— Я полагал, что, когда ты покинешь Жемчужину Вечного Неба, твое совершенствование немного продвинется вперед, но, к сожалению… — Веки Лонг Бая слегка опустились, с выражением осуждения, выказывая слабое разочарование, — хотя ты несешь силу Злого Бога, и Поражающего Небеса Императора-Дьяволов, на самом деле тебе еще не удалось прорваться из Царства Божественного Владыки. Это скучно и разочаровывает.
— В конце концов, действовать против Божественного Владыки, боюсь, мои драконьи когти не согласятся.
Глаза Юнь Чэ остались неизменными, и он с каменным лицом сказал, — хочешь сразиться со мной в поединке один на один?
— Хоть это и немного скучно и смешно, но… — Лонг Бай поднял руку, не высвободив драконьей ауры, но необъяснимо накрыл пугающим давлением, — ты должен умереть от моей руки!
— Тьфу! — Янь Сан злобно выплюнул глоток крови, сделал шаг вперед и сердито упрекнул, — если ты хочешь ранить моего хозяина, сначала…
— Вернись, — тихо сказал Юнь Чэ.
Шея и шаги Янь Саня мгновенно сжались.
— Очень хорошо. — Пять пальцев Юнь Чэ медленно сомкнулись, выражение его лица оставалось холодным и спокойным, но только он сам знал, что ярость его сердца и души давно подобна тысяче ужасных ревущих демонов, которые могут в любой момент полностью выйти из-под контроля.
— На самом деле, некоторые вещи в этом мире скучны и смешны, но они должны быть сделаны.
Юнь Чэ сделал шаг вперед и медленно приближался к Лонг Баю среди испуганных и обеспокоенных взглядов практиков Северной области, — раз ты так хочешь сражаться со мной. Я, Повелитель дьяволов Юнь Чэ, окажу тебе такую милость.
— Милость… Окажешь милость? Хахахахаха… — Многочисленные Повелители Драконов и Божественные императоры Западной области замерли, а потом все громко рассмеялись.
Хотя он был Повелителем дьяволов Северной области, за которого дьяволы Северной области будут сражаться и защищать на смерть, но с уровнем совершенствования в Царстве Божественного Владыки десятого уровня и толпой раненых и увядших дьяволов позади него, действительно говорил такие слова Лонг Баю?
Это нельзя было расценивать даже как смешные слова, и все задались вопросом — Юнь Чэ не выдержал удар и тяжесть под этой жалкой и безнадежной ситуацией, и совсем потерял голову и сошел с ума.
— Хм. — Лонг Бай равнодушно выдохнул, — я дам тебе милость, пока ты можешь терпеть, эти дьявольские звери под твоим командованием смогут дышать еще несколько мгновений. Это, предварительно, рассматривается как награда за твою работу в тот год.
Когда его слова упали, он сделал шаг вперед и высвободил всю свою драконью силу, и мгновенно почти все практики в лагере Северной области и Западной области яростно задрожали, многие из них невольно отступили, в то время как некоторые из тяжело раненых даже потрясенно упали на землю, кровь просачивалась из их внутренних органов.
— Послушайте, — равнодушно сказал Лонг Бай, — в битве между мной и Юнь Чэ, какова бы ни была ситуация, никто из вас не может вмешаться…
Практики Северной области и практики Западного области были ошеломлены. Бог Дракон Би Ло быстро сказал, — Ваше Высочество Император-Драконов, разве эта павшая собака достойна того, чтобы вы сделали это лично…
Прежде чем он закончил говорить, Бог Дракон Су Синь крепко схватила его за руку, — закрой рот.
— Кто осмелится сделать шаг, кто бы это ни был… не обвиняйте меня… в том, что я.… беспощаден!
Эти несколько слов Лонг Бая были произнесены крайне медленно, подавляя сердца. Каждое слово было предупреждением для всех практиков в Западной области.
Этот, казалось бы, нелепый приказ был на самом деле высшим императорским приказом, который никому не разрешалось ослушаться!
Бог Дракон Би Ло мгновенно закрыл рот, и все его тело прошибло холодным потом.
В этот момент даже самый тупой человек ясно понял бы, что у Лонг Бая была чрезвычайно тяжелая личная обида на Юнь Чэ, совсем никак у Императора-Драконов против Повелителя дьяволов.
К тому же с предыдущими словами Императрицы-Дьяволов…
Мелькнула догадка, заставившая сердца всех людей трепетать… Но ее тут же погасили, они не сказали ни полслова и даже не осмелились выказать странное выражение.
Когда Лонг Бай захотел сражаться один на один с Юнь Чэ, Чи Ву и Цянь Инь`эр, знавшие внутреннюю подоплеку, нисколько не удивились.
Потому что только в Юнь Чэ он мог выпустить скопившуюся ревность и ненависть, которые подавлялись в его сердце много лет, и только если… Он лично сокрушит Юнь Чэ полностью и абсолютно во всех отношениях, он мог найти какое-то достоинство и спокойствие на душе.
Раньше Западная область всесторонне разгромила Северную область, и у Лонг Бая всегда было равнодушное лицо… В то время в его сердце не было ни капли удовольствия, только обида и мания.
Наконец-то пришло время… наконец-то…
Взгляд его был спокойным, и на его теле не было дрожащей ауры дракона. Но на его ладони, которая, казалось, висела естественным образом, каждый палец был напряжен, почти сломавшись.