— Послушай меня, — шипит он. — Ты не заговоришь, пока к тебе не обратятся. Ты понимаешь?
Стук продолжается, а я застываю на месте.
— Омега. — Его голос невероятно низкий, пронизанный властью. — Ты. Понимаешь. Меня?
Мои глаза встречаются с его, и я киваю.
Он тянет меня в гостиную, и я, спотыкаясь, плетусь за ним, изо всех сил стараясь соответствовать его темпу.
— На колени. — Его глаза впиваются в мои, когда он бормочет команду.
— Что? — шепчу я, уверенная, что ослышалась.
— Встань на колени. В углу. Опустив голову.
Еще один стук. Я смотрю между ним и дверью, и он видит, как в моих глазах формируется план.
Спасение за этим куском замысловатого дерева. Побег всего в нескольких шагах от меня.
Он крепче сжимает мою руку. — Я продержу тебя в углу всю гребаную ночь, если ты этого не сделаешь. Помни, это я веду себя хорошо.
Повинуйся Альфе!
Что-то толкает меня изнутри, требуя, чтобы я повиновалась ему, и я опускаюсь на колени на деревянный пол, прежде чем осознаю это. Я остаюсь в углу, уставившись прямо перед собой на деревянную книжную полку, пока он открывает дверь.
— Стефан. — Приветствует другой голос. — Рад тебя видеть.
Стефан? Это его имя?
— Гарет. — Он хмыкает, и я вздрагиваю от его тона. В нем слышится отвращение, как будто этот Гарет — отброс общества.
Он никогда так со мной не разговаривал.
Я чувствую запах Альфы еще до того, как он переступает порог, и изо всех сил стараюсь не давиться.
Он кислый, с примесью запаха аммиака, и я благодарна, что мне не приходится общаться с этим монстром.
— Куда тебе это положить? — Спрашивает гнилой мужчина. Я сосредотачиваю свое внимание на книжной полке, не смея повернуть голову.
Они говорят приглушенным голосом, проходя мимо меня в гостиную, но я чувствую на себе взгляд Гарета.
Я остаюсь замороженной.
Я боюсь по-другому, чем со Стефаном.
Другой Альфа в этом доме — зло.
Я не знаю, как долго я сижу там, но мои колени кричат от боли из-за того, что меня прижимают к полу.
В конце концов, одна пара шагов снова входит в комнату, и они не принадлежат Стефану.
Я смотрю на черные ботинки со стальными носками, мое дыхание учащается.
— Итак, ты новая сучка?
О, Боже.
Это кошмар. Должно быть, я умерла в больнице, и теперь я заперта в чистилище.