Евсения: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Евся, почему? Он ведь все одно спит.

— Да поэтому и не могу… — шевельнула я пальцами, сжатыми в крепкой мужской ладони.

— А-а, — протянула Любоня. — Ну, надо же… А спать как собираешься?

— Не знаю, — с равнодушием, удивившим саму себя, пожала я плечами. — Да хоть на лавке — напротив, под окном, — а потом, подумав, для значимости, добавила. — Он говорил, что меня нашел. А, вдруг, ночью проснется и… потеряет?

Но подруга моя к такому «бреду» отнеслась, на удивление серьезно:

— Ну, раз так, я тебе сама здесь постелю. Я в сенях на вешалке тулуп старый видала. Вытрясу его, а сверху покрывальцем закину… Евся…

— Что?

— Вот и настала твоя очередь.

— А за чем я ее занимала?

— За любовью, подружка. За любовью.

— За любовью?.. Да что это такое, «любовь»?

— Так вот то самое и есть — когда очень сильно боишься потерять… и быть потерянной.

— Любонь, а почему ж ты тогда решилась на эту большую потерю? — нахмурила я лоб на подругу. — Почему бежишь на другой конец страны?

— Не знаю, — опустилась она на мою будущую постель. — Наверное, потому, что бояться этого должны… двое… Евся, давай не будем сейчас о Русане? А то я опять реветь начну и больного нашего разбужу, — блеснули в подружкиных глазах два маленьких свечных пламени, отраженные в слезинках.

— Ну, как скажешь…

Ночью я не спала. Лежала на боку, подложив ладошки под щеку, и пялилась в бледный мужской профиль. Вместо давно расплывшейся свечки на табурете тускло мерцал закопченными гранями фонарь — Тишка находка. Бесенок долго гремел в смежной, захламленной кладовке и торжественно водрузил мне это «сокровище» прямо под нос. А Хран после поджег в нем фитиль. И оба тихо ушли спать на улицу… мужики-охранники. Любоня же устроилась рядом — за дверью, на широком хозяйском ложе. И, по-моему, все же, плакала. Правда, тихо. Громче шмыгала носом… А на рассвете я проснулась (значит, все таки, спала).

Очнулась от тихого стона и когда открыла глаза, первое, что разглядела — сидящего на кровати Стахоса. Мужчина обвел пустым взглядом комнатку и, под кроватный «визг» рухнул обратно. Я же, от неожиданности замерла, наблюдая, как он сначала шумно хлебнул ртом воздух, а потом, вдруг весь пошел судорогой. И лишь тогда отмерев, кинулась к больному:

— Ты чего?.. — но, он меня, кажется, не услышал. А ладонь, за которую я схватилась, не сжалась в ответ. — Стах!!!

Первой на мой испуганный вопль примчалась заспанная подруга. И, чуть не сшибив сначала меня, а потом табурет, рухнула рядом с кроватью на колени:

— Евся… А что это с ним? — прошептала, глядя на струной вытянувшегося под одеялом мужчину.

— Я не знаю, — потерянно покачала я головой.

— А он…

— Живой! Любоня, он — живой. И по сиянию видно и… — быстро склонившись над самым лицом Стаха, прислушалась я к его тихому, едва уловимому дыханию. — Только запах этот, чесночный, он все сильнее. Мне кажется, вся комната должна им пропахнуть.

— Чесноком? — повела подружка своим носиком по сторонам. — Я не чую, но, раз ты говоришь… Евся, а что теперь-то делать? — уставились мы с Любоней друг на друга.

— Девушки, чего кричим?.. Ёшкин мотыляй, — одновременно вскинули головы к застывшему над нами Храну. — И давно он такой?

— Не-ет. Только что… случилось. Хран, его к лекарю надо. Пока не поздно. Я здесь бессильна. И, если бы даже умела устранять чужую магию, то, все равно — на Стахе ее нет. Здесь что-то другое, незнакомое.

— А может он, того… — хлопнула глазами Любоня. — Этого самого чеснока переел? Раз, ты говоришь, от него им не…

— Я сейчас не совсем понял, о каком чесноке идет речь? — медленно произнес Хран.

— О том самом, запах которого Евся своим дриадским носом от Стаха учуяла.

— А, ну-ка, — разнесло нас с подружкой по сторонам, метнувшимся к изголовью кровати мужчиной, после чего он на несколько мгновений замер. — Есть что-то… Но, я бы ни в жизнь не заметил… — глухо констатировал, уже распрямляясь, а потом, вдруг, зашелся таким выразительным матом, что нас с Любоней пригнуло, а трущий глазки на спинке кровати Тишок, восхищенно открыл пасть. — Самоуверенный, безголовый мальчишка! — исчерпавшись, наконец, выдохнул Хран, уставясь в стену напротив. — Евсения, а почему ты раньше об этом не сказала?