— Я, кажется, понимаю, почему ты так расстроен. — Молли осеклась. Наверное, зря она начала этот разговор, но скрыть от него свою догадку не могла. — По-моему, Лили тебе не тетка, Кевин. Она твоя мать.
Глава 12
Кевин отшатнулся, словно его ударили в живот.
— Откуда ты… Этого никто не знал!
— Догадалась.
— Не правда! Это она проболталась, черт бы ее побрал!
— Лили и словом не обмолвилась. Но я больше ни у кого не видела такого же оттенка глаз, как у тебя.
— По глазам? Ты все прочитала по ее глазам?
— Нет, было кое-что еще.
Тоскливо-просящее лицо Лили, пожиравшей глазами Кевина. Тетки так не смотрят. И намеки Лили.
— Она рассказывала, что ушла из дома совсем юной и попала в беду. А твои родители были намного старше. Догадаться было легко.
— Да, ты весьма наблюдательна.
— Я писательница. По крайней мере была ею. Для нас самое главное — интуиция.
Кевин отшвырнул молоток.
— Я ухожу.
Она пойдет с ним. Он не бросил ее вчера, и она не оставит его сейчас.
— Давай нырнем с обрыва! — выпалила она.
Кевин остановился.
— Хочешь нырять с обрыва?!
Не хочу я никакого обрыва. Считаешь меня полной идиоткой?
— Почему нет?
Кевин долго не сводил с нее глаз, потом сказал:
— Ладно, заметано.
Происходит именно то, чего она так опасалась, но уже не отступишь. Если она откажется нырять, он снова обзовет ее трусихой и леди Крольчишкой. Так прозвали ее ребятишки в детском саду, когда Молли читала им свои истории, но в его устах это звучало далеко не так невинно.
Через полтора часа она снова лежала на плоском камне у подножия утеса, стараясь отдышаться. Пригревало солнышко, камень был теплый, и она решила, что все не так уж плохо. В конце концов, она неплохая ныряльщица, и иногда не мешает и рискнуть. Самое противное — тащиться вверх по проклятой тропе, чтобы снова броситься с утеса.
Молли услышала шаги Кевина, взбиравшегося вверх, но в отличие от нее он не задыхался. Она закрыла глаза. Если их открыть, она снова увидит то, на что уже любовалась украдкой.
Перед тем как нырнуть в первый раз, он разделся до трусов. Просто смотреть больно: эти перекатывающиеся мышцы, гладкая кожа, широченные плечи, узкая талия… Молли боялась (или надеялась?), что трусы соскользнут с него прямо в воздухе, но он каким-то образом ухитрился не потерять их.
Она приструнила свое разгулявшееся воображение. Именно подобного рода фантазии и довели ее до беды. Может, самое время напомнить себе, что любовник Кевин не столь уж завидный? Скорее наоборот — совершенно обычный.
Нет, это несправедливо. Нельзя валить с больной головы на здоровую. Мало того что он спал, так ведь и она ничуть ему не нравилась! Кому охота заниматься любовью с женщиной, которая ничего для тебя не значит?
Увы, есть вещи, которых не изменишь. Он, похоже, преодолел свое презрение к ней, но ничем не показал, что находит ее сексуально неотразимой… или хотя бы чуточку привлекательной.