Евсения: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вообще, если смотреть протертыми наспех глазами, город Клитня оказался очень даже… красивым. Только, странным каким-то. И долго озираясь по сторонам, я, наконец, поняла причину такого вывода — камень. Он был здесь повсюду: каменные ограды, за ними — каменные домища и домики. Гулкие каменные улицы. И среди этой холодной и совершенно чужой мне стихии — зелеными островками кусты и деревья. А еще плющ, накрывший густым, цепким ковром почти половину заборов и стен. А вот конечная точка сегодняшнего пути меня откровенно порадовала. Узкая улочка, приведшая нас в кружок из выходящих на маленькую площадь домов, гостеприимно закончилась…

— Гостиница «Старое колесо»… Угу, — уперся Хран взглядом в болтающееся на цепях прямое «доказательство» с медной табличкой, привинченной к желтым колесным осям. — Вот здесь и заночуем, — и, кряхтя, слез с тут же потянувшегося к плющу Перца.

Мы, с не меньшим энтузиазмом (и кряхтением), последовали его примеру (Храна, конечно) а, всего через долечку, к нашей компании подскочил смуглый мальчишка с такими хитрющими синими глазами, что я невольно сдвинула со своего бедра сумку.

— Здрасьте вам. Добро пожаловать. Меня Стриж зовут. Лошадок позвольте. Вход — на крыльцо и прямо, — явно, привычным текстом выдал он, умудрившись одновременно с этим словить за поводья всех четырех лошадей.

— А-а-а? — в ответ лишь открыла я растерянно рот.

— У госпожи будут особые пожелания? — в момент развернувшись, поинтересовался пострел. Подруга же, многознающе прошипела мне на ухо:

— Евся, не позорься. Здесь так принято.

— А, будет, — однако, заявила я, заинтересовав оным уже и собственных спутников. — Смотри за ними хорошо. А то я приду и спрошу потом.

— У кого? — нисколько не смутясь, уточнил у меня Стриж.

— У них, — и, подхватив с камней сумку с Тишком, первой направилась в обозначенном мальчишкой направлении…

Изнутри каменное двухэтажное здание ничего общего со своими засыпными «коллегами» из Букоши тоже не имело. Пол из добротных дубовых досок блестел чистотой и, по-моему… воском. Точно. А широкая стойка вмиг поразила не только меня, но и мою, авторитетную подругу разноцветной зеркальной мозаикой. Впрочем, зеркала здесь были повсюду и в них множились сейчас расставленные с небывалой даже для дома Ольбега роскошью свечи. Мы так и стояли на пару с Любоней, разинув рты, пока мужчины, договаривались о ночлеге. А потом, забыв их закрыть, медленно поднялись по широченной, тоже дубовой лестнице на верхний этаж. Ох, не было б мне стыдно, я бы ладони не отрывала от этих гладких, полированных душистым маслом перил. Так и ходила бы, поднимаясь и спускаясь… Поднимаясь и…

— Евсения… У тебя еще будет время, — Стах с улыбкой стоящий у лестницы, мотнул головой в ярко освещенный коридор. — Наши комнаты рядом. Вы с Любоней утраивайтесь пока. Примите ванну, а часа через два поужинаем на балконе. Я видел там столы.

— Что принять?.. Через… и где?.. Стах!

— Ты чего? — вернулся к ступеням мужчина, и, запустив пальцы в кармашек жилета, вложил мне в ладонь… — Это часы. Правда, они мужские. Надо будет женские купить. Время определять умеешь?.. Ну, и замечательно. Я за вами зайду… Евсения… Любимая…

— Да-а.

— Ты привыкнешь. И очень скоро. К хорошему быстро привыкаешь, и я тебе в этом помогу. Так что, если будет нужно — зови. Пойдем.

— Стахос, я тебя…

— О-ой! А по легче нельзя?! Я и так тут задыхаюсь в этой тесной сумке, а еще со всего маху и об пол!

— Евсения, что ты хотела сказать?

— Я тебя… обязательно позову, — сглотнула я слюну. — Если, что…

— Ну-ну…

ГЛАВА 21

За высоким окном по брусчатке шустро прыгали воробьи. Иногда они подрывались всей стайкой, пропуская колеса какого-нибудь рыдвана или конские копыта, но, потом вновь, с удвоенной страстью набрасывались на щедро кем-то рассыпанные семечки. Люди, одни шли по тротуару медленно, о чем-то между собой говоря. Другие — явно торопились, поглядывая на небо, где с самого утра по-пустому пыжились тучи. Крутобокая торговка, тоже куда-то спешащая, на миг тормознула и, поставив свою, полную вареной кукурузы корзину, сунула под косынку выбившуюся прядь. А потом опять сорвалась с места… За высоким окном была жизнь. Городская жизнь. На окне же стоял горшок с цветущей белой геранью. А у окна, на узком диванчике маялись Стах и моя дорогая подруга. Нет. Маялась я. Они меня просто ждали. Однако, всего долечку назад, мне показалось, что получали при этом, тщательно скрываемое, злокозненное удовольствие.

— А если вот это? — оторвала я от их физиономий испытующий взгляд и тут же округлила глаза:

— Не-ет!

— Евся, а что?

— Ты, хотя бы его примерь. Ну, пожалуйста.

— А знаете, что?

— В принципе, девушка права — оно нам не подходит, — совсем вовремя признала, что принципы есть и у платьев, хозяйка салона с невообразимо красными губами, и, взмахнув напоследок очередным «облаком кружев», уплыла за ширму.

— Вы надо мной издеваетесь? — с прищуром, развернулась я к диванчику под окном. — Как бы я на лошади в нем скакала? — последнее слово получилось даже истеричным, поэтому, пришлось, прочистить горло. — …ехала в нем? Я — отдельно, платье — отдельно?