Альфа заботится о нас.
Моя внутренняя Омега радуется, радуется, что он не отверг нас после того, как раскрыла нашу правду.
Он явно ждет от меня подробностей, но одновременно с ним я замечаю кровавое пятно возле воротника его рубашки.
— Если ты замочишь ее в уксусе на тридцать минут, а затем смоешь холодной водой, оно должно выйти, — бормочу я, прежде чем повернуться и уйти обратно в свою комнату.
Я ожидаю, что он окликнет меня или отдаст мне приказ.
Он этого не делает.
ГЛАВА 9
Я облажался.
Я никогда не ожидал, что Гарет поднимет на нее руку. Становление на колени было просто проверкой, сможет ли она подчиниться мне, когда это будет абсолютно необходимо.
А потом Гарету пришлось все испортить.
Простой телефонный звонок заставил меня отойти, пока он доставлял вещи в ее спальню, и я почувствовал ее страх еще до того, как смог увидеть, что происходит.
Этот ублюдок прикасался к ней.
Четкие приказы, как только я сменил Маркуса, были простыми.
Не прикасайтесь к товарам. Не травмируйте товары.
И вот он появился, лапая Мию — Омегу — прежде, чем я успел выйти из комнаты.
Люди проверяют мои границы и бросают вызов моим правилам, чего просто не может быть.
Мне нужно было подать пример, и я был более чем счастлив сделать это снова с Гаретом.
Один телефонный звонок, и его тело будет вывезено с территории менее чем за двадцать минут.
Я убивал ради нее.
Предполагалось, что это будет бесстрастный поступок, направленный на то, чтобы отправить сообщение, но моя ярость нажала на спусковой крючок.
Я был счастлив наблюдать, как Гарет безжизненно падает на землю.
Она такая хрупкая по сравнению с ним — а он обращался с ней меньше, чем с собакой.
Я прокручиваю в уме ее комментарии, планируя предстоящие дни.
Конечно, она подверглась насилию. Ее реакция имеет смысл — она не убежала от меня с криками, и она даже предложила помочь убрать кровь.
Она также недоедает. Моя рука легко обхватывает ее запястье, а ее скулы землистые и впалые.
Ей нужно больше есть.
Я рычу от разочарования. Нет времени на сострадание. Я взял ее по прихоти, зная только, что не смогу вынести вида ее раненой.
И теперь она действует мне на нервы.
Я чувствую запах ее страха по всему дому и скрытое течение чего-то еще.