Люсьен ощутил пепел горького сожаления. Возможно, он заслужил ненависть Данте.
Моя Женевьева, я с нашим сыном. Наконец-то он в безопасности.
Люсьен убрал запястье ото рта Данте, затем наклонился и поцеловал его, вдыхая энергию между губ. Призывая сына проснуться.
Проснись, дитя. Пришло время отомстить.
Время освободиться от своего прошлого.
Глаза Данте, с расширенными зрачками с золотыми крапинками, раскрылись.
* * *
— Отомсти за свою мать, — прошептал Люсьен. — И за себя.
Оттолкнув руки Люсьена, Данте сел. Коридор поплыл. Цветные пятна появились перед глазами. Голова разболелась, но другая боль уколола его сердце.
Хэзер.
Он нашел ее, увидел, что она сидит, прислонившись к стене с улыбкой на бледных губах. Поднявшись на ноги, он подошел ближе и встал на колени, коснулся рукой ее лица.
Ему дышалось значительно легче, когда он знал, что она жива. Он заполнил ее энергией и песней, чтобы найти то, что было сломано. Он не был уверен в том, что делает, но это сработала. Он не потерял ее.
Она положила руку на его ладонь, кожа была холодной. Удивление светилось на лице.
— Я слышу песню. Она темная, яростная и душераздирающая. Такая красивая. Она исходит от тебя?
Он кивнул. И, наклонившись, поцеловал ее. Их пальцы переплелись.
— Не слушай, — прошептал он ей в губы. — Выключи ее. D’accord?
— Оставь это. Я могу построить дело против Мур, — сказала Хэзер. — Оставь это, Данте.
Данте откинулся назад.
— Нет. — Он сжал ее руку, затем отпустил. Поднялся на ноги.
Хэзер закрыла глаза.
— Упрямец, — прошептала она.
Данте развернулся на каблуках и зашагал по коридору мимо Люсьена, страх Хэзер, словно роза, сжался в его сердце. За него. Она боялась за него.
<Береги ее>.
<Конечно>.
Тело Извращенца Элроя растянулось в дверном проеме, его рубашка была в крови, глаза пусты, сердце безмолвно. Рассеивающееся тепло поднималось от его тела. Данте сжал руки в кулаки. Джина. Элрой забрал последнюю маленькую часть ее с собой в могилу.
— Назови имя того, кого ты любишь, — прошептал Данте, переступая через Извращенца.
Завтра ночью?
Всегда, ma petite.
Данте вошел в комнату, выстроенную из похороненных воспоминаний и с запахом засохшей крови и медикаментов. Он посмотрел на женщину, которая стояла у противоположной стены — высокая, блондинка, создание ночи. Не отводя от него глаз, она потянулась за пистолетом с дротиками к стойке рядом.
Заискрилось воспоминание: Она смотрит на него, улыбается. От него пахнет кровью Хлои, застывающей на полу и его смирительной рубашке.