Монстр с нежным сердцем: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 17. Двадцатку лет пропустим...

Гарри шел по лесу, плавно огибая молодые елочки и растущие над тропой ветви деревьев. Вокруг звенели птичьи голоса. Но теперь они были для него не просто бессвязными трелями — в них прослеживалась вполне разумная речь лесных обитателей, ставшая для юноши в свое время таким откровением…

— «Берегись, тут человек идет, прошел мимо ракитового куста, к счастью, не тронул ни одной веточки. А вот он свернул к рябине, отщипнул гроздь, но это ладно, это ему можно. Матушка Зайчиха, тут человек идет, прячь зайчонка, сейчас же!»

Гарри шагал, слушал комментарии своих действий и понимал, что где-то впереди срочно прячет своего новорожденного зайчонка встревоженная зайчиха. А вот следующая новость от любопытной сороки:

— «Человек идет к малиннику, ух ты, смотрите, он идет к малиннику, а там как раз Бурре пасется! Интересно, им малины хватит?»

Усмехнувшись про себя, Гарри решил не выяснять этот вопрос и предпочел свернуть и пойти в обратную сторону. Иногда лучше самому уйти, чем спугнуть мирно пасущегося в малиннике медведя. Пернатые репортеры, сами того не зная, здорово облегчили ему передвижение по незнакомым местам, заблаговременно упреждая путника обо всем, что ожидало его впереди.

Дар отца-друида оказался действенным и крайне полезным, немало ошибок удалось избежать. Ведь птицы же не просто так голосили на весь лес, они, оказывается, сообщали всем обо всем, чему становились свидетелями, и медведь, пасущийся в ягодниках, если был молодым и робким, успевал вовремя удрать, услыхав предупреждение птиц о том, что приближается тот, с кем лучше не связываться… Другое дело, если грибник напарывался на сурового тертого хозяина, выламывающегося из кустов с самыми очевидными намерениями.

Зейну дар Соломона очень понравился, причем настолько, что он начал учить птичий язык, к которому у него оказались отличные способности. А учился Зейн старательно, так что вскоре чирикал не хуже настоящей малиновки. Гарри поразился было, но, почитав пару книг о живой природе, почувствовал себя полным идиотом — магглы (особенно крестьяне) издревле понимали язык птиц и виртуозно подражали им. Д-да, опростоволосился он, волшебник самонадеянный… Что ж, это ещё один повод — относиться к ним с уважением. А как же, превзошли в чем-то простецы хваленых перехваленных колдунов!

Запретный лес стал для Гарри чудесным местом для уединения. Лес был солнечным, светлым, прямые стволы древесных гигантов золотились и пунцовели в свете косых лучей, смешно лохматились заросли папоротников и всяческого молодняка, растущего в тени грозных и неуступчивых родителей. Но со временем молодежи удавалось удушить «папу» и даже повалить его наземь, чтобы тут же занять его место и рвануть ввысь, к солнышку, просквозив наконец-то к окошку свободного пространства… Вечная борьба в мире растений.

Странно. Это был тот же лес из времени Гарри, но в этом настоящем он не был запретным в буквальном смысле этого слова. В отличие от леса будущего, в этом обитали нормальные животные. В нем водились олени и кабаны, медведи и волки, лисы и еноты. Одних косуль было несколько видов, так же, как и оленей. Пятнистые и благородные, белохвостые и серые… Трещали белки, снуя по стволам и устраивая сварливые перебранки с птицами и бурундуками. А одна встреча весьма впечатлила Гарри, настолько, что он надолго застрял на месте, слушая примечательный монолог птички-дубоноса.

— О моя дорогая, свет моей страсти! Прошу, посмотри на подарок, ну посмотри же на него, не игнорируй меня, ведь я так старался его добыть! Я столько зорей пропустил, ища его, самого лучшего, и только для тебя. Ну посмотри же на него, не отворачивайся! Я же с риском для жизни его добыл, подобрался к самым ногам этого страшного человека, что работал в поле, из-под самой лопаты выхватил. Посмотри на него, клянусь, это самый прекрасный червяк на свете, толстый, жирный, сочный… О святые перья, она его увидела! Она его взяла!!! Она меня заметила и отметила, ур-р-ра!

Вот ей-богу, Гарри аж за ствол ухватился, чтоб не свалиться от хохота — столько драматизма и пафоса было в этой маленькой птичьей мелодраме. И как же птичка старалась! Красавец дубонос весь извертелся перед гордой неприступной самочкой, улещивая и уговаривая принять его скромный подарочек — толстого жирного червя, добытого с риском для жизни.

Живой лес с лесными обитателями, со всеми этими косулями и птицами, так кардинально отличающийся от Запретного темного массива с оборотнями и ядовитыми растениями, очень импонировал Гарри. Этому лесу хотелось помогать, к нему тянулась душа, звала на тихие солнечные полянки с буйным цветочным разнотравьем, приглашала посидеть в тени дерева-великана или грота. Послушать тишину, понаблюдать полет бабочек, подышать особым лесным воздухом…

Временами компанию Гарри составляла Елочка, сперва молчаливая и загадочная, так как иногда она прилетала к нему с мышью в клюве, а потом, когда рухнул языковой межвидовой барьер, тайна мыши разъяснилась. Прилетела к Гарри Елочка с жирной полевкой и преданно заглянула в глаза.

— Хозяин, а может, тебе эта понравится? Она вкусная, правда!..

Гарри прямо подавился удивлением — закашлялся, отдышался, постучал кулаком в грудь и переспросил:

— Что-что, родная?

Сова переступила лапами по выступу, подобралась поближе и с надеждой подсунула мышь Гарри под нос.

— Вот, видишь её? Угощайся…

— Господи, малышка ты моя, — умилился Гарри. — Так ты всё это время пыталась меня накормить? Солнышко мое, спасибо тебе, но нет…

— Почему? — Елочка разочарованно выпрямилась.

— Ну я ж мышей не ем, — попытался Гарри объяснить сове очевидное. Видя, что птица не понимает, он полез в сумку со словами: — Ну хорошо, допустим, ты мне дашь эту мышь, а я тебя взамен угощу хлебом. Вот, будешь? — и он сунул под клюв птице кусок булки.

— Я это не ем, — сова отвернулась.

— Вот и я — мышей, — Гарри отправил булку в рот и принялся энергично жевать. Елочка с пониманием посмотрела на него и заглотила свою полевку, никуда не улетая на этот раз. Гарри невольно задался вопросом — не улетала ли сова расспрашивать лесных соседей о том, почему её двуногий питомец не ест? От этой мысли ему стало смешно, и он захохотал. Отсмеявшись, Гарри поднял руку.

— Иди сюда…

Елочка кротко шагнула с выступа на запястье и вопросительно нахохлилась. Гарри погладил её перышки и любяще произнес:

— Ты чудо мое маленькое. Люблю тебя, ты знаешь?

— Ну… взаимно, — смущенно моргнула Елочка. Робко клюнула палец. — Мне показалось, или ты действительно меня понимаешь?

— Понимаю, — подтвердил Гарри и добавил: — Не кусайся.

— Не буду, — Елочка оставила в покое его пальцы и пояснила: — Я радуюсь, поэтому и тереблю…