Багровые струйки стекают на его колени.
— Почему я должен? Я встретил ее первым. Она была больше моей, чем его. — Он поворачивается к Рафу. — И это был мой ребенок, которого она носила. Твой младший брат. — Он хмыкает. — Или сестра.
Раф резко вдыхает, его лицо искажается от переизбытка эмоций — боль, предательство… все это есть. Я могу только представить, как сильно это его ранит. Если бы моя голубка поступила со мной так, как Бьянка поступила с ним… Блять.
Она предала его верность самым ужасным образом. И создала из этого предательства ребенка.
Я никогда не осмеливался спросить, почему у них не было детей, но теперь я подозреваю, что это могло быть потому, что они не могли. В этом есть смысл. Они оба хотели детей. Они оба говорили об этом маме. И даже когда Бьянка работала над тем, чтобы стать практикующей медсестрой, она говорила, что хочет детей.
Он смотрит на меня. Разбитый. Разрывается на части шов за швом.
— Как ты мог не сказать мне? — В его словах звучат недоверие и мука.
Я провожу рукой по волосам.
— Я не хотел, чтобы это причинило тебе боль.
Он стискивает зубы и делает один долгий вдох.
— К черту Бьянку. Мне просто нужно найти ее.
— Ее? — Наш отец хихикает, и этот звук отражается от стен. — Какую конкретно?
Выражение лица Рафа мгновенно ожесточается.
— Что, черт возьми, ты имеешь в виду? — Он притягивает свое лицо к лицу нашего отца, пока между ними почти ничего не остается. — Николетт! Где она?
— О, мне очень жаль, сынок. — Он поджимает губы, принимая гордый вид. — Я думал, ты имел в виду Бьянку.
ЭЛСИ
— Тебе что-нибудь нужно? — спрашиваю я Рафа, доставая воду из холодильника, прежде чем отправиться наверх, чтобы лечь спать с Майклом.
Мне все еще кажется странным находиться здесь, в доме Майкла, хотя он предпочитает, чтобы я называла его нашим. Эта жизнь с ним — моя, а Раф… он теперь моя семья, и я беспокоюсь о нем. У меня разрывается сердце, когда я вижу, как он страдает, оставшись без женщины, в которую он явно влюблен.
Проходят дни, а Майкл и его братья все никак не могут найти Николетт. Это убивает Рафа. Он даже не скрывает этого.
— Нет. — Он качает головой, уткнувшись лицом в ладони, когда из его легких вырывается торопливый вздох. Он смотрит на меня, белки его глаз окрасились в красный цвет, брови напряжены. — Я ценю это, правда. Спасибо.
Я заставляю себя улыбнуться, собираясь подняться наверх, чтобы побыть с мужем.
— Элси? — зовет он.
Я поворачиваюсь, надеясь, что ему действительно что-то от кого-то нужно. Потому что, Боже мой, какой несчастный мужчина.
— Да?
— Ты подходишь моему брату. — Он проводит рукой по своим густым черным волосам. — Я не помню, чтобы когда-нибудь видел его таким счастливым, до тебя.
Сердце забилось в груди.
— Спасибо, что сказал это.
— Просто честно. — Он пожимает плечами с тяжелым вздохом, снова опуская голову на ладони.
Я замираю на месте, чувствуя себя беспомощной и понимая, что он чувствует. Когда я тосковала по своим друзьям, беспокоилась о них, это было темное место. И он тоже там.