На лестнице раздались тяжелые шаги, и появился Лабарт. Почему он так… странно улыбается?
– Сюда, – сказал хозяин дома, указывая на дверь.
Кирстен пустила холодную воду, наклонилась над раковиной и умылась.
Что с ней такое? Она чувствовала себя разбитой. Неужели простудилась? Только заболеть не хватало… Сердце ведет себя как разладившийся механизм – то замедляет ход, то несется вскачь…
Кирстен продышалась и вернулась в гостиную. Лабарты повернулись дружно, как две марионетки. Норвежка хихикнула.
«Не смейся. Эти двое – опасные люди, старушка, – предупредил внутренний голос. – На твоем месте я бы свалила отсюда как можно быстрее».
Она была уверена, что, если рванет к двери, ее поймают в два счета. Да и зачем бежать? Они всего-то и предложили, что выпить еще по бокалу и посмотреть фотографии, сделанные в процессе сооружения дома. Вернее будет сказать – трансформации фермы в шале.
Кирстен думала обо всем этом, пока шла через комнату. Кстати, сколько времени она потратила, чтобы пересечь чужую гостиную? Куда девались пространство и время? А пол почему волнуется, как море?
Аврора Лабарт знаком пригласила ее сесть рядом, и Кирстен тяжело плюхнулась на диван.
Снежная Королева улыбалась, глядя на гостью, профессор не сводил с нее глаз.
Если думаете, что я утратила контроль, ошибаетесь, дружочки…
– Еще вина? – предложила блондинка.
– Спасибо, но мне, пожалуй, хватит.
– А я выпью, – сказал мужчина.
– Держите… – Аврора положила ей на колени планшет. – Здесь все снимки, о которых я вам говорила.
– О!..
Кирстен опустила глаза, попробовала сконцентрироваться – и не смогла: краски казались перенасыщенными, как в плохо отлаженном телевизоре, и налезали друг на друга.
– Странные цвета, вам так не кажется? – спросила она, еле ворочая языком.
Ролан Лабарт в ответ издал сухой ироничный смешок, растянувшийся, как звук на заезженном виниловом диске. Над чем смеется этот тип? Кирстен ужасно захотелось прилечь, она совсем лишилась сил.
В памяти всплыл вопль Мартена:
Убирайся!
«Черт, возьми себя в руки, идиотка!»
– Я не очень хорошо себя чувствую…
Аврора Лабарт погладила Кирстен по щеке указательным пальцем, наклонилась, прижалась грудью к ее руке.
– Смотрите же, – сказала она, перелистывая снимки.
Какие у нее странные ногти, длиннющие и черные…
– Это…
Что она сказала? Смешала норвежский с английским! Хозяева забавлялись, глядя на нее, и Кирстен вдруг испугалась: глаза Лабартов блестели от нетерпеливого вожделения… Они что-то произнесли и рассмеялись, но ее мозг, видимо, на секунду отключился, потому что она ничего не поняла.
В следующий момент Кирстен уже шла к лестнице – как я встала? – не сама, ее вели под руки хозяева дома.
– Куда мы? – спросила норвежка.