— Знаю, что запрещен. Амодей — судья и палач, владыка преисподней, или как там его? — Она застыла, но только на миг. — Я вижу ваша мазь впиталась. Давайте зафиксируем руку.
— Давайте. — С удовольствием ответил Грисельд.
Она снова коснулась его кисти тонкими, холодными пальцами, и он почувствовал тепло между ребер. Она перевернула руку:
— Держите на весу. Сейчас. — Движения ее были отточены, а взгляд задумчив. Он же смотрел ей в глаза. В голубых сапфирах он видел то, что, казалось, давным давно потерял. Или ему померещилось?
— Готово. — Она вложила его руку обратно, а он привел в действие механизм. Шестеренки загудели, сделав пятерню снова неподвижной. Она почему-то не отпускала предплечье, а потом резко одернула ладонь.
— Прошу прощения.
— Ничего страшного.
Они замолчали, но момент длился не долго.
— Чтож, — Разминал руку Грисельд, поглядывая на наруч, переходящий в перчатку. — Благодарю за гостеприимство.
— А вы верите?
— Во что?
— В то, что сказал этот негодяй. Что я ведьма. В магию. — И она немного даже отстранилась.
— Да нет что вы. — Он положил руки на стол, накрыв здоровой сломанную. — Вернее. Я верю в магию, но не верю, что вы являетесь чародеем или ведьмой. Это ведь…
— Редкость?
— Большая редкость, я бы сказал. Даже вопиющая…
Женщина хихикнула:
— А вы…
— Что?
— Вы милее, чем могло показаться на первый взгляд.
Грисельд улыбнулся:
— Ну я…
— Вы надолго здесь?
— Уже даже не знаю. — Монро улыбнулся еще шире. — Думаю, что работы здесь непаханое поле. Поэтому я вынужден буду задержаться…
— Только поэтому?
— Ну… — Не знал что ответить Монро. — Теперь уже даже не…
— Ой да ладно вам, господин…
— Кристиан. Меня зовут Кристиан. Можем на ты. — Последняя фраза вызвала в ней восторг. Он это знал.
— Хорошо, Кристиан. Можем на ты… — Так чем планируете, точнее, планируешь заниматься?
— Ну не знаю. Надо опросить местных. У вас тут напасть за напастью.
— Это да. Напасть за напастью. — Голос знахарки стал тише. — Поужинаем? — Воскликнула она вдруг.