Голосом не получилось, попробуем жестами. Кое-как выдрав руку из-под вороха шкур, Гарри повел ею вокруг и вопросительно поднял брови. Незнакомец жест понял и сказал фразу, из которой Гарри понял только несколько слов: «Арктика» и «Полярный круг». Ничего себе его занесло!.. От такой новости больной переволновался и, конечно же, залихорадился, затемпературил, уносясь в беспамятство на волнах усталости. Снова заметался в жаре и бреду, забормотал бессвязно:
— Папа, не покидай меня… Хочу домой… Где я? Папа… Домой, домой… Как я из Англии сюда?.. Хочу в Англию, домой…
Этот лихорадочный полубред внимательно слушали одинокий незнакомец, арктический ветер да ангелы с Господом. Слово «Англия» более-менее понятно каждому европейцу, и мужчина, слушая стоны мальчика, наматывал его на гипотетический ус.
Тоскливо и монотонно гавкали две уцелевшие ездовые лайки, их песьих сил едва хватало на то, чтобы тащить груженые нарты, приходилось им помогать, впрягаться в лямку и тащить ношу наравне со псами. Но он не чурался этого дела, несся по снегу со всей возможной скоростью, чтобы достичь более мягких широт. Мальчик не выживет во льдах. Так что держим, держим курс на юг. Вперед, собачки, вперед, родимые!
Это путешествие в санях прошло мимо восприятия Гарри. Он его вообще не осознал, пробыв весь путь в полной отключке. Этому поспособствовало несколько предшествующих событий — скитание по Англии в течение года, ночевки в продуваемой всеми ветрами палатке, скудный рацион, напряжение и постоянное чувство опасности. Битва с Волдемортом и перенесенная клиническая смерть без оказания должной реанимации. Ну и странный перенос куда-то в ледяную пустыню сыграл не последнюю роль в череде событий, пошатнув и так не слишком крепкое здоровье Поттера.
Оцепенелое состояние пассажира тем не менее пошло спасителю на руку, оно позволило быстро и без помех достичь цивилизованных земель.
Сдав собак первому попавшемуся каюру, высокий человек широким шагом унес спутника на берег Северного моря к заброшенной рыбацкой хижине. Потом терпеливо обошел безымянный портовой городок в поисках цирюльника или коновала, найдя же, попросил подойти по обозначенному адресу, после чего сгинул, никому не показавшись на глаза.
Гарри очнулся от препротивнейшего запаха селитры с вонючей тряпки, которой врач ткнул ему под нос. Речь его была отрывистой и резкой, по-прежнему непонятной для англичанина:
— Кто ты? Откуда?
А услышав ответную столь же варварскую речь, местный эскулап вмиг покрылся подозрениями и потребовал сопроводительные бумаги. Какие бумаги, зачем, Гарри так и не понял, поэтому растерянно улыбался и разводил руками. В итоге бедолагу выволокли из хижины за шкирку и пинками погнали на маленькую городскую площадь. Гарри шел и спотыкался, приходя в полное смятение от увиденного. Дома на улице деревянные с земляными крышами, крытые соломой, под ногами чавкала грязь, пахнущая мочой и говном, люди одеты по старинке, в длинные юбки и кафтаны, вся одежда из домотканой материи, косо-криво обрезанных шкур, стеганые-перестеганые ветошки… В голову злосчастного иностранца закрались совсем уж дурные подозрения — это он куда попал, черт побери?
Ой, ну вслух-то не надо! В затылок прилетел камень, за ним комок грязи, ещё камень, покрупнее, он брошен твердой рукой, попал в висок и рассек кожу. Тонкая горячая струйка потекла по щеке.
— Колдун! Колдун! — раздались крики, полные страха и ненависти.
За криками — град камней и вонючих комьев. Гарри зажмурился, согнулся, закрыл голову руками, от ужаса переставая соображать, действительно не понимая — за что?
Эскулап, видя реакцию, решительно пресек начинающийся беспредел, грозно прикрикнув на горожан.
На площади Гарри приковали цепями к столбу, грубо содрали рубашку и придирчиво оглядели тело на предмет метки Дьявола. Хотели снять штаны, но тут кто-то откинул волосы со лба… Вот она! Молния! Бесовская примета! Точно колдун, на костер его!!!
