Мне нравилось видеть, как она смягчается ради меня, так же как мне нравится, когда она борется со мной. Но все это не имеет значения. Все это не имеет ни малейшего значения, потому что между нами ничего не изменилось. Эта голубка в конце концов станет свободной.
Я бросаю на нее долгий взгляд, прежде чем выйти из комнаты с Джио и моим отцом, который попросил о встрече. София болтает о том, как Элси должна сделать макияж для свадьбы, и о платье для цветочницы, которое ей не терпится выбрать.
У меня тяжело вздымается грудь.
Видеть их вместе… это тихонько пробуждает во мне желания, которые я похоронил в себе, желая иметь жену, семью, пока не решил, что это не по силам такому человеку, как я. Но за эти несколько дней эта женщина дала мне представление о том, какой может быть семья.
Я должен ненавидеть ее за это. За то, что она дала мне попробовать, даже не осознавая этого. Но я этого не делаю. Я просто хочу, чтобы она ушла. Мне нужно, чтобы она ушла. Со мной она никогда не будет в безопасности.
Вслед за отцом я вхожу в свой кабинет и закрываю за ними дверь. Отец занимает свое место за моим столом. Как будто он король всего этого.
— Только что узнал, что Фаро умер, — сообщает он нам совершенно искренне. — Сэл — новый дон.
Я иду к бару и наливаю нам всем виски. Кажется, это повод для празднования.
— Куда мы пошлем наши соболезнования? — Джио усмехается и берет у меня стакан, а я ставлю его перед отцом.
— Как? — спрашиваю я, прислонившись к двери, и делаю глоток ликера, ощущая жжение в горле.
— Эти парни Кавалери устроили для них ад.
— Почему это имя кажется мне знакомым? — спросил Джио, усаживаясь на кожаный диван.
— Это парни, с которыми они в свое время возились, — объясняет наш отец. — Бьянки убили их младшего брата и отца. Но теперь у них куча отелей или что-то в этом роде.
— Они убили ребенка? — Джио покачал головой. — Черт.
— Да. — Он кивает. — Не намного старше Софии.
Мой кулак сжимается вокруг стакана с такой силой, что он может разбиться в моей ладони.
— Эти парни голодны, — продолжает отец. — Мои знакомые говорят, что они собираются преследовать всех Бьянки, пока все до единого не будут мертвы.
— Ну, хорошо. — Джио пожимает плечами. — Да пошли они. Если мы не можем сделать ни хрена, то кто-то может сделать это за нас.
Это хорошо. Если их не станет, то не станет и клуба, которым они управляют.
— Я слышал кое-что еще. — Мой отец откинулся в кресле, его глаза с любопытством рассматривают меня, пока он раскачивается взад-вперед.
Я уже знаю, что он что-то знает, но не говорит.
— Что? — Я пригубил остатки своего напитка, потому что знаю, что будет дальше, но я готовился к этому.
— Кто эта девушка, Майкл? — Вопрос задан в упор. Он знает.
— Просто девушка.
— Как вы познакомились? — Он продолжает раскачиваться, глаза впиваются в меня.
— Скажем так, она появилась из ниоткуда, — смеясь, предлагает Джио.
Я резко поворачиваюсь к нему.
— Что? — Он вскидывает руку вверх. — Это правда.
— Что ты хочешь знать? — говорю я. — Спрашивай.
Он наклоняется вперед, опираясь локтями о край стола, и с грохотом ставит свой стакан.