— Отпусти телефон, Миа.
Ее отчаяние наполняет мои чувства, и мой Альфа воет в агонии.
Ты сделал это с ней. Ты заставил ее чувствовать себя так.
— Отпусти меня.
Я качаю головой. — Ты знаешь, я не могу этого сделать, — бормочу я, притягивая ее ближе к себе.
Черт возьми, ее аромат. Я мог бы утонуть в ней, в ее вкусе, в ее сущности…
— Ты продолжаешь морочить мне голову, — рыдает она. — Мне здесь не место, ты это знаешь.
Но я не прислушиваюсь к ее мольбам.
— Твое место со мной, — шепчу я ей на ухо. — Всегда.
Она рыдает сильнее, качая головой.
— Дай мне телефон, Миа. — Я протягиваю руку, чтобы взять ее, но ее кулак крепко сжимает устройство.
— Ты даже пароля не знаешь, — бормочу я. — Кому бы ты вообще позвонила?
У нее нет никого, кроме меня.
Нравится ей это или нет.
— В полицию, ты псих, — говорит она, но в ее голосе пропадает задор, и она наклоняется в мои объятия.
Ее наивность восхитительна.
— И ты не думаешь, что они у нас в кармане? Одно мое слово, и они отправят тебя обратно сюда.
Она не выпускает телефон из рук.
— Тогда коллекционерам, — слабо пытается она.
Я хихикаю. — Еще раз, они отправят тебя обратно ко мне.
Я убираю волосы с ее шеи и прижимаюсь губами к ее коже. — Верни мне мой телефон, милая.
Она вздрагивает от моего прикосновения, но ее рука расслабляется, позволяя мне взять свое устройство. — Хорошая девочка, — хвалю я.
— Я ненавижу тебя, — бормочет она мне в грудь, и я глажу ее по волосам, заставляя себя не реагировать на ее слова.
— Я знаю. — Я говорю просто.
* * *
Она не разговаривает со мной целую неделю.
Я чувствую ее гнев, замешательство и тоску по всему дому.
Я фантазирую о том, как раздвигаю ее ноги, ласкаю ее киску, пока она не распадается на части у моего лица, выкрикивая мое имя.
Иногда по ночам я слышу, как она рыдает, и мне требуется все, что в моих силах, чтобы не броситься к ней.
Я должен быть монстром.