Сняв ее руку с моей, я выскользнул из кровати, надеясь, что время, проведенное вдали от мафии, притупило ее чувства настолько, что она не заснет. Когда я надел пиджак, ее дыхание оставалось ровным, и я мог бы воспользоваться моментом, чтобы улизнуть.
Вместо этого я уставился на нее.
Ее отличия бросались в глаза. Ее талия. Объем ее бедер. Ее натуральный темный цвет волос выделялся на фоне розовых губ. Она была той же самой девушкой, но такой, такой другой. Я хотел запомнить ее снова и снова. А еще я хотел оказаться от нее как можно дальше.
Она привезла меня сюда, чтобы я отвлекся от мыслей.
Я прочитал ей историю о нашем прошлом, чтобы поблагодарить ее.
Ни один из наших поступков не изменил того факта, что под этим одеялом лежал камень размером с пятак.
Черт.
Я все еще хотел ее. Увидев ее снова, я вспомнил все, чего мне так не хватало в ней. Я повернулся и ушел, пока не толкнул ее раньше, чем она была готова.
Мой водитель приехал с парой чистой одежды, и я переоделся в джинсы и белую футболку, когда мы подъехали к кампусу университета Уилтона — месту встречи, о котором Бастиан написал мне несколько минут назад.
Рядом со мной остановилась другая городская машина, и я скользнул на заднее сиденье рядом с Бастиано.
Его лицо оставалось безучастным, когда он делал глоток коктейля того же оттенка, что и лягушонок Кермит, — чего только не вытворяет взрослый мужчина в маленьком городке Техаса.
— Ты слышал что-нибудь о Ренате Витали?
Я изобразил на лице безразличие, проглотив горький привкус от того, что услышал имя Ренаты из уст другого человека.
— Да.
Мы сидели молча.
Он пересел на свое место.
— … И?
— И она согласилась на свободу действий при условии, что с твоей стороны дело будет улажено в достаточной мере.
— Что это значит?
— Это значит, что информация о встрече будет передана в архив Витали, и пока не будет привлечено внимание к этим выходным, ни у кого не должно быть причин для расследования.
Перевод: не облажайся и не привлекай к нам внимания.
— Что она хочет взамен?
— Я об этом позаботился.
— В обмен на что?
По правде говоря, я все еще не отошел от откровения, что у меня есть сестра, и от непреодолимого желания защитить ее. Но на случай, если Бастиан не знал об этом, я планировал сохранить это в тайне и ввести его в заблуждение.
Я обдумал свои варианты. Семья Романо представляла собой самую сильную семью синдиката. Они имели больше влияния, чем все территории Америки.
Моя голова ударилась о подголовник, когда я расслабился в кожаном кресле.
— Однажды, возможно, скоро, ты возглавишь семью Романо. Когда у тебя будет власть, ты используешь ее, чтобы вернуть семью Де Лука во внутренний круг синдиката.
Возможно, я был придурком, раз воспользовался ситуацией. Меня это не беспокоило. Хотя стоило упомянуть, что я действительно хотел, чтобы моя сестра была в безопасности, и я был бы рад будущему, в котором мы могли бы узнать друг друга… но я также хотел будущего для имени Де Лука, за сохранение которого я так боролся. У меня была возможность получить и то, и другое, и я собирался ею воспользоваться.
— А если я не возьму на себя управление семьей Романо?