Нам сразу стало понятно, почему Энгель не беспокоилась о том, что оставляет все это здесь. Среди прочего в коробке оказались записка с надписью «Еще кофе!» и пустой пакет из-под чипсов. Я не понимала, почему они просто не выбросили это барахло в мусорное ведро.
Но в самом низу я обнаружила вырезку из журнала. В отличие от остального содержимого коробки, на нее годы повлияли не так сильно, потому что она была упакована в герметичный пластик. Напечатанная на ней фотография по-прежнему оставалась яркой и глянцевой.
При виде этой картинки меня захлестнула такая волна эмоций, что я крепко сжала ее в руках.
С фотографии на меня смотрел заснеженный лес, но он совсем не напоминал об объекте. Между деревьями приютился бревенчатый домик, из окон которого приветливо лился янтарный свет.
Я почти ощутила, каково это – переступить порог в тепло и покой, вдали от остального мира.
Джейкоб нахмурился.
– Это еще одна ее собственность?
Доминик наклонился ближе, чтобы получше рассмотреть.
– Я так не думаю. Посмотрите на фрагменты текста – я почти уверен, что ее вырезали из журнала, а не из объявления о продаже недвижимости.
Я провела пальцем по пластику.
– Должно быть, это имело для нее какое-то значение. Иначе она не стала бы так тщательно ее запечатывать.
– Да, – сказал Доминик, медленно кивая. – И, посмотрите, в уголках остались следы от гвоздей. Она вешала эту фотографию на стену – наверное, чтобы постоянно хранить перед глазами. Может быть, она хотела, чтобы у нее был такой дом? Хотела туда уехать?
Я с трудом сглотнула. Возможно ли такое, что Урсула Энгель так же, как и я, мечтала о побеге и спокойной жизни в изоляции?
Не безумство ли это?
Я хотела засунуть фотографию в карман, но для этого пришлось бы ее сложить, а это казалось чем-то неправильным. Спустя минуту к нам присоединились Зиан и Андреас, и я засунула вырезку в опустевшую сумку Зиана.
Мы просмотрели остальное содержимое коробки, но больше ничего такого не нашли и поднялись на ноги, заняв почти все место в архиве.
– Ладно, – произнес Джейкоб. – Мы узнали у этих людей все, что могли. Андреас сотрет из их памяти все воспоминания о нас, и перед уходом я кого-нибудь развяжу, чтобы они все могли освободиться. Убивать их смысла нет. В любом случае они, похоже, не имели никакого отношения к объекту.
Зиан хрустнул костяшками пальцев.
– И что потом?
Андреас посмотрел на телефон.
– Направимся в Канзас, полагаю. Это займет пару дней, но если мы отправимся прямо сейчас…
Уставившись на него, я моргнула.
– Ты хочешь, чтобы мы сразу же поехали туда?
Джейкоб хмуро на меня посмотрел.
– Почему нет? У тебя есть идея получше?
– Я просто…
Каждый дюйм моего тела противился идее отправиться на поиски в какую-то новую неизвестность, когда мы только что столько пережили.
Неужели нам и правда нужно было мчаться прямиком туда, где нас могли убить?
С каждым шагом мы становились ближе к пониманию того, как Урсула Энгель связана с объектом. Становились ближе к врагу. Почему они отказывались понимать, насколько это опасно?
Я сделала глубокий вдох и заговорила прежде, чем Джейкоб успел снова начать надо мной насмехаться.