Секрет Антона Йорка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты хочешь сказать, — выдохнул он, — Что моё появление определило, что вы выбрали мою расу, а не другую? Но я особый случай. Я бессмертный нашей расы и суперученый только из-за этого. Ты переоцениваешь…

Вульдан улыбнулся.

— Я не могу винить тебя за то, что ты умаляешь заслуги твоей расы, таким образом пытаясь отговорить нас от нашего решения. Мы знаем, что ты особый случай. Но ты всё ещё образец своей расы. Важно то, что ваша раса обладает научными способностями. Мы предоставим вам всю научную информацию, необходимую для уничтожения гипнозверей.

Йорк задумался.

— Вы — выдающиеся учёные. Почему бы просто не уничтожить Зверей дальнобойными лучами из космоса на их планетах?

— Ты думаешь, мы не испробовали всё возможное? — ответил инопланетянин. — Мы сделали это давным-давно. Мы облучили все их центры и города. Мы пытались охватить каждый квадратный дюйм их планет. Когда мы подумали, что сократили их численность до безопасного минимума, мы построили крепости. Случилось неизбежное: Звери быстро размножились. Они, прибыв в большом количестве, окружили крепости, применив свой комбинированный гипноз. Наш народ попал под чары и был уничтожен. На планетах снова воцарились Звери.

Ты не осознаёшь, Антон Йорк, какой огромной силой обладает их массовый гипноз. Ни один разум во вселенной не может противостоять ему, кроме двух. Разум вашей расы и второй ненаучной.

— Никакие болезни, посеянные среди них, не смогли убить их? — вопросил Йорк. — Их не преследуют насекомые? Часто именно мелочи побеждают большое.

И снова он получил в ответ горькую улыбку.

— Прежде чем мы использовали культуры рас, мы собрали культуры микробов, червей, насекомых, ракообразных, растений. Более миллиона их разновидностей мы рассеяли по их планетам. Гипнозвери пережили всё — абсолютно всё. Они, пожалуй, самая живучая форма жизни во всей вселенной. Не забывай, что мы пытались справиться с ними на протяжении двадцати веков. Нет, Антон Йорк, только разум, невосприимчивый к их гипнозу, когда-либо уничтожит их.

Йорк пожал плечами.

— Я должен признать, что в определённой степени сочувствую вашей проблеме. Я назначаю себя эмиссаром в свой мир, чтобы сообщить им о вашей потребности в помощи. Как ты думаешь, сколько землян вам понадобится?

Йорк увидел потрясённый взгляд Веры и приготовился услышать гигантскую цифру.

— Весь твой народ! — тихо ответил Вульдан.

Йорк был вне себя от шока. Он мог только смотреть на короля строителей, словно окаменев.

— Весь твой народ, — повторил инопланетянин. — Это будет непростая задача, даже с учётом иммунитета землян и нашей наукой, переданной им. Времени осталось мало, наше солнце скоро взорвётся. Мы должны переселить всех твоих соплеменников на планеты Зверей, разместив их в крепостях, которые мы построим. Многие, возможно, большинство, из вашего народа сначала погибнут, пока у следующих поколений не выработается полный иммунитет. В конце концов они окрепнут, вытеснят и полностью победят Зверей. Затем мы посеем среди вашего народа какую-нибудь болезнь, чтобы убить их, и наш новый дом будет готов к заселению.

В психоголосе Йорка послышался смертоносный рык.

— По какому праву ты считаешь, что можешь уничтожать мою расу, чтобы спасти свою?

— По какому праву, — ответил Вульдан, — вы считаете свою расу более достойной жизни, чем мою? Мы построили цивилизацию задолго до вас. Если ты думаешь, что мы безжалостны, принося в жертву инопланетную расу ради нашего блага, как насчёт вашей собственной расы? По сей день она время от времени воюет сама с собой. У нас не было междоусобных войн полмиллиона лет. Скажи мне, Антон Йорк, кто, помимо тебя (потому как ты предвзят в этом вопросе) может судить, правы мы или нет, если нами движет жизненная необходимость?

Йорк не мог придумать подходящего ответа. Теперь он знал, что Вера имела в виду раньше. Это была старая история о кроманьонце, убивающем неандертальца. Белые люди уничтожают краснокожих Америки. Люди Земли осваивают межпланетное пространство, а цветочный народ Ганимеда вымирает. В более широком масштабе это было одно и то же. Энергичная, высокоцивилизованная, могущественная раса упорно держится за своё место под солнцем. Можно ли их винить за это?

Наконец Йорк ответил:

— Нет. Ни в одной системе космической нравственности нет подобного вопроса о добре или зле. Но вот одна мысль, Вульдан. У моего народа впереди миллионы лет. Наше солнце стабильно. Вы, с другой стороны, обречённая раса. Вы проживёте ещё сто тысяч лет в вашей новой системе, а затем цефеида снова взорвётся. Стоит ли убивать мою расу, которая сможет процветать ещё миллион лет, чтобы спасти вашу, которая проживёт лишь одну десятую этого времени? Можете ли вы уйти в своё неизбежное забвение, имея такой грех на совести?

— Сильная точка зрения, — кивнул Вульдан. — За исключением одной вещи. Наши астрономы изучили все звёзды. В некой группе звёзд зарождается новая цефеида. Она уже начинает медленно пульсировать. В замедленной шкале времени космоса она не станет полноценной цефеидой ещё сто тысяч лет. Но если мы получим ещё одну передышку, как уже было сказано, эта цефеида будет готова к встрече с нами. И рождаются другие цефеиды, как отмечают наши астрономы. Благодаря им у нас также впереди есть безграничное будущее!

Йорк совершенно сник. Он уже мог представить мысленным взором девять планет возле своего солнца, бесплодных и покинутых — человеческая жизнь исчезла. Внезапно он поднял глаза.

— Ты сказал, что понадобятся все, Вульдан. Но представителей моей расы больше десяти миллиардов. Конечно, можно оставить несколько тысяч, чтобы снова породить нашу расу.

Вульдан покачал головой, испытывая одновременно жалость и безжалостность.

— Нет. Мы не смеем оставить никого из вашей расы. Когда они снова возродятся, нам всё равно придётся их уничтожить. Лучше, чтобы ваша раса ушла в полное небытие сейчас.

Йорк тоже понимал это. Зная воинственный дух своего родного народа, он понимал, что они рано или поздно нападут на корианцев, чтобы отомстить за старые обиды. Будет ожесточённая межзвёздная война. Корианцы, ради своего же блага, должны были уберечься от этого.

И снова это не было вопросом добра и зла, или жестокости, или чего-либо ещё в обычных терминах. Это было нечто большее, чем бессмысленные фразы из старых земных юридических книг.

— Сколько времени осталось? — мрачно спросил он. — Как скоро ваша Цефеида взорвётся, превратившись в Новую звезду?