Среди беснующейся толпы, однако, сохранились островки благоразумия, несколько человек сомневаются в общем мнении и пытаются поговорить с парнем.
— Эй, ты откуда? Как тебя зовут? Отвечай, пока не растерзали!
Гарри, уловив вопросы в интонациях, пытается ответить, но увы, по-английски, чем подписывает себе смертный приговор. Иностранец без документов, появившийся из ниоткуда — это прямая угроза для благочестивых горожан. Спешно и срочно принимается решение — вызвать отцов-инквизиторов из столицы, а чужестранца пока запереть в подвале.
Здесь темно, сыро, пахуче… Смрадно воняет крысами и гнилой картошкой. Гарри совсем худо и страшно. Куда он попал? В каком времени находится? На каком языке говорят все эти люди? Что они собираются с ним сделать? В какой-то особенно унылый миг приходит грустная мысль — лучше бы я замерз там, во льдах…
Это горестное, запоздалое желание оставалось с Гарри до самой ночи, когда за решетчатым окошком загустела тьма и стихли все людские голоса. В тишине и мраке горечь отступила, вернулся сбежавший со страху оптимизм, и Гарри даже мысленно посмеялся над собой. Эк он струсил, победитель-то Волдеморта!.. Чего испугался-то? Агрессивных людишек?
Болезнь, видимо, тоже сбежала с перепугу, во всяком случае, Гарри не чувствовал себя больше хворым, а очень даже здоровым, злым и голодным. Да, с наступлением ночи и относительного физического покоя пришли злость и голод. Страшно захотелось жрать, а так как еды не наблюдалось в ближайшем доступе, проснулась ярость. Да чтоб вам всем опухнуть, дегенераты! Выпустите меня! И дайте поесть!!! Я ж тут щас околею, ведь не помню, когда последний раз жрамши…
В маленькое окошечко под потолком заглянула луна, высеребривая на полу и лице пленника причудливые полосатые тени. Ещё сюда залетел ветерок, принесший немного свежего воздуха, чуть приглушившего подвальную вонь. И звук… Гарри вскинул голову — звук шагов.
Шаги приблизились, стихли возле самого окошка, потом на Гарри упала тень — человек нагнулся и закрыл собой луну. Хоть и было темно, Гарри всё же узнал посетителя, это был он, его друг-спаситель, человек из Арктики. Что-то сказав, он взялся за решетку, Гарри, по действиям поняв, поспешно отступил к стене и затаил дыхание: получится — не получится?
Получилось. Не решетка, а само окно выдралось с мясом, как есть, с камнем и цементом. Ну а пролезть в эту щель было делом нескольких секунд. Миг — и Гарри на свободе. И только луна и ветер видели, как две фигуры скрываются в ночи: невысокая — Гарри и гигантская, свыше двух метров — Человека из Арктики.
Глава 2. На пути к дружбе
Гарри и человек из Арктики шли уже несколько часов, с самого рассвета. Вокруг был лес, к счастью, европейский и вполне современный, без пальм и доисторических драцен. Бесконечно долго Гарри идти не мог и постепенно начал отставать, спотыкаться и задыхаться, с отчаянием глядя вслед удаляющейся широкой спине. Сиплый крик, вырвавшийся из пересохшей глотки, едва ли был слышнее мяуканья новорожденного котёнка.
— Подожди…
Но ушедший на сотни ярдов вперед спутник его услышал. Быстро и молча вернувшись, он подхватил испуганно вспискнувшего Гарри на руки и широким шагом понесся дальше, прижимая к груди взрослого парня, как ребёнка. Да Гарри и почувствовал себя ребёнком, вися в надежных руках великана и слушая, как совсем рядом гулко стучит сердце. Точно так же его нес Хагрид, вспомнилось вдруг Поттеру, отчего перехватило горло от осознания похожих ощущений: руки безымянного великана ничем не отличались от рук Хагрида, самого лучшего друга…
— Как вас зовут? — решил он поспрашивать, чтобы хоть немного снять боль от воспоминаний и получить толику понимания в случившемся. — Что это за страна? На каком языке здесь разговаривают?
Мужчина ответил не сразу. Помедлив и подобрав слова, он заговорил на очень плохом английском: