Ее руки опустились на мою задницу. Мгновенно головная боль затопила меня, почти одерживая верх над моим контролем. Мое тело замерло, пока я фокусировался на том, какая она нежная, какая хрупкая, и как я не хочу убить ее.
— Нет, — прошептал я. — Перестань трогать меня.
Мгновенно ее руки опустились.
Отклонившись назад, смотря в ее глаза, я сказал:
— Я дам тебе свое слово, что не причиню тебе боль, но мне правда нужно трахнуть тебя, Хейзел. Дай мне свои руки, — я толкнулся вперед.
Она подняла руки над головой, позволяя мне захватить ее запястья в плен моих пальцев. В момент, когда ее руки были закреплены, я сломал один барьер в своей голове. Я вонзился в нее, укрощая ничтожный привкус насилия.
Она закричал от грубых толчков, задыхаясь, когда я погружался в нее. Мое сердце барабанило от злости условного рефлекса, борющегося с сексуальной потребностью.
Ее ноги приподнялись, обхватывая меня за бедра, притягивая меня глубже.
Я зарычал, когда свежая вспышка желания промчалась по моей крови, почти забирая меня из реальности. Но я сдержался. Сфокусировался. Сконцентрировался. Я никогда не вернусь к призраку.
— Боже, ты ощущаешься так хорошо. Такая узкая. Такая идеальная. — Я качнулся жестче, заполняя ее всем, что у меня было. Она была моей, и я хотел пометить ее, чтобы доказать это.
Выпустив ее запястья, я опустил руки и засунул палец ей в рот.
— Соси его, — приказал я.
Ее глаза вспыхнули, а губы обхватили меня, вбирая в рот. Влажность и тепло сводили меня с ума. Я толкался сильнее и сильнее.
— Ты чувствуешь меня? — зарычал я, мне нравился искрящийся оргазм, зарождающийся в моих яйцах.
Она кивнула, всосав мой палец, прикусив его острыми маленькими зубками. Мышцы ее ног сокращались вокруг моих бедер.
— Ты на вкус как металл и сигареты. Ты чувствуешься чертовски восхитительно, Фокс.
Я застонал. Я не мог больше сдерживаться.
Искрящееся освобождение взорвалось в моем животе, и я кончил, заполняя ее всем, что осталось во мне.
Она напряглась подо мной, запрокинув голову назад, когда ее внутренние мышцы сокращались, сжимая мой ствол с восхитительной силой.
Ее тело, из натянутого как струна, превратилось в мягкое и податливое, и небольшая улыбка тронула ее губы.
Проклиная головную боль и все еще настойчивый условный рефлекс, я поцеловал Зел в кончик носа.
— Как мне заставить тебя запомнить?
Она нахмурилась. Ее щеки раскраснелись от удовлетворения.
— Запомнить что?
Опустив голову, я прикусил ее шею.
— Называть меня Роан.
Счастье.
Такой фарс.
Я была счастлива — ослепляюще счастлива — только два раза в своей жизни.