Обстановка в кафе напоминает съемочную площадку фильма «На последнем дыхании», и я бы не удивилась, если бы передо мной вдруг появился Жан-Поль Бельмондо. На полу у барной стойки – кладбище скомканных салфеток и крошек.
– Un espresso, s’il vous plaît[17], – пытаюсь сказать я бармену, который смотрит на меня с нетерпением. Он выглядит так, словно сейчас взорвется, будто у него аллергия на весь мир.
– Un café pour Mademoiselle[18], – передает он своему коллеге, который, повернувшись спиной, наполняет чашки.
На витрине я замечаю круассаны. Беру один, нюхаю, прежде чем надкусить. Он мягкий и маслянистый, как те, которые привозила нам тетя. Мои любимые. Бармен рассеянно ставит передо мной чашку, рядом с ней – кусковой сахар в шарообразной вазочке. Беру сразу три кубика. В такое время не до диеты.
Пока я размешиваю кофе, заходят двое мужчин в плащах и с газетами под мышкой. Вместе с ними – хорошо одетая женщина в шляпке серо-коричневого цвета.
Я доедаю круассан и залпом допиваю кофе.
– Trois euros, cinquante[19], – бурчит бармен, как только я ставлю пустую чашку на стойку.
Я выдаю ему ровно три евро пятьдесят, чтобы не раздражать его еще больше.
– Bon courage, Mademoiselle[20], – желает он мне, сгребая монеты.
Bon courage. Значит, это был классический парижский брюзга-притворщик? Bon courage – повторяю. «Удача бы мне не повредила», – мысленно говорю я себе, спеша обратно к книжному магазину.
Когда тетя гостила у нас, она всегда вставала первой и ложилась спать последней. С учетом того, что письму она посвящала не менее трех часов в день, и того, что ей приходилось работать, чтобы прокормить себя, и уж точно не хотелось ради этого отказываться от радостей жизни, она позволяла себе отдыхать ровно столько, сколько было необходимо. Она и меня пыталась этому научить. «Просыпайся пораньше, – говорила она, – жизнь коротка, и каждый день должен быть достойным того, чтобы его прожить. Придумай себе занятия!»
Она всегда была чем-то занята и поэтому постоянно опаздывала. Для меня, в отличие от отца, это не имело значения. У него же каждый раз сердце было не на месте. Отец терпеть не может, когда что-то идет не по плану. Ему нужно всегда знать, где мы находимся и что делаем и что с нами все в порядке.
«Если бы твоя тетя не тратила все свое время на то, чтобы писать или заниматься бесполезными вещами, – ворчал он, – возможно, она смогла бы приходить к назначенному сроку».
Я думаю, просто для нее время течет иначе – вот и все. Интересно, она уже едет сюда?
Сидя на деревянной скамейке возле книжного магазина, я замечаю, что дерево передо мной покрыто почками – может, это вишня?
– Эй, ты не могла бы мне помочь? – вдруг спрашивает кто-то на английском с акцентом.
Молодой мужчина держит в руках такую высокую стопку книг, что она почти полностью закрывает ему обзор, при этом ногой он подпирает открытую дверь магазина.
– Что нужно сделать? – интересуюсь я.
– Есть два варианта… – Лица парня хоть и не видно, но можно догадаться, что он улыбается.
– Okay, be…[21] – Я снимаю со стопки половину книг.
– Мерси, – говорит он, кладя оставшиеся книги на землю, но не убирая ноги из дверного проема.
На нем твидовый берет, из которого выглядывают несколько светлых прядей, белая футболка с V-образным вырезом, испачканная чем-то похожим на кофе, и широкие вельветовые брюки не по размеру. Вместо ремня у него розовая атласная лента, на ногах стоптанные башмаки, один из которых развязан.
Я так и стою с книгами в руках. У меня слишком узкая юбка, поэтому я не могу нагнуться и положить их на тротуар, как это сделал он.
– Придержи дверь. – В конце фразы нет ни слова «пожалуйста», ни вопросительной интонации.
Я локтем не даю двери закрыться, а он скрывается в магазине, выносит еще одну стопку и тоже кладет ее на тротуар. Забирает у меня из рук книги и складывает их вместе с другими.
– Идем, поможешь мне, – зовет он, возвращаясь.
Судя по внешности и акценту, он скандинав. Я бы хотела ему помочь, но тетя будет здесь с минуты на минуту, да и пыль при псориазе вредна… Как сказать «псориаз» на английском?
Я указываю на чемодан.
– Не хотелось бы оставлять его без присмотра, – объясняю я. И это не просто предлог. Не хватало еще остаться без зубной щетки, пижамы и аптечки. Да и серьги фламенко мне тоже дороги.
– Подопри дверь чемоданом, – говорит он. – Тогда мы сможем легко ходить туда-обратно.
[17] Один эспрессо, пожалуйста (фр.).
[18] Кофе для мадемуазель (фр.).
[19] Три евро пятьдесят центов (фр.).
[20] Удачи, мадемуазель (фр.).
[21] Ладно, пусть… (англ.)