Случайностей на свете не бывает: читать начало книги онлайн

Я застыла как вкопанная. Это сейчас прозвучало по мою душу?! Ко мне? Какой график? Причем тут я? И вообще – Лари? Это я то?

Я не смогла вымолвить не слова. Мой мозг вообще подвис, как старенький компьютер, пытаясь переварить вылитое на меня негодование.

– И сколько вас можно ждать?! Безобразие! Хуже! Разгильдяйство! Такой рейс! Выбиться из графика хотите и застрять? Что для вас одной что ли остановку делаем?! Чуть перед носом дверь не захлопнул! И ведь уже собирался!

– Да я…

– И нечего оправдываться! К чему лепетать оправдания, когда по вам более, чем отлично видно, что вы даже не запыхались, небось сидели себе на лавочке, нога на ногу, никуда не торопясь? Пунктуальность – наше всё! Это черта любого уважающего себя человека, эльфа, даргонийца, да любого творения, если хотите знать! Пожалуй, дворфы ею не обременены, но ведь вы, лари, близко не дворф, хоть и росту в вас маловато для чистокровного человека! – чётко, будто заколачивая гвозди отчеканил все еще на повышенных тонах сухопарый долговязый дядька, которого я приняла за продавца – консультанта, явно испытывавший ко мне неадекватное недовольство. И вообще, причем здесь не пойми какие дворфы?! Мелкие, ниже меня? Гномы что ли? Ясен пень, я – не гном! Да и на эльфа не тяну! Хотя уши у меня чуть – чуть и вытянуты, немного, даже смотрится ничего так, но все равно я старательно их прячу волосами, надоели, знаете шуточки еще в скворечнике.

Вообще с чего бы это недовольство, я что и впрямь сиесту нарушила? Ну, если у вас перерыв, то закрываться нужно, табличку на худой конец вешать – просим не беспокоить, а не на людей набрасываться! Так и испугать можно! Тем более упоминая на полном серьёзе господ эльфов и не пойми каких ещё даргонийцев и низкорослых дворфов.

Я оглянулась, ища взглядом покупателей, которые могли бы заступиться за меня, и отчетливо ощутила, как сердце пропускает один за другим удары. В магазине не было ни души. Да и не магазин это был вовсе. Ой, ей…Ни прилавков, ни витрин, ни касс, хоть бы самых мало мальки, допотопных, могущих успокоить, унять тот испуг, что накрыл меня с головой, не было и в помине. Голые гладкие стены, вдоль которых тянулись однообразные деревянные скамьи, на стенах, выкрашенных в светло – бежевый цвет развешаны карты в рамах, но наводящие скорее оторопь, поскольку то, что на них было изображено, не было даже отчасти похожим на карту Мира. Нашего Мира… Ни Евразии, Ни Америк, Африки, даже Австралии и той не было… Единственный огромный материк и гряды островов, архипелагов да несколько одиночек разбросанные на отдалении. Что это? Если и мир, то чей? Большой стол, стоящий посередине, укрытый тяжелым темно – зеленым материалом, сукно что ли? Да ладно… Кто ж сейчас сукно на столы стелет?! На столе одиноко стоял застегнутый кожаный портфель, чуть потертый по бокам. И висящая над головой люстра, причудливо кованная, напоминающая какое – то существо, из брюха которого лился мягкий свет. Вот и вся обстановка. Сюрреалистично, однако… Я сделала шаг в сторону и забыла, как дышать, поскольку узнала то существо, что висело на люстре. Дракон! Ой, ей! На люстре примостился пусть и маленький, но самый настоящий дракон! На меня очень внимательно смотрели, нет, меня с интересом разглядывали! И кто! Дракончик! Живой! Глазки на выкате, крылышки перепончатые, вот – вот полетит, ещё и хвостом виляет… Вот если собака виляет хвостом, так значит, её все более чем устраивает, а если, кошка, то говорят, что нет, не нравится ей происходящее. А дракон? К чему виляет хвостом дракон? Кто – то в курсе? Я нет! Но плохо мне стало не от одного узнавания, а от того, что сия рептилия, то бишь дракон подмигнула мне зеленым глазом и медленно склонило голову. Здоровается?! Со мной?! Мама дорогая!

Тем временем, неадекватный тип резким движением отмахнул нависшую на лоб худосочную рыжую с проседью прядь волос, застегнул оба кармана на потертой замшевой куртке и добавил то, что меня окончательно смутило.

– И у нас много людей, и Императорский дом представляют люди, пусть и нечистокровные, но именно они и отличаются от остальных наилучшими душевными качествами!

Странно, но оказывается, меня так легко смутить, и в этом состоянии замешательства я не могу толком связать и пары слов. Для меня это состояние не просто было ново, он отдавало шоковыми, стопорными нотками. Может меня до этого момента никто и никогда не смущал?! А? Не досуг было? Я, представьте себе, не ответила вообще ничего на этот бред про Императорский дом, про процентное соотношение людей и кого еще? Нелюдей? Но лишь до того момента, пока этот самый неадекватный тип бесцеремонно не отодвинул меня в сторону и не стал поворачивать один за другим ключи, щелкать неизвестно откуда взявшимися мощными засовами на двери книжной лавки. Ой, ёй! Металлический лязг будто отделял меня от всего живого, что было по ту сторону двери!

– Ээээ, – но, ничего более нечленораздельного, кроме этого протяжного мычания новорожденного теленка я так и не смогла выдать, поскольку мое начавшее набирать обороты праведное возмущение, словно залили шоковой реакцией – дверь на глазах стала пропадать, ее, будто размазывали, стирали жутким ластиком у меня на глазах! Бррр! Я помотала головой, в надежде, что в моих мозгах, что – то переформатируется. Ан нет. Двери уже почти не было – исчезали косяки и порог. Вот ведь! Дракон, исчезающая на глазах дверь, дворфы, нелюди! МАМА! МАМОЧКА! МАМА!!!

Что меня потрясло больше? То, что я завопила-таки, что есть мочи или то, что я звала на помощь маму?! Я никогда этого не делала, даже когда мне было очень больно, очень обидно и ли даже очень страшно! Я ее попросту не знала, не знала и того факта, отказалась она от меня или нет, почему я попала в детдом и в каком возрасте? Приемные родители мне так и не сказали, а ведь им выдали мои документы.

Рыжий противный дядька только усмехнулся, а с той стороны, за которой была столица, да что там мир, цивилизация вдруг послышался резкий, нервный стук, потом и вовсе забарабанили что есть силы. Кто – то явно стремился сюда попасть! Да что там – ворваться. Может хотят спасти? Меня? Вот интересно, почему у кого – то там снаружи реакции больше, чем у меня – я ведь не связала и двух слов, воочию узрев не стыкующие ни со здравым, ни с каким вообще смыслом действо? Не оказала сопротивления, не выказала возмущения. Ничего. Двери – то больше не было!

– Вот видишь, ещё немного и местные аборигены могли, о чем – то догадаться! – возмущенно проворчал рыжий тип. – Безобразие! Раскричалась она. Меня же уволили бы за это в два счета! Потерять такое место!!! Такую должность! Это при моей то категории! Ты представляешь? Лишиться дохода, из-за какой – то соплюшки! А у меня семья, между прочем. Дети! Ты их кормить будешь? Пигалица… Что за туристы пошли! Ведь инструктаж проводили! Вы бумаги подписали! Никакой ответственности! Ну! Не стой столбом – марш в помелот! И не надо больше голосить, как недорезанный турикан.

Кто? Какой ещё турикан? Или ключевое слово – недорезанный, и образуемое от него – дорезанный, зарезанный?! О! Мне надо срочно выбираться из этого места! Нет, ну что же я молчу? Но только я попыталась раскрыть рот, как меня грубо развернули и предали ускорение, отнюдь не вежливо толкнув в проём, который я поначалу и не увидела.

Я хотела возмутиться, да, что там, рот уже открыла, чтобы наконец-таки тявкнуть – гавкнуть на нахального дядьку, ну или хотя бы пискнуть для начала, но так и осталась стоять с открытым ртом посреди чиста поля. Хотя нет, про поле я загнула, но поверьте, мне простительно.

Ну не могло, просто не могло посреди застроенной многомиллионной столицы быть уходящей за горизонт широкой трассы и бескрайних полей по обе стороны! А уж огромной конструкции на колёсах в три этажа ярко – красного цвета, вообще по факту быть не может. Ладно трёхэтажной – это ещё можно проглотить, видела же на картинках в Англии автобусы двухэтажные есть. Но вот крылья, здоровенные, мощные, да по обе стороны и ещё белые – белые с красной каёмочкой по краям – это вообще перебор. Они вообще для чего?! На этой штуке, что летают?!

– Давай, двигай к нам! – кто – то махал мне из окна второго этажа.

Ну что же я! Надо было говорить, убеждать, да что там – орать, ногами топать, что это недоразумение, что я и есть тот самый абориген, появления которого так опасался этот дядька, что это ошибка! Ошибка?! Нет, это маразм! Меня надо срочно вернуть на место! Это надо немедленно исправить. Стоп. Стоп. Да, тпрууу! В моём мозгу всплыла – таки одна единственная здравая, осмысленная мысль, да что там, меня осенило – возможно, очухался, наконец – таки, здравый смысл и подал, виновато о себе знать? А что, если они примут какие – то меры, коли я углядела то, что видеть мне не полагалось? Аборигены, говорите? И где ж, меня после выяснения этого недоразумения прикопают? Или может для таких вот случаев у них своя инструкция имеется? А? Развоплотить? Развеять? Ага, таким же ластиком, что они давеча дверь размыли. Ой, мамочки, меня аж затошнило, даже думать не хочу! Сначала исчезнет больная на все сто головушка, потом ножки подотрут… Не, так и местный дурдом, где в каждой палате по знаменитости, причем и исторической, и не очень, ещё посчитается лучшем вариантом.

Одним словом, я прикрыла рот, и вяло так, без особого энтузиазма помахала в ответ.

– Иди уже, пигалица, – не очень – то дружелюбно рявкнул сзади долговязый дядька, – не хватало ещё и правда из графика выбиться.

Я обернулась и надо же, почти не удивилась тому, то за нашими спинами больше ничегошеньки не наблюдалось. НИЧЕГО. Поля по обе стороны от уходящей в даль дроги. Всё. Возвращаться, собственно говоря, больше было некуда.

Интересно, а седые волосы в мои годы пробиться смогут? Да в раз? Лишь бы не в разброс, а прядью, всё какой-никакой, а стиль … О чем я думаю, дурочка…

Так, вдох, выдох. Еще раз только медленней. Вдох, выдох. И спокойствие, только спокойствие. Кто это говорил? Кажется, дядька под сороковник с пропеллером на спине, любитель варенья, плюшек и прогулок по крышам. Ну, если у Малыша тогда мозги не сдвинулись набекрень, то может, и я смогу удержать рвущуюся в свободный полет психику? А, смогу? Вот, не уверенна я, ох не уверенна…

А вообще, врагу не сдаётся наш гордый варяг! Не прихлопнули сразу – уже хорошо. А то ведь и в самом деле размазали бы и меня таким же макаром, как дверь в этих жутких Летописях. С них станется. И кто бы меня, бедную, искал… Ладно, как говорил Мальчиш Кибальчиш? Нам бы только день простоять, да ночь продержаться. Что – то меня на детскую литературу тянет, хотя очень даже к месту. Надо и впрямь продержаться, а там посмотрим, что делать по обстоятельствам, но сдаваться вот так без боя – нет, это даже не по-русски, как – то.

Я распрямила спину, поправила на спине худосочную сумку – рюкзачок и всё же почувствовала себя если и не шпионом, не Штирлицем, то порядочной дурочкой. Вместо того, чтобы сидеть сейчас как все в кинозале с попкорном, куда рванула большая часть группы или в какой-нибудь кафешке с мороженным или пиццей, я решила зайти в подозрительные «Летописи Геспервайда» и найти себе то ещё приключение. Стоит только уповать, что не с летальным исходом. Ага, жить – то хочется. А что будет с моими приемными родителями?! Они же себе ни места, ни покоя не найдут?!

Мне опять сзади придали ускорение. Так что пришлось быстренько миновать разделяющие меня с чудом – техникой несколько метров и забраться по ступенькам – широким, с черным мягким, пружинистым ворсом и светящимся ярким, флуоресцентным светом кантом по краям. Ух. Ничего вроде бы так. И удивления я ни у кого пока что не вызываю. Парни, девчонки, кто постарше, кто помладше. Национальности правда разные. Тут вот японцы кучкой или корейцы, кто их там разберёт – глазки узенькие, волосики гладенькие. Там несколько негров, причёска у одного ещё та. Как их называют – то? Дрэды? Скатанные в пряди волосы. Мда. Видок однако еще тот – экстравагантный. Сзади, похоже, индусы, девочек индианок среди них совсем немного, не больше пяти, если я всех вижу.

– Тебе на второй этаж помелота, поторапливайся,– всё так же в затылок проворчал мне долговязый тип.

– Ага. Иду.

Похоже это были мои первые осмысленные слова, по ту сторону реальности. Как я после уже поняла, что это было совсем неплохо и я зря сомневалась в состоянии своей психики. Ничего она у меня, нормальная, даже я бы сказала, устойчивая, крепенькая. Ни истерики, ни слёз, ни воплей, ни ругани, ни криков о помощи и обещаний изничтожить всё и вся. Хм! Что ж было подумать сопровождающим товарищам? Только то, что я безалаберная, абсолютно не пунктуальная особа, но никому собственно до этого нет дела, поскольку все присутствующие здесь были собраны на разовую экскурсию. Удивительную – да, нереальную – да. Но ничто из этого ни к чему не обязывает друг друга. Мы просто члены одной туристической группы, заплатившие немалые деньги, чтобы оказаться среди экскурсантов. Ну, по крайне мере я так после поняла то равнодушие, с которым меня встретили в нереальном межмировом транспортном средстве – помелоте.