунд продолжал стоять перед ним на коленях. Как ни странно, но желания воспротивится происходящему не было. Чувство неправильности или подозрения ушло, оставив только решимость и некую форму одухотворённости. – Рождённый и возродившийся под ликами Семерых, готов ли ты принять на себя бремя, что несёт за собой этот титул?
- Готов. – твёрдо ответил Гарденер даже раньше, чем успел подумать. Будто бы его разум уже давно был готов к подобным вопросам, а потому только и ждал, чтобы дать положительный ответ.