— А ваша жена не спрашивала у вас на протяжении рабочего дня, все ли с Максом в порядке?
Эндрю сердито нахмурился.
— А многие родители во время рабочего дня интересуются, что происходит с ребенком?
Шепард кивнул и мягко ответил:
— Хорошо, я понял. — После короткого молчания детектив посмотрел на часы. — Можно поговорить с вашей супругой?
Эндрю сморщился.
— Мне кажется, ей лучше отдохнуть, если вы не возражаете.
Шепард скорчил сочувственную мину, отработанную годами работы в уголовном департаменте.
— Я понимаю, что ваша супруга сейчас в крайне уязвимом положении, и могу вернуться, когда ей будет удобнее, — заметил он и сделал паузу, дожидаясь реакции Эндрю. — Но если она все-таки может ответить на пару вопросов, это значительно ускорит ход расследования. Как-никак, мисс Саид знает свою сестру лучше всех остальных.
Эндрю согласно кивнул, и детектив понял, что оборона прорвана.
— Я спрошу у нее, — ответил Эндрю.
Кристофер проводил его взглядом. Эндрю Андерсон явно оберегает жену. Может ли статься, что она — одна или вместе с мужем — что-то сделала с Максом и решила повесить ответственность на сестру? Притянутое за уши предположение, но Шепарду доводилось встречать вещи и похуже. Он сделал заметку в дневнике: просмотреть отчет патологоанатома. Вдруг там попадутся какие-то несуразности, вроде странных симптомов или несовпадающего времени смерти.
Он посидел, прислушиваясь, потом встал и осмотрелся в кухне. Книжная полка была заставлена кулинарными сборниками. Судя по всему, супруги — фанаты Рика Стайна[2]. Заложенный кирпичами камин служил красивой полкой, заваленной безделушками: китайский фарфоровый чайник, здоровенный пивной стакан, винтажный вечный календарь из сияющей меди. Ряд фотографий в рамках: вот юная Ясмин игриво глядит через плечо, разбросав по плечам длинные блестящие волны волос. Могла ли такая девушка убить своего ребенка? В ответ на собственный вопрос Шепард тяжко вздохнул.
— Детектив? — Ясмин стояла в дверном проеме. На ней были черные легинсы и огромная серая футболка с надписью «Императорский колледж Лондона», которая доставала ей почти до колен.
Шепард тепло улыбнулся.
— Ваша альма-матер?
Она поглядела на свою футболку.
— Нет. — Ясмин показала рукой на стоящего позади супруга. — Это его. Я не училась в университете.
— Школа жизни, да? — поинтересовался Шепард. тут же пожалев о нелепой шутке.
Ясмин села за стол, проигнорировав подкол. Детектив отметил про себя ее магнетизм: красота и мягкость движений мгновенно обезоруживали любого. Детектив осторожно, будто держал в руках драгоценную вазу, расспросил ее о вчерашнем дне и не спеша выяснил подробности ее передвижений, начиная с самого утра и заканчивая страшным визитом в больницу после звонка мужа. Потом он перевел разговор на Лейлу.
— Мне бы хотелось немного поговорить о ваших взаимоотношениях с сестрой. Вы не возражаете?
Ясмин кивнула, покраснев.
— Вы часто оставляли на Лейлу присмотр за ребенком?
Она задумалась, мысленно производя подсчет.
— Раз в две недели. Может быть, раз в неделю.
— Настолько часто?
Ясмин нахмурилась.
— Не думаю, что это так уж много. Разве много? Это она сказала?
Шепард не ответил.
— У Лейлы нет своих детей. По-вашему, она обладает достаточными навыками, чтобы присматривать за ребенком раз в неделю?
[2] Британский ресторатор и телеведущий, автор нескольких кулинарных книг.