Лара. Пленница болот: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Итак, Ольга Романовна, какие у вас мысли?

— Кхм, — кивнула мама, — понимаете, когда у нас произошёл катаклизм и деревня оказалась в вашем измерении, я постоянно наблюдала за малейшими отличиями, изменениями погоды, поведением зверей, да и людей тоже. Вспомнила все научные труды, которые мне довелось читать. Что там, даже всю фантастику. Писатели иногда оказываются удивительно прозорливы… И вот к каким выводам пришла. Так или иначе, наши планеты, измерения, вселенные. Как ни назови. Связаны друг с другом. И любое событие планетарного масштаба в одном измерении отражается на другом. Только временные отрезки, боюсь немного разные. Либо вообще течение времени. Судите сами. У нас землетрясение. И деревню переносит не абы куда, а именно к вам. И это не единичный случай. Катаклизм один, но людей раскидало по времени, хотя точкой прибытия для всех стала ваша планета. Я разговаривала, сидя в камере, в деревне, с другими попаданцами. Мы исчезли в одно время на Земле. Но нас раскидало по месяцам. К сожалению, вопросы времени объяснить не берусь. Тут может быть множество теорий… Так вот. Тогда, когда у вас происходит катаклизм, появляются монстры. Я не буду объяснять всех своих предположений. Но скажу одно. Здесь главным фактором стал временной парадокс. Твари — это мутанты. Совершенно точно. И не просто мутанты, а люди. И полагаю, что с нашей Земли, только в другом временном отрезке. То есть, из будущего нашей планеты. Ни пришельцы из других миров, ни зомби или ещё кто. Это мутанты с Земли будущего. Боюсь, если наша история пошла по такому развитию, то вернёмся мы в пору мутаций… А ваша погодная аномалия объясняется просто: катаклизм у нас вызвал сильнейшее извержение ваших вулканов. Массы пыли попали в атмосферу, закрыв солнце. Счастье, что не началась ядерная зима и природа всё же выживает в таких условиях. Хотя и погибло большинство фауны. Но планета возродится. Не берусь судить, когда рассеется вулканическая пыль, может быть, пройдут ещё годы. Однако климат и погодные условия восстановятся. К сожалению, почему-то ваши власти молчат: все населённые пункты остались сами по себе. Может быть, крупных городов больше нет. Тут мне сложно судить. Этот вывод я сделала только из того, что за годы никто не пришёл на помощь, никто не пытался отыскать оставшихся в живых… По итогу. Вы начинаете новую жизнь. Вот такой постапокалипсис. Конечно, сведений у меня катастрофически мало, и многие выкладки могут быть ошибочны. Но в целом. Вопрос в другом. Как проявляется связь планет? Если можно попасть к вам, значит, должен быть и обратный путь. Вот что мне не даёт покоя.

— Оля, ты уверена, что нам стоит возвращаться? — папа с грустью поглядел на неё, — если всё обстоит именно так. Что ждёт нас на Земле? Может, её давно захватили монстры.

— Нет. Если здесь даже мелкие городки умудряются выживать, не думаешь же ты, что у нас ни осталось никого?

Папа с сомнением покачал головой:

— Возможно, нам просто дали шанс выжить.

— Всё более-менее понятно, — Яков Семёнович поставил локти на стол, — будем пытаться спасти планету. Возродить сельское хозяйство. Главное, мы убедились, что с монстрами можно бороться. Найти матку. Уничтожить гнёздо. Скажите, способности ваших детей — врождённые?

— Нет, — мама сняла очки, протирая стёкла платком, — появились при переходе сюда. Думаю, это тоже одна из мутаций.

Мужчины с опаской глянули на нас. Мама рассмеялась:

— Не бойтесь, на людей кидаться не будут. И в монстров не превратятся.

— Радостная весть, — улыбнулся Кирилл Валерьевич.

— Ольга Романовна, как вы хотите найти эту связь? — спросил Яков Семёнович.

— Вот тут вопрос сложный. Вероятно, существует что-то типа порталов. Почему вы спрашиваете?

— Думаю, мы вам поможем. Если порталы найдутся, и они статичны, то можно предупредить появление на нашей планете ваших мутантов. Вы врач, сами знаете, болезнь легче купировать в начале.

— Верное решение, — кивнул папа.

— Мы ещё обмозгуем, соберём информацию, которая у нас имеется, и свяжемся с вами. А пока идите отдыхать. Сегодня была жаркая ночка. И спасибо за наш город. Вы спасли его.

Мы сбивчиво ответили на благодарность и вышли из здания.

— Тётя Оля, а вы совсем не хотите остаться здесь? — Гриша сдул с глаз седую чёлку.

— Нет. Как бы ни было на Земле, что бы там ни случилось. Я хочу домой.

Мы молчали, потому что чувствовали то же самое. Нас тепло приняли, дали кров и пищу. Но сердце рвалось в родные края. И тоска временами становилась невыносимой.

На следующий день, когда убрали «поле боя» и сожгли остатки тел монстров, устроили народные гуляния. На площади накрыли столы. И пусть на них было небогато. Не было много мяса или рыбы, морских деликатесов и икры. Но даже пирожки с квашеной капустой и картошкой имели свой, особый вкус. Приправа из победы подходит любой пище. Мы с Гришей, дядей Лёшей, мамой и папой пели День Победы и Катюшу. Здесь Второй Мировой не было. Наверное, Гитлер так и остался никому не известным австрийским художником. Но народ подпевал нам, как мог, с воодушевлением.

Потом начались танцы, откуда-то появился старый баян, несколько гитар, покрытых пылью. Веселились почти до следующего утра. Пока усталость не свалила с ног.

— У вас такой праздник впервые? — спросила я Матвея, который сидел за столом, после зажигательного танца с Клавдией.

— Какие тут праздники, когда не знаешь, доживёшь ли до следующего утра, — улыбнулся он, — как жаль, что так много народа погибло от рук Семёна. В этом, к сожалению, и наша вина. Мы тряслись за свои жизни, позабыв, что чужие тоже имеют ценность. Возможно, останься попаданцы в живых, монстров удалось бы победить быстрее.

Я промолчала, целиком и полностью согласная с его мыслями. Но судить или стыдить сейчас никого не хотелось.

— Лара, пойдём ещё потанцуем, — ко мне подошёл Гриша.

— Пощади! — шутливо подняла я руки, — ног уже не чувствую. И очень хочу домой.

— Тогда пойдём. Нам и впрямь не помешает отдохнуть. Родители тоже уже ушли.

В квартире пахло свежезаваренным травяным сбором. Мама, поджав под себя ноги и укрывшись пледом, сидела на диване. Папа читал ей вслух какую-то книгу. Мы устроились тут же, на креслах, больших, с широкими мягкими подлокотниками. Засиделись до утра. Я уснула под звуки папиного голоса, открыла глаза, лишь когда Гриша перенёс меня в постель, и тут же снова провалилась в сон.

Мне снилось, что я иду по нашему, земному лесу. Сияло солнце, ласково, сквозь листву, оглаживая лучиками мою макушку, пели птицы. В траве прыгали кузнечики и трепетали яркими крылышками разноцветные бабочки, перелетая с бутона на бутон. Пахло свежей листвой и созревшей земляникой. По веткам скакали вёрткие белки. Где-то вдалеке отсчитывала кому-то свой срок кукушка. Впереди показалась широкая поляна, залитая солнечным светом, но стоило мне выйти, как земля содрогнулась, и из-под неё показались когти монстров, чёрные провалы ям кишели тварями, выбирающимися наружу. Снова затрясло